Был пасмурный вторник, на улице сыпал мокрый снег, и Мария, адвокат с многолетним стажем, закончила утренний кофе, когда в кабинет вошла женщина.
На вид - лет шестьдесят пять, но усталость в её глазах добавляла десяток лет сверху. Её звали Наталья.
- Здравствуйте, — голос дрожал, словно она долго собиралась с духом, прежде чем переступить порог. — Простите за вторжение, но мне нужна ваша помощь. Это очень важно.
Мария отложила ручку, жестом пригласив её сесть.
- Конечно, рассказывайте, что случилось.
Наталья села, тяжело вздохнув, и начала говорить, перемежая слова паузами, словно каждое давалось ей с трудом:
- Случилась беда… Мы с мужем теперь официально нетрудоспособные. Сначала он — инсульт. Потом я - спина, операции… Лекарства, санатории, лечение - всё это стоит таких денег, что и представить страшно.
А дети… - она осеклась, глядя в пол. - Дети что-то не очень помогают. Заняты, работы, семьи… Я не виню их, правда. Но… мы совсем выбились из сил. И я хочу понять: можно ли взыскать с них расходы на лечение? Дорогостоящее, регулярное. Какие документы нужны? Что делать? Мария, Вы не подумайте, мы с мужем не хотим отобрать последнее у наших детей. Они действительно располагают финансовой возможностью, что бы нам помочь. Мне так стыдно, так больно и печально, что я вынуждена с этим вопросом прийти к Вам. Я правда пыталась поговорить и с сыном и с дочерью. Они не отказываются, но и не помогают. Это так унизительно, так больно. Видимо, ошиблись мы с мужем, видимо, слишком залюбили, не доглядели, не смогли воспитать так, что бы теперь не ходить по адвокатам.
В голосе Натальи было столько боли и растерянности, что Мария почувствовала, как сжалось её собственное сердце. Она знала: такие дела не просто юридические - они всегда личные. За каждым таким вопросом скрывается история семьи, её трещины, обиды, страхи. К горлу подкатил комок, что-то перевернулось внутри. Адвокат собралась с мыслями.
- Давайте разберёмся, - спокойно ответила Мария. - Закон на Вашей стороне и он предусматривает обязанность взрослых детей содержать своих нетрудоспособных родителей, если родители в такой помощи нуждаются, а дети располагают необходимыми к тому финансовыми возможностями. Если Вы предприняли меры по получению финансовой помощи в досудебном порядке и такие меры не дали результата, то мы можем требовать взыскания такой помощи в судебном порядке. Давайте разбираться что нам необходимо будет подтвердить в суде и какие доказательства мы с Вами сможем использовать.
Мария открыла блокнот и стала по пунктам записывать. Обычно такая шпаргалка здорово помогает доверителям потом готовиться к суду.
- Во-первых, документы, подтверждающие состояние здоровья и медицинские справки, выписки из истории болезни, заключения врачей. У вас это есть?
Наталья кивнула:
- Да, всё это у нас. Я собрала целую папку…
- Отлично, — одобрила Мария. - Теперь - расходы. Все чеки, квитанции, договоры на лечение, путёвки в санаторий. Всё, что связано с затратами на ваше здоровье.
- Это тоже есть, - тихо ответила Наталья. - Я всё сохраняю… даже те мелкие чеки из аптеки.
- Это правильно. Суду важно видеть точные суммы. Дальше… вам нужно будет доказать, что дети знают о вашей ситуации, но не помогают. Вы обращались к ним за помощью официально? Письменно?
Наталья покачала головой:
- Нет. Я… как-то стеснялась. Мы только говорили. Сначала вроде бы обещали, но потом… все время откладывают.
Мария сделала заметку.
- Тогда нужно будет направить письменные обращения. Это важно для дела. Суд должен видеть, что вы пытались решить вопрос мирным путём.
Наталья слушала, крепко сцепив руки на коленях. Её взгляд стал каким-то отстранённым, будто она мысленно возвращалась к тем разговорам с детьми, к надеждам, которые сменялись разочарованием.
· А если лечение нужно постоянно? - неожиданно спросила она. - Каждый раз обращаться в суд? Это… ведь так долго.
Мария улыбнулась - мягко, обнадёживающе.
- Думаю, что более удобно и логично будет просить о регулярной материальной поддержке. Суд установит фиксированную сумму, которую дети будут обязаны платить ежемесячно. Главное - доказать, что лечение действительно требуется регулярно и Вы действительно не справляетесь с задачей самостоятельно себя содержать.
Наталья кивнула, но её лицо оставалось напряжённым.
- Знаете, - вдруг тихо сказала она, - мне так стыдно. Я… никогда не думала, что придётся вот так, через суд… Своих же детей… Это неправильно, да?
Мария отложила ручку. Она смотрела на Наталью, чувствуя её боль, её сомнения. Как объяснить, что иногда бороться за себя - это не эгоизм, а необходимость? Что любовь к детям не отменяет права на помощь и уважение?
- Наталья, - мягко произнесла она. - Вы не делаете ничего плохого. Вы просто хотите жить, лечиться, восстанавливаться. Это нормально. Это ваше право. И… это обязанность ваших детей - поддерживать вас в такой ситуации. Да, это тяжело. Но, поверьте, иногда такие дела помогают восстановить не только справедливость, но и семейные отношения. Ведь часто дети просто… не понимают всей серьёзности. Мы живем сейчас на очень высоких скоростях и в суматохе дел, забот, бытовых и рабочих вопросов, бывает так, что дети действительно упускают что то важное. И это совсем не говорит о том, что дети плохие или с Вами что то не так, просто так иногда бывает.
