В своей статье, опубликованной в польском издании «Myśl Polska», профессор Анджей Щесняк констатирует исторический перелом в глобальной энергетической геополитике: Европа добровольно уступила Китаю роль главного потребителя российского газа», тем самым ускорив формирование новой энергетической оси «Москва — Улан-Батор — Пекин». При этом ЕС нанес колоссальный вред своей экономике.
Политическое решение на высшем уровне
Ключевым событием сентября 2025 года стала встреча президентов России, Китая и Монголии», в ходе которой была официально подтверждена политическая воля к реализации проекта «Сила Сибири - 2» — газопровода, проходящего через территорию Монголии. Хотя коммерческие детали контракта ещё не окончательно согласованы (действует лишь юридически обязывающее меморандум), «строительство уже началось». Это знаменует собой переход от многолетних переговоров к практической реализации.
Энергетический разворот на Восток: цифры и тенденции
Уже сегодня по действующему газопроводу «Сила Сибири — 1» (протяжённостью свыше 3000 км) в северо-восточные регионы КНР поставляется 38 млрд м³ газа в год. Однако этот объём — лишь начало. В сентябре 2025 года стороны договорились:
- увеличить поставки по «Силе Сибири -1» ещё на 6 млрд м³;
- расширить контракт по «Силе Сибири -3» (газ с Сахалина) с 10 до 12 млрд м³.
Таким образом, общий объём дополнительно законтрактованных поставок достиг 18 млрд м³, и уже в ближайшем будущем экспорт в Китай может составить 56 млрд м³ в год. Если к этому добавить планируемые 50 млрд м³ по «Силе Сибири — 2», то к 2030 году Россия будет поставлять Китаю более 100 млрд м³ газа ежегодно — это две трети от пиковых поставок в Европу до 2022 года.
Особое значение имеет то, что газ с Ямала, ранее предназначавшийся исключительно для европейского рынка, теперь будет перенаправлен на юг — через Сибирь, Монголию и далее в Китай. Это означает не просто смену направления потоков, а полный пересмотр географии российского энергетического экспорта. Этот газ к тому же, послужит быстрой модернизации сибирских и дальневосточных территорий, что российское правительство делало и ранее, но слишком медленно. Теперь же появление газа даст толчок к развитию энергетики и новых производств на этих российских территориях.
Европа: добровольный отказ от дешёвой энергии
Щесняк подчёркивает иронию ситуации: в то время как китайский рынок стремительно растёт, европейский — сокращается. С 2008 года потребление газа в ЕС упало на 23% (почти на 100 млрд м³), тогда как Китай за тот же период увеличил потребление на 350 млрд м³ — это больше, чем весь текущий объём потребления Евросоюза.
При этом Европа сама отказалась от самых дешёвых и надёжных поставок. В 2025 году доля российского газа в импорте ЕС упала ниже 10%, и объём поставок сократился до всего 25 млрд м³ (против 52 млрд в 2024 году). Основным каналом остаётся лишь «Турецкий поток», но и он под давлением Брюсселя.
Автор особо отмечает, что это решение носит чисто политический характер: по его данным, Урсула фон дер Ляйен лично пообещала Дональду Трампу на встрече на частном гольф-поле в августе 2025 года полностью отказаться от российского газа.
Таким образом, энергетическая политика ЕС подчинена внешнеполитическим обязательствам перед Вашингтоном, а не интересам европейской экономики.
Геополитические последствия: кто выигрывает, кто проигрывает
- Китай получает дешёвый, стабильный и наземный источник энергии, усиливая свою энергетическую безопасность и конкурентоспособность промышленности.
- Россия теряет самый дорогой рынок сбыта, но обретает стратегического партнёра на десятилетия вперёд, перестраивая свою энергетическую инфраструктуру под новые реалии.
- Европа же сама себя наказывает: её промышленность сталкивается с хронически высокими ценами на энергию, что подрывает экспортную конкурентоспособность и ускоряет деиндустриализацию.
Ошибка стратегического масштаба
Профессор Щесняк задаёт риторический, но крайне важный вопрос: «Что здесь не так?»
Если страна (или союз) добровольно отказывается от самых дешёвых энергоресурсов, разрушает собственную промышленность и передаёт эти ресурсы своему главному экономическому конкуренту, это уже не политика — это стратегическая катастрофа.
Автор намекает, что в прошлом Европа оправдывала подобные решения «борьбой с изменением климата», а теперь — «борьбой с Россией». Но в обоих случаях жертвой оказывается собственная экономика, а выигрывает Китай.
Таким образом, статья Щесняка — это не просто анализ энергетических потоков, а предупреждение о системном кризисе европейской стратегической автономии и признание успеха российско-китайской энергетической кооперации, которая формирует новую архитектуру глобальной экономики.