Вова с детства был приверженцем патриархальных взглядов на семейную жизнь и особенно в том, что касалось еды. А убеждения у него были простые и незыблемые, как гранитные плиты: мясо – это для мужчин. Сила, энергия, мужская стать – всё это, по Вовиному разумению, черпалось из сытных мясных продуктов. А женщинам что? Женщинам, считал он, это вовсе есть необязательно. Овощи, зелень, легкие супчики и йогурты – это для их хрупкой натуры. Пусть едят на здоровье, сам-то он на это и не претендует.
Поля, его жена, была женщиной терпеливой. Она любила Вову, любила их скромный душевный быт, но в последнее время Вовины выходки вызывали у нее нарастающий протест.
Однажды Поля решила побаловать мужа. Сварила она щи. Не простые, а с говядиной. Наваристые, ароматные, с кусочками нежной, тающей во рту говядины. Говядина сейчас дорогая, но почему бы и не побаловать мужа и себя эдаким изыском. Полина сварила небольшую кастрюлю и была весьма голодна. Вова, конечно, оценил. С аппетитом уплетал, причмокивая и приговаривая: "Вот это еда! Мужская еда!"
Но когда Поля подошла к своей тарелке, ее ждал неприятный сюрприз. В ее тарелке, кроме бульона и капусты, не было ни единого кусочка мяса. Вова, не стесняясь, выловил все до последнего кусочка и съел сам. Ему казалось это абсолютно естественным. Ведь мясо – для мужчин, а он – не кто иной как представитель сильного пола.
Поля вздохнула. Это был не первый раз, но сегодня что-то в ней надломилось. Она посмотрела на Вову, который с довольным видом доедал щи до последней капли, и глаза ее потемнели от гнева.
"Знаешь, Вова," – сказала она спокойно, – "раз уж мясо – это только для мужчин, а мне и пустой бульон сгодится, то, пожалуй, я буду питаться в другом месте. Где мне не придется бороться за свой законный кусок мяса."
Вова удивленно поднял бровь. "Что ты такое говоришь, Поля? Ничего не понимаю. В супе же много овощей полезных еще осталось – ешь на здоровье!"
"А то, что я иду обедать в кафе," – ответила Поля, вставая из-за стола. – "И, возможно, ужинать тоже. Мне хочется есть то, что я хочу, а не то, что ты считаешь нужным мне оставить."
И Поля ушла. Сначала это было разовое посещение кафе, потом – еженедельные бизнес ланчи в ресторане с коллегами, а затем и ужины с подругами, где она могла заказать себе стейк или любое другое блюдо, не опасаясь, что его "присвоит" муж.
Семейный бюджет, который раньше был крепким и стабильным, начал таять, как снег под весенним солнцем. Вова, привыкший к тому, что Поля готовит дома и траты на еду минимальны (как ему казалось), сначала не обращал внимания. Но когда Поля перестала готовить для него, он начал беспокоиться.
"Поля, что происходит?" – спросил Вова однажды вечером, заваривая китайскую лапшу когда жена вернулась с очередного "ресторанного" ужина.
Поля спокойно ответила: "Происходит то, что я ем. И ем я там, где мне вкусно и где меня уважают. А дома, как ты знаешь, мне достаются только овощи."
Вова задумался. Он вспомнил, как Поля с любовью готовила для него супы и жаркое, как она радовалась его хорошему аппетиту. И как он, в своей глупой жадности и упрямстве, лишал ее самых вкусных кусков. Он начал догадываться, что, видимо, в чем-то просчитался а его жена, обиженная и разочарованная, ищет утешения и сытной еды вне дома. Так никуда не годилось.
В тот вечер Вова впервые почувствовал укол стыда. Он подошел к Поле, взял ее за руку и сказал: "Поля, прости меня. Я был неправ. Я не знал, что вы женщины так уж любите мясо. Я думал, что только я достоин хорошей еды по праву мужчины. Я не хочу больше есть растворимую лапшу с ароматизаторами. Я хочу все исправить. Давай, пойдем в ресторан, какой ты выберешь. Я угощаю. И мы закажем всё, что ты захочешь. И тебе не нужно будет делиться со мной"
Поля посмотрела на Вову и улыбнулась.
"Хорошо, Вова," – сказала она, – "я прощаю тебя. Но обещай, что это не просто слова. Обещай, что ты действительно изменишься."
"Обещаю," – твердо сказал Вова. – "Клянусь всеми стейками и всеми кусками говядины, которые я когда-либо съел в одиночку."
С того дня в их доме всё изменилось. Вова больше не вылавливал мясо из супа. Он сам предлагал Поле лучшие куски. Они вместе ходили в магазины, выбирали продукты, и Поля теперь тоже могла наслаждаться наваристыми щами с говядиной, не опасаясь, что ей достанется только бульон. Семейный бюджет, конечно, сначала немного пострадал от их совместных походов в кафе и рестораны, но все же траты эти были оправданы, так как были направлены на укрепление пошатнувшихся отношений. Вова понял, что истинная сила мужчины не в том, сколько мяса он съест, а в том, как он заботится о своей семье и как он готов делиться всем, что у него есть, с любимым человеком. И это было куда вкуснее любого стейка.