Со Стасом я познакомилась в горах Кавказа во время восхождения на маршрут четвёртой категории сложности. Высокий, широкоплечий, с накаченными мышцами и привлекательной внешностью полностью меня покорил. Я влюбилась без памяти, а он смотрел на меня как-то равнодушно.
Спустились, а у подножья нас ждал автобус. На нём доехали до железнодорожной станции, а дальше на поезде домой.
В Москве Стас предложил:
— Юленька, а поехали со мной на такси.
— Ты серьёзно? А как же Лика? Похоже, ты к ней был неравнодушен.
— Лика...? Повернись налево и всё поймёшь.
И я увидела Лику, целующуюся с парнем, а Стас объяснил:
— Она жена моего друга. Он травму получил и с нами не смог поехать в горы. Попросил за ней присматривать. А ты ревнуешь, Юленька?
— Ты мне никто, чтобы ревновать. Почему так решил?
— Я тебе понравился, и предлагаю поехать ко мне. Бабушка, как я предполагаю, пир закатит.
Я очень обрадовалась и, покраснев, кивнула.
Вечером бабушка Стаса уехала в посёлок в свой дом, который они называли дачей, а мы остались одни. Я спросила:
— А ты после каждого восхождения девушек к себе привозишь?
— Ты первая, Юленька. Поэтому тебя с бабушкой познакомил. Позже с родителями. Они живут в Подмосковье в коттеджном посёлке. Так ты у меня останешься?
***
Со Стасом мы поженились, и на следующее лето он на Кавказ уехал один. Я осталась дома с маленьким сыном. Училась на экономическом, но перевелась на заочное.
На следующее лето я опять забыла про горы. Была беременной и хотела угодить мужу. Он уже о дочке мечтал.
***
Не сбылось у нас со Стасом.
Воспитываем троих сыновей и на этом поставили точку. Он так и увлечён горами, а я не могла его уговорить повзрослеть. В компании своего отца он занимал должность аналитика, а я удалённо вела у них бухгалтерию, так как свекровь стала часто болеть и свои дела передала мне. Жили мы в том же коттеджном посёлке, но в своём доме. От прислуги я категорически отказалась, кроме садовника и охранника, а домом и своими любимыми мужчинами занималась сама. Бабушку мы к этому времени уже похоронили.
Мои родители проживали в Новосибирске. Приезжали иногда в гости. А мне было не до поездок.
Когда нашему старшему сыну было пятнадцать лет, то в нашей семье случилась беда. Стас сорвался со скалы, и теперь прикован к постели. Свёкор куда его только не возил. Тратил уйму денег, но паралич ног Стаса был непреодолим. Один только доктор предупредил:
— У него душевная травма, и с ней он должен справиться сам.
В нашей спальне заменили кровать на трансформер. Она широкая, по спецзаказу, и я ночью мужа не покидала. Любила очень и спала с ним, не дав ему забыть, что он полноценный мужчина, а ноги в этом деле неважны.
За Стасом ухаживала приходящая сиделка Соня. Ей двадцать шесть лет, не замужем, а опыта у неё предостаточно. Проживала в Москве в комнате, которую получила от государства, так как воспитывалась в детском доме, а потом окончила колледж. Я могла ей предложить переехать к нам на постоянно, но что помешало, не могла себя понять. Платили ей достаточно, и водитель мужа привозил её к нам утром, а вечером отвозил в Москву.
Сыновья учились в гимназии. Тот же водитель их туда отвозил, а днём домой. У меня был свой автомобиль, и в офис к свёкру я ездила сама, когда в этом была необходимость.
В этот раз я с половины пути вернулась домой. Торопилась и забыла в кабинете мужа папку с документами, которые заранее распечатала. Сам же он продолжал трудиться в компании аналитиком, но уже удалённо. Сиделка поднимала верхнюю часть кровати. Он мог полусидя работать в ноутбуке.
Я взяла документы и поднялась наверх, чтобы ещё раз поцеловать мужа. То, что я увидела в спальне, меня ошарашило.
