В одном из предыдущих материалов об изнанке РДБА я обещал рассказать, почему так вышло, что ныне существующая группа в соцсети Вконтакте, посвященная проекту, оказалась уже второй, и что произошло с первой.
Предыдущая группа тоже вроде бы существует, но она закрытая, и происходит ли там хоть что-то, неизвестно. А получилось так вот по какой причине.
Вопрос популяризации проекта разведения аистов в Рязанской области был первоначально продуман настолько слабо, что даже тематические группы в социальных сетях запланированы не были. Казалось бы, этот пробел как раз и восполняет группа, созданная самостоятельно журналисткой, которая на тот момент писала об аистах. Однако была у этой группы и другая задача, так сказать, личного плана. Создав группу, собрав на ее странице некоторое количество подписчиков, разместив приличное количество материалов, журналистка заявила руководству проекта, что дальше группой заниматься будет только в том случае, если за это ей будут платить. Удивительно, но это возымело некоторый эффект, руководство ее действительно стало материально поддерживать. Надо сказать, что в этом вопросе я с журналисткой был на тот момент полностью солидарен. Кстати, и сейчас тоже солидарен, в том смысле, что если работа делается, она должна оплачиваться. Вот только путь, которым к этому шли, оказался, мягко говоря, довольно странным. Но может, и тут все правильно, ведь иначе выбить из так называемого руководства проекта хоть какие-то крохи могло и не получиться. Однако оказалось, что этот путь был не гениальным стратегическим ходом, а просто олицетворением личности автора. Вскоре последовали и другие проявления свойств этой самой личности.
На ютуб-канале, который мы на тот момент вели совместно с коллегой, аистиную тематику мы тоже, конечно, не обошли. И на наших каналах на дзене, которыми тогда только начинали заниматься. Один из таких материалов я и предложил для размещения в группе, но неожиданно получил на это такой вот ответ:
Тут, как говорится, все ясно сразу. Для непосвященных расшифрую, что КП - это Комсомольская Правда. И еще несколько слов о происхождении тех самых снимков. Мои читатели, конечно, знают, что в питомник я приезжал каждый день, потому что за аистами уход нужен всегда, и в выходные, и в праздники, и даже в будни. Все происходящее там я, конечно же, снимал и фотографировал, и передавал эти материалы журналистке для размещения в группе. Причем в группе нигде не указывалось, что это мои фотографии и съемки. Да мне этого и не требовалось. Журналистка тоже периодически приезжала в питомник, и что-то там фотографировала. Примерно раз в пару месяцев. И тоже выкладывала эти редкие материалы в той же группе, тоже от имени группы. Спустя месяцы уже ни я, ни моя коллега, с которой мы вместе готовили все материалы, не могли бы сказать, где чей снимок. И по сей день я не знаю, о каком конкретно снимке шла в тот раз речь. Но вывод я тогда сделал.
Сотрудничество нескольких людей - дело непростое. И одним из непростых моментов как раз и является вопрос о том, кому принадлежит какой материал. В принципе, существует два разумных пути. Либо весь собранный материал считается общим, и каждый может использовать его по собственному усмотрению, либо мы четко разделяем, где чей материал, и автор каждого из них определяет, могут ли использовать его фотографии, видео и т.д. все остальные. Легко заметить, что оба эти пути предполагают симметричность. Если же она нарушается, т.е. материалы одного человека другие могут использовать как захотят, а вот их собственные материалы ему использовать запрещают, то симметрию тут стоит восстановить. Что я и сделал, перестав поставлять в группу свои съемки, и вообще прекратив общение с журналисткой. В конце концов, у меня ведь были и собственные интернет-ресурсы, на которых я мог размещать свои материалы, и тут уж никто не обвинит меня в том, что я их украл.
Виталий Тягунин, с которым мы еще тогда уживались в проекте вполне мирно, меня сначала в этом не поддержал. Однако вскоре свое мнение он изменил, когда журналистка обвинила его в том, что он без ее разрешения разместил свои собственные материалы на своей собственной странице. Оказалось, по ее мнению и он, и я должны все свои материалы передавать ей, а уж она решит, можем ли мы их опубликовать, и не раньше, чем сделает публикацию она сама. В результате мы оба перестали давать ей не только фото и видео, но и комментарии по любым вопросам. Группа, конечно, в результате "приказала долго жить".
Не прошло и года, как наша героиня заметила изменившееся отношение:
Вот так. Теперь, оказывается, мы делаем общее дело. А раньше это самое "общее дело", оказывается, заключалось не в том, чтобы освещать события аистиного проекта, а чтобы пиарить КП. Виталий Тягунин тогда вспомнил одно подходящее к случаю выражение: Муха села на слона и сказала - "Мы пахали!". В тот момент я как-то не придал значения, что муха-то не одна была. Ведь мой "коллега" приезжал в питомник тоже не чаще раза в пару месяцев, я же работал там каждый день. Причем у нас и зарплата была одинаковой, и во всех материалах рассказывали о результатах работы, не подсчитывая, кто конкретно что сделал. Осознание этой ситуации, как говорится, было еще впереди. А про журналистку, и вообще про всю сложившуюся ситуацию, я, вдохновившись понравившейся фразой, сочинил вот такую басню:
Муха и Слон
Муха села на Слона, и сказала: «Мы пахали!»
(любимая цитата одного коллеги)
Однажды Муха села на Слона.
Амбициозною весьма была она.
Сказала Муха: «Ты паши, мой Слон»!
Мушиный писк не слышал вовсе он.
Но все же Слон старательно пахал –
Заказчика желанье исполнял.
До времени, конечно же, но вот –
Пахал без выходных второй уж год…
Заказчик как-то раз Слона обидел,
И Слон его смертельно ненавидел.
Вынашивал с тех пор он мести план –
Проект весь разнести, как ураган,
И сил на это у него б вполне достало,
В войне, однако, торопиться не пристало,
И вот свой план все развивает Слон,
А между делом заодно и пашет он.
К тому ж, пока ему Заказчик платит,
А собранного хватит иль не хватит –
Слон в точности пока еще не знает,
И потому пахать пока он продолжает.
Не зная ничего того,
Усевшись на хребте его,
И ножки свесив, наша Муха,
Спесивого исполнясь духа,
Командовать не устает,
Слону приказы раздает.
Вот если прямо он идет,
То Муха запищит: «Вперед»!
Задумает свернуть он вправо,
Она командует: «Направо»!
Так развлекается она
За счет труда того Слона.
Вот нашей Мухе надоело,
Снялась – и дальше полетела.
Пищит она притом всем встречным,
Продольным или поперечным:
– Я освещаю наш проект,
С утра, и ночью, и в обед!
Хоть пашем вместе со Слоном мы,
Тружусь лишь я трудом упорным!
А Слон наш любит сачковать,
Ему ведь в радость попахать,
И выходить все на работу
И в воскресенье, и в субботу…
Вот я проект наш освещаю,
Вперед науку продвигаю!
С Слоном мы пашем пашню вместе,
Гордился бы такой он честью!
А Слон, такой неблагодарный,
Измыслил замысел коварный,
Свой труд не хочет мне дарить,
Пытается хвостом прибить!
***
Мораль сей басни такова:
(Цитируй мудрые слова…)
Слон и без Мухи так же пашет.
Хоть он на мух хвостом и машет,
И тварь крылатая одна
Получит от него сполна.
А Муху глупо запрягать –
Она способна лишь жужжать!