ОЧЕВИДНЫЙ РАССКАЗ МОЕЙ ГЕРОИНИ ДО И ПОСЛЕ ПЕРЕСТРОЙКИ.
Папа работал на электротехническом заводе. Кроме всего прочего, там выпускали кофемолки и миксеры на экспорт. Он тайно приносил домой разные части и в сарае собирал эти изделия.
Мама — закройщица на швейной фабрике. Там такая же история. Дорогие и качественные ткани использовали для пошива одежды на экспорт или ещё куда-то, но не в наши магазины. Мама оборачивала себя такой тканью, а поверх надевала широкий халат. Чтобы на проходной её не осматривали, давала охраннику один рубль.
Дома мама шила красивые платья из этой ткани.
В субботу и воскресенье родители везли свои изделия на мотоцикле за 80 километров в город, в котором была организована барахолка. Там это продавали.
Вырученные дополнительные деньги папа использовал на ремонт нашего дома в частном секторе. Пристроил ещё одно помещение и организовал там санузел. Теперь мы почти каждый день не топили дровами баню, чтобы помыться. В доме своя ванна.
В кухне появился большой холодильник «ЗИЛ» вместо старенького и маленького. Купили цветной телевизор. Ну и прочее, для улучшения бытовых условий.
Я окончила школу и хотела поступать в техникум в краевом центре. На выпускной вечер мама сшила мне шифоновое платье. Очень красивое и воздушное, с оборками и рюшами. Накануне я его отутюжила и повесила в шифоньер.
На другой день, а это была суббота, я встала рано. Родители куда-то собирались.
— Мама, а как же моё торжество?
— Мы смотаемся на барахолку. Она же в шесть утра открывается. Успеем до вручения тебе аттестата.
И не успели.
Родители уже подъезжали к нашему городу, но внезапная авария, и они погибли. Вместо торжества — горе.
После похорон на поминках ко мне подошла директор швейной фабрики и обняла:
— Аннушка, через неделю жду тебя в своём кабинете. Тебе же нужна работа?
***
У меня, семнадцатилетней, работа на фабрике непыльная, но грязная. Мою кабинеты и не жалуюсь, ни денег, ни профессии, а здесь всё же оклад уборщицы. Директриса обещала устроить потом ученицей, а пока в свободное время предложила ходить в цех и присматриваться к работе мастериц.
Этот мужчина приехал на «Запорожце» и стоял около моего забора. Когда я, возвращаясь с фабрики, подошла, он вышел из машины:
— Красавица, ворота открой.
— Зачем? Вы кто?
Он показал удостоверение сотрудника КГБ.
— Да я сам открою, — и первый вошёл в калитку.
Когда заехал во двор, то повёл меня в дом. Там уже объяснил:
— Никому ни слова, кто я такой. Объясняй, что твой жених.
— У Вас задание? — я только предположила.
— Да, Аннушка, и очень длительное. Ты должна стать моей женой.
— По-нарошку?
— По-настоящему. Иначе никто не поверит. Давай поужинаем и спать. Утром отвезу тебя в ЗАГС, и нас сразу зарегистрируют.
— Но мне семнадцать лет.
— А это не важно. Всё уже оговорено. Ты от меня беременная.
— Это неправда.
— Так будет правдой, Аннушка. Твой животик увидят позже.
После ужина Максим повёл меня в мою спальню, а там сам уложил в кровать. Я думала, что просто будет лежать рядом, но нет:
— Так надо, Аннушка. Это же задание.
Не могла даже пикнуть. Думала, что он узнал о торговле моих родителей краденым на барахолке. Но потом он даже об этом ни разу не обмолвился.
***
Утром, когда я проснулась, то ароматы из кухни щекотали ноздри. Вошла туда, а Максим жарил яйца с колбасой и варил кофе.
— Это так всегда будет, жених?
— Встал раньше тебя и решил порадовать свою молоденькую жену. Хлеб нарежь, Аннушка. Да, нам с тобой нужно поехать в спецмагазин. Там наденешь свадебный наряд.
— Но мне же на работу нужно.
— А ты уволена, моя нежная девочка. Ручки беречь нужно. А то они у тебя после мытья полов загрубеют, а пока ещё терпимо.
Такие перемены меня ждут в жизни. Максим на двенадцать лет старше меня, но роль его жены меня устраивает.
Свадьбу мы праздновали у меня во дворе. Я пригласила своих одноклассников, а Максим друзей. Я мужа не спрашивала, кто привёз много столов и стульев? Откуда выпивка и много закуски? Я понимала, что он к этому подготовился заранее.
***
Я забеременела и сообщила Максиму.
— Всё по плану, моя девочка. Завтра поедем в женскую консультацию, и тебя на учёт поставят.
Не сразу, но у нас в доме появилась женщина лет пятидесяти. Муж представил её:
— Клава будет жить с нами и помогать тебе по хозяйству. Для всех она старшая сестра твоей мамы.
Меня уже не удивляло, что большой холодильник, который привёз Максим, был забит продуктами, которых нет в продаже. Раньше нам кое-что такое носили бабушки. Это вырезки и копчённые колбасы из мясокомбината. Это сметана, у которой ложка стоит, и густые сливки. Это очень вкусные конфеты. Ещё консервированные зелёный горошек, кукуруза и томатная паста фасовкой 70 грамм в железных баночках.
И пошли слухи по нашему частному сектору. Это задержания директоров мясо- и молкомбината, консервного и электротехнического заводов. Ну и так далее.
У меня и в мыслях не было, что такая работа у моего мужа. Я ему рожала детей. Только с пятым не получилось. Сначала выкидыш, а потом гинеколог сообщила, что детей у меня больше не будет. Максим огорчился, но ненадолго. Всё же мне улыбнулся:
— Такая наша судьба, Аннушка. Похожая история в моей семье. Мать упала, когда носила восьмого ребёнка. Мне тогда два годика было. Так я и стал младшим в семье. Отец, комбайнёр, погиб при пожаре, когда мне пятнадцать лет было. От колхоза послали учиться в Краснодар. Потом пошло-поехало. Сейчас даже не знаю, где мои братья и сёстры. Разбросала их жизнь по всему Советскому Союзу. Выучились и разъехались. Мне не велено с ними общаться. Лишь сообщили, что мои бабушка, дедушка и мама на кладбище.
***
С Максимом мы прожили долгую жизнь. Дети выросли. У них свои семьи. Муж постарался после перестройки, и у них свои квартиры и работа в Краснодаре. Сам же Максим руководил отделом в администрации нашего города, а теперь на пенсии.
Я очень люблю своего Максима, как и он меня.