История о наследстве Александра Градского уже давно перестала быть просто юридическим делом — она превратилась в почти семейную сагу. Всё, как в старом фильме: любовь, деньги, драма, и ни один герой не кажется полностью правым.
Осенью этого года великому музыканту исполнилось бы 76 лет. Но уже четвёртый год его нет, и вместо песен, которыми когда-то восхищалась вся страна, вокруг его имени звучат судебные термины. «Доля», «наследство», «оспаривание» — эти слова теперь куда чаще упоминаются рядом с фамилией Градского, чем «композитор» или «учитель».
После смерти Александра Борисовича выяснилось, что за его состояние борются сразу шесть наследников. Главные претенденты — вдова Марина Градская, с которой он прожил 17 лет, и их двое сыновей: десятилетний Саша и шестилетний Иван.
Но есть и старшие дети — Даниил и Мария, рожденные в браке с первой супругой, 65-летней Ольгой Градской.
Ольга не осталась в стороне. Она подала иск, утверждая, что за двадцать лет их брака (1980–2001) именно тогда Градский создал своё состояние. И, если честно, в этом есть логика: именно в 80-е и 90-е певец был на пике, выступал, сочинял, строил театры, записывал пластинки.
Поначалу суд не поддержал её — слишком уж давним оказался развод. Но Ольга не отступила и доказала, что после расставания так и не получила полагающуюся ей супружескую долю. Она не требует богатств, накопленных Градским позже, просто хочет получить то, что ей положено по закону.
И вот, в конце сентября, апелляция всё изменила: суд удовлетворил иск бывшей жены. Теперь, прежде чем делить наследство, необходимо выделить Ольге её долю.
Казалось бы, история близка к завершению, но не тут-то было.
Вдова музыканта, Марина, намерена оспаривать это решение. С её стороны подана кассация, и юристы не исключают, что разбирательство может растянуться ещё на годы. «Если стороны не примирятся вне суда, процесс затянется надолго», — рассказала адвокат Марины, Лариса Широкова.
Сейчас женщина живёт одна, воспитывает двух сыновей и, по словам близких, переживает всё это крайне тяжело. Ведь речь идёт не просто о доме или счёте в банке — на кону целая жизнь, прожитая рядом с Градским.
Говорят, что в наследственной истории Градского фигурируют огромные суммы. И не зря — на кону два миллиарда рублей, если верить слухам. И это только официально подтверждённое имущество.
Но даже тут не обошлось без детективного поворота.
Три года назад, уже после смерти певца, вдову ограбили. Преступники устроили инсценировку аварии, затолкали Марину в машину и под угрозой пистолета заставили отвезти их домой. Там она отдала всё, что хранилось наличными — по её словам, 100 миллионов рублей.
В полицию она обратилась не сразу: бандиты угрожали детям. Позже преступников задержали — ими оказались мигранты из Средней Азии, но денег так и не нашли.
И всё же даже без этих пропавших миллионов делить есть что.
По словам друга музыканта, продюсера Евгения Морозова, Градский был очень состоятельным человеком. «Имущества там точно на миллиард. Но Саша рассказывал мне, что дома у него наличкой лежало 15 миллионов долларов. Деньги держал в сейфе, банкам не доверял», — вспоминает Морозов.
Если перевести по нынешнему курсу — это больше миллиарда рублей.
Кроме того, Градский имел колоссальную зарплату в шоу «Голос» — около 10 миллионов рублей в месяц. Он сам говорил, что заранее позаботился о будущем детей: купил всем четырём — и старшим, и младшим — по квартире в Москве.
Но за всеми этими цифрами легко забыть, каким человеком был Александр Борисович на самом деле. Его ученица, певица Алла Рид, вспоминает о нём с теплом.
«Я до сих пор с трепетом думаю о нашем знакомстве. Когда пришла в „Голос“, он сразу нажал кнопку. Потом пригласил в театр, где стал для нас не просто худруком, а наставником. Он занимался с каждым лично. Для нас он был как отец».
Алла рассказывает, что при жизни Градского в семье царили мир и взаимопонимание:
«Он всех своих близких обожал. С Мариной у них была настоящая любовь. Я часто бывала у них дома на Тверской — Градский сам ездил за продуктами, готовил, шутил. Любил простую еду: жареную картошку, котлеты, селёдку с водочкой. А Марина занималась детьми. Дочь Маша подбирала нам репертуар, они с отцом были очень близки. Всё изменилось только после его ухода».
Алла вспоминает и последние месяцы жизни композитора.
«Когда он сказал: “Я пойду в последний „Голос“”, я сразу поняла, что это тревожный знак. Он уже болел, ослаб. Я не хотела, чтобы он шёл, но он настоял. Тогда он и подхватил ковид. Врачи боролись, но он часто не слушал их советов».
Певица говорит, что рядом в последние дни была домработница, а семья жила тогда в Подмосковье. Сам Градский оставался в московской квартире.
Если попытаться подсчитать, что осталось после его смерти — получается целое состояние.
В доме на Тверской и в Козицком переулке Градский выкупил целый этаж. Ещё одна квартира находилась в элитном доме на Мосфильмовской, две — в центре Москвы. А за городом - два особняка, один из которых площадью более 1100 квадратных метров в коттеджном посёлке Новоглаголево, примерно в 35 км от столицы. Стоимость - порядка 125 миллионов рублей.
Плюс девять земельных участков, антиквариат, коллекции винилов и старинных книг, мебель ручной работы.
А ещё — машины. Среди них Lincoln Town Car, Chevrolet Lumina, Toyota 4Runner, Mercedes-Benz, Lexus RX 450. Всё это — часть истории одного из самых талантливых и сложных людей в отечественной культуре.
Но, как это часто бывает, даже деньги не спасли от обидного финала.
Долгое время на могиле Градского стоял только деревянный крест. Три года не могли поставить памятник. Официальная версия - «не хватало средств».
Звучит горько, особенно если вспомнить миллиарды, о которых спорят его близкие.
Певица Анна Калашникова, близко знавшая семью, сказала в интервью:
«Если бы Александр Борисович знал, как всё обернётся, он, наверное, оставил бы всё детскому дому. Ведь при жизни у них в семье были прекрасные отношения. А потом, как только речь зашла о наследстве - всё рухнуло».
И вот в этом, пожалуй, самая печальная деталь.
Градский, человек редкого ума и таланта, создал огромное наследие - не только материальное, но и культурное. Но вместо того чтобы сохранить его имя в единстве, родные теперь годами делят квартиры, счета, картины и гектары земли.
А сам он, если бы мог, наверняка сказал бы одно: «Делите любовь, а не имущество».
Но, увы, теперь слово за судом.
Подписывайтесь на наш Телеграм канал с самыми свежими новостями шоу-бизнеса