Застала сиделку в кровати с мужем, у которого парализованы ноги. Сбросила одеяло и обмерла.
Руки мужа были бинтами привязаны к трубкам, которые находились по бокам кровати. Сиделка, как ни в чём не бывало, встала и потянулась к креслу за своим бельём и домашним костюмом. Я заметила у неё округлившийся живот.
— Может, объясните мне, что здесь делали?
— Юленька, я не виноват. Первый раз Сонька мне сонному связала руки и процесс сняла на видео. Обещала выложить в интернет, если я хоть кому-то пожалуюсь. Потом также привязывала сонного, так как добровольно я не хотел.
Я отобрала у Сони телефон и спросила:
— Тебе это зачем? Стас инвалид, а ты молодая девушка.
— Да, я беременная от Стаса Юрьевича. Ребёнка я рожу, а он, как отец, даст ему то же самое, что и своим сыновьям. Я некрасива и никому не нужна. Так пусть хоть мой ребёнок получит долю наследства от Стаса Юрьевича.
— Соня, а если его отец выберет других наследников? Что получит твой сын? Ты об этом подумала, решившись на такое? Я звоню в полицию.
— Не надо, Юлия Львовна. Запись в надёжном месте. Её опубликуют, если хоть что-то со мной случится.
— Стасик, а что ты скажешь? — обратилась к мужу.
— Юленька, если так случилось, то отвези Соню в клинику и пусть её поставят на учёт. Когда родит, то тест на отцовство покажет, мой ли это ребёнок. А пока пусть живёт в нашем доме постоянно, а ты найми другую сиделку. Надеюсь, женщина в возрасте на инвалида не позарится.
Я не могла перечить любимому мужу, который обожал своих детей, и согласилась.
***
Соня родила мальчика. Меня это немного обрадовало, так как Стас мечтал о девочке.
Свёкор привёз внука от Сони из роддома, но без неё. Для меня это было странным, а он объяснил:
— Софья потребовала компенсацию за свой труд. Добровольно отказалась от сына в пользу Стаса.
— Какой труд? — Я не поняла.
— Ну как? Она решила, что совершила подвиг, что выносила моего внука, а я её об этом не просил. Дал ей денег на двухкомнатную квартиру с условием, что она забудет о нас всех, в том числе о новорождённом. Представь, Юленька, она, увидев деньги, даже обрадовалась и отдала мне свой второй телефон, в котором та запись. Я его уничтожу у вас в камине, — и свёкор бросил аппарат в огонь.
Через полчаса водитель привёз кормилицу для новорождённого. Меня это обрадовало, что эту обузу я на себя уже не возьму, хотя маленький и хорошенький мальчик мне нравился, и не важно, кто его мать.
И тут я решилась. Была не была:
Вечером, после принятия душа, я не стала принимать противозачаточную таблетку и легла к мужу. Вдруг смогу исполнить его мечту. Даже если он о ней забыл, то напомню.
Каждую ночь мы со Стасом любили друг друга, и я забеременела.
— Любимый мой мужчина, у нас с тобой будет четвёртый ребёнок. Сонькиного я не считаю.
— Юля, Юля, как же я тебя люблю! Буду ждать с нетерпением нового члена нашей семьи.
***
Мне повезло, и я родила дочку. Позвонила Стасу, хотя на УЗИ мне сообщили, что ношу девочку. До последнего сомневалась.
Уже дома, после купания, я положила нашу голенькую крошку на грудь мужа, он рассмеялся.
— Какая же ты у меня решительная, Юленька! Ой, что это со мной? А ну проверь. Кажется, у меня на ноге палец зашевелился.
***
Прошёл не один год.
У нас в семье всё замечательно. О парализованных ногах муж совершенно забыл. Ходит и даже по утрам бегает по аллейке на нашем участке.
Я его спросила:
— Стасик, а ты в горы собираешься?
— Уже нет. Находился я по ним вволю.