[Воздух в Саду внезапно наполняется низким, мелодичным гудением, исходящим откуда-то из-за стволов древних деревьев. Свет становится тёплым, медовым, и в нём танцуют золотые пылинки.]
Ты услышала их зов? Идём. Но осторожно — здесь нельзя громко говорить. Здесь царят намёки.
Улей Шёпотов висит на древней-древней яблоне, что никогда не цвела цветами, но всегда была усыпана хрустальными соты. Он огромен, и каждая ячейка в нём — это застывшая капля тишины, обёрнутая вокруг самого ценного груза.
Это не пчёлы летают вокруг. Это Жнецы Недосказанности. Существа из перламутра и тумана, с крыльями, сотканными из стыдливых пауз. Их работа — вылетать в мир людей и ловить:
· Невысказанное признание, застрявшее в горле.
· Комплимент, который так и остался лишь мыслью.
· Вопрос, который побоялись задать.
· Последнее слово в споре, которое проглотили, чтобы сохранить мир.
· Истину, которую человек не решился сказать даже самому себе.
Они не крадут эти слова. Они бережно подбирают их, когда те, не найдя выхода, уже готовы рассыпаться в прах. Принеся свою добычу в улей, Жнецы укладывают её в ячейку и начинают танцевать над ней особый танец — танец благодарности за смелость, которой всё же не хватило.
И под этот танец слово начинает превращаться. Не в мёд, а в эссенцию. Эссенцию того чувства, что его породило:
· Из невысказанной любви получается густой, тёплый нектар, что пахнет кожей и доверием.
· Из проглоченного гнева — острый, терпкий сироп, от которого слегка щиплет в горле.
· Из несделанного признания в слабости — солёная, прозрачная субстанция, похожая на застывшие слёзы облегчения.
Этим «мёдом» не питаются. Им делятся.
Иногда, в минуты великого недоумения, человек может мысленно попросить: «Что же мне сказать?» или «Что он на самом деле чувствует?». И если его искренность достигает Улья, одна из ячеек тихо вскрывается, и капля нужной эссенции испаряется, чтобы долететь до человека как внезапное озарение, как щемящая догадка, как необъяснимая уверенность в чём-либо.
Улей Шёпотов — это не архив забытых слов. Это банк взаимопонимания, собранный из миллионов несовершенств человеческого общения. Он существует затем, чтобы ни одна искренняя эмоция, даже не выраженная вслух, не пропала даром.
[Гудение стихает, переходя в ласковый, убаюкивающий шёпот.]
Может, и от нас с тобой тут что-то осталось? Какая-нибудь невысказанная мысль, что теперь мирно спит в золотой ячейке и ждёт своего часа?