Мария выдержала паузу, подала Наталье бумажный платок, поскольку глаза женщины покраснели и налились слезами. Адвокат продолжила.
- А знаете, у меня есть вот какая мысль. Я не только адвокат, но еще и медиатор. Мы можем с Вами попробовать встретиться все вместе и до суда обсудить сложившуюся ситуацию. Это тоже вариант досудебного урегулирования ситуации. То есть я могу пригласить Ваших детей для совместной беседы. Как вы на это смотрите? Мы попробуем обсудить возникшую ситуацию и вполне возможно сможем найти разумное решение. А в суд мы с Вами всегда успеем. Если по каким-то причинам встреча не состоится или состоится, но мы не сможем на ней договориться, то мы с Вами обратимся в суд и призовем на помощь закон, а не просто доброе слово.
Наталья закрыла глаза, всхлипнула и быстро отвернулась, чтобы Мария не заметила слёз.
- Спасибо вам, - тихо сказала она. - Спасибо за… за всё. Спасибо за понимание, спасибо, что не осуждаете. Знаете – это оказалось сильно сложнее, чем мне казалось.
Мария лишь кивнула. Её работа была не только в том, чтобы писать заявления и выступать в суде. Она знала: иногда людям нужно дать нечто большее - надежду. Что касается семейных споров, то Мария всегда придерживалась той точки зрения, что самое странное мировое соглашение всегда лучше, чем самое понятно решение суда. Каждая семья имеет свои тайны, свои вопросы, проблемы понятные только ей. В семейных вопросах не может быть шаблонов и образцов.
Наталья передала Марии контакты своих детей.
Мария сначала набрала дочь Натальи.
- Ольга, добрый день – так начала Мария разговор с дочерью Натальи – Меня зовут Мария, я адвокат, сейчас у меня на приеме Ваша мама.
- Что случилось? С мамой все в порядке? – взволнованно вскрикнула, Ольга. Мария услышала в голосе дочери любовь вперемешку с волнением и тревогой.
- Да, с мамой все в порядке. Вместе с тем, Вашей маме требуется лечение, которое сопряжено с дополнительными финансовыми тратами. Вот, мы сейчас с мамой обсуждаем различные варианты разрешения сложившейся ситуации и мне кажется, что Вам тоже было бы интересно принять участие в этом диалоге. Буду очень благодарна, если Вы в своем графике найдете время и возможность подъехать ко мне в офис. Например, завтра в 15 часов. Вам будет удобно ? – в такой ситуации важно сохранить дружелюбный тон, не выдвигать немедленно претензий и не объявлять войну сразу, важно разобраться в ситуации.
- Да, конечно, будет удобно. Я обязательно буду. Сейчас наберу брату, мы приедем вместе с Олегом. Он очень занятой, но я настою и уверена, что он найдет время, это же касается нашей мамы. Мама. Почему мама сама меня не пригласила на эту встречу? С мамой точно все в порядке? Вы можете дать ей трубку? Я хочу ее слышать.
Ольга была на громкой связи. Наталья дословно слышала весь диалог. Наталья уже не могла сдерживать слез, она только пыталась приглушить их звук, с чем справлялась вполне успешно. Мария понимала о чем эти слезы, поэтому не стала передавать трубку, а ответила Ольге:
- Да, с мамой все в порядке. Не думаю, что логично будет сейчас передавать ей трубку. Давайте она сама Вам наберет минут через 15-20.
Адвокат попрощалась с Ольгой и отключилась. Мария дала немного успокоиться Наталье и продолжила.
- Все хорошо. Завтра встретимся все вместе и определим дальнейший план действий.
Речь Марии прервал телефон, который подпрыгнул в сумке у Натальи. Наталья достала телефон и разревелась в полный голос. Это звонила Ольга. Мария улыбнулась, взглядом показала, что нужно на минуту выйти из кабинета и что у Натальи есть возможность ответить на звонок, если она желает именно сейчас поговорить с дочерью. Наталья кивнула, ответила на входящий вызов. Мария тактично встала и вышла из кабинета, аккуратно закрыв за собой дверь.
Выйдя из кабинета, Мария решила эту образовавшуюся паузу провести с пользой. Они с секретарем провели мини планерку. Мария расписала поступившую корреспонденцию. Минут через 15 из кабинета аккуратно выглянула Наталья, ее глаза были красными от слез, но в них появился блеск.
Наталья, сообщила, что во встрече завтра нет необходимости. Все вопросы они прояснили с дочерью только что, быстро и по телефону. Оказывается, нужно было просто прямо поговорить с детьми, обозначить проблему и попросить помочь в ее решении. Ольга тоже плакала в телефонную трубку и говорила о том, что ей очень жаль и очень стыдно, что о проблемах родителей она узнала от адвоката.
Наталья извинялась и благодарила за помощь, пожелала Марии здоровья и на этой великолепной ноте удалилась домой.
Когда Наталья ушла, Мария долго сидела за своим столом, глядя на окно, по которому стекали капли дождя. Её мысли возвращались к этой женщине, к её детям, к чуть было не поломавшейся коммуникации между ними. Она знала, что такие дела совсем не простые - ни с юридической, ни с человеческой точки зрения. Очень хотелось верить, что действительно вопрос решился вот так просто – одним телефонным звонком. За много лет работы Мария так и не научилась не пропускать все эти семейные драмы через себя. Каждый раз она ныряла с головой в эту эмоциональную пропасть, но никогда эмоции не мешали ей работать и принимать единственно правильное решение в конкретно взятой ситуации.