Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Вагонные споры

История восьмая. "Приятного аппетита"

В советские времена на вокзалах в ларьках можно было купить по доступной даже для студента набор продуктов из серии "В дорогу" (кажется, он назывался иначе, но я не помню, как именно). Там была круглая булочка, кусок колбасы, сырок "Дружба", яйцо и вроде что-то ещё. Возвращаясь с занятий, порой довольно поздно, я, разумеется, был всегда голодный, и брал такой набор, садясь в электричку. Планировалось, что приеду в общагу и тогда всё это съем. Но нередко бывало иначе... Пока состав просто стоит на платформе, его двери могут быть открыты, но света в нём нет. На табло (которое тогда было механическим, а не электрическим) пока не прописано, куда именно отправляется электричка, поэтому основная масса пассажиров опасается туда садиться. Но я-то знаю, что это мой поезд. Я сажусь в сумрачный вагон, в котором пока никого, пользуясь темнотой, а потому, не стесняясь никого, раскладываю на скамейке содержимое набора, очищаю яйцо... И только начаю свою скромную трапезу, как внезапно включается ярк

В советские времена на вокзалах в ларьках можно было купить по доступной даже для студента набор продуктов из серии "В дорогу" (кажется, он назывался иначе, но я не помню, как именно). Там была круглая булочка, кусок колбасы, сырок "Дружба", яйцо и вроде что-то ещё.

Возвращаясь с занятий, порой довольно поздно, я, разумеется, был всегда голодный, и брал такой набор, садясь в электричку. Планировалось, что приеду в общагу и тогда всё это съем. Но нередко бывало иначе...

Пока состав просто стоит на платформе, его двери могут быть открыты, но света в нём нет. На табло (которое тогда было механическим, а не электрическим) пока не прописано, куда именно отправляется электричка, поэтому основная масса пассажиров опасается туда садиться. Но я-то знаю, что это мой поезд.

Я сажусь в сумрачный вагон, в котором пока никого, пользуясь темнотой, а потому, не стесняясь никого, раскладываю на скамейке содержимое набора, очищаю яйцо... И только начаю свою скромную трапезу, как внезапно включается яркий свет и в вагон вваливается толпа народа - они поняли, что это и их электричка тоже.

И тут картина маслом: все в белом и я один, как бомж, с булками-сырками-яйцами на газете! И с набитым ртом, к тому же.

Стыдно - хоть провались. Это сейчас такие прозаические вещи воспринимаются спокойно, а тогда - чёрт побери, я же молодой парень, и вдруг в таком неприглядном виде.

...Кстати, слова "бомж" тогда не было, оно появилось позже. Тогда, максимум, тебя могли обозвать бичом или бродягой. Даже беспризорники оставались в далёком прошлом.