«Иск прокуратуры не направлен на деприватизацию» // Верховный суд поддержал изъятие акций Ивановского завода тяжелого станкостроения

Экономическая коллегия Верховного суда (ВС) оставила в силе решение об изъятии акций ОАО «Ивановский завод тяжелого станкостроения» в пользу государства по требованию Генпрокуратуры (дело № А17-1139/2024 ). Апелляция и кассация с этим не согласились, но дело на пересмотр передал председатель коллегии по административным делам после отказа главы экономической коллегии Юрия Иваненко в передаче. В феврале 2024 года Генпрокуратура потребовала изъять акции Ивановского завода тяжелого станкостроения в пользу Российской Федерации. Генпрокуратура ссылалась на нарушения в приватизации завода в 1996 году, а также на оборонный характер производимой заводом продукции. Первая инстанция удовлетворила требования, но апелляция и кассация встали на сторону владельцев акций, сославшись в том числе на пропуск исковой давности. Согласно ст. 208 ГК исковая давность не распространяется на требования о защите нематериальных благ, принадлежащих гражданину (например, жизнь, здоровье, неприкосновенность жилища). По мнению судов, Генпрокуратура завила иск об истребовании из чужого незаконного владения в защиту имущественных интересов Российской Федерации, а не в защиту нематериальных благ гражданина. Аналогичные доводы озвучила гражданская коллегия ВС в деле завода «Исеть» в июле прошлого года (см. здесь ). В марте 2025 года судья ВС Наталья Чучунова не стала передавать жалобу Генпрокуратуры на пересмотр в экономическую коллегию. После этого истец дважды (в мае и июне этого года) подавал жалобы на имя председателя экономической коллегии ВС Юрия Иваненко, но передачи дела на пересмотр не добился. Третью жалобу Генпрокуратура подала в сентябре — уже на имя председателя коллегии по административным делам Игоря Крупнова, который и передал дело на пересмотр (см. дискуссию об этом в посте Леонида Кучерова). В заседании в ВС представитель Генпрокуратуры Александр Маруценко говорил, что иск прокуратуры не направлен на деприватизацию. Он касается вопроса нарушения экономического суверенитета и посягательства на нарушение обеспечения обороны страны. По мнению истца, ответчики незаконно владеют стратегическим активом, так как для приватизации нужно было разрешение Правительства об этом. «Материалы дела ярким образом это доказывают», — говорил выступавший. По его словам, владение предприятием началось в 1996 году, с тех пор заключались разные сделки, последняя из которых — в феврале 2024 года. То есть только тогда была окончена совокупность противоправных действий, значит, сроки давности не прошли. Александр Маруценко настаивал, что Ивановский завод тяжелого станкостроения — оборонное предприятие, так как производило станки для оборонных заводов. После приватизации завод был перепрофилирован под аренду производственных мощностей. По мнению Генпрокуратуры, действия приобретателей акций были направлены на то, чтобы «подорвать и без того подорванную обороноспособность страны». «Не существует исков о защите обороноспособности, экономического суверенитета. Иначе любой иск можно вывести из-под срока исковой давности», — возражал представитель ответчиков Максим Никонов. Он также не соглашался, что завод является оборонным предприятием. Ни в одном из учредительных документов не было никакого функционала, связанного с оборонной промышленностью. Станки, которые производил завод, действительно могут покупать оборонные предприятия. Но их также покупают, например, РЖД, «Роснефть». У завода не было специальных заказов на оборудование для оборонной отрасли, не было ни одного гособоронзаказа, не было даже лицензии на такой тип продукции. «Если стол стоит в Генштабе, мебельная фабрика не становится оборонным предприятием», — сказал представитель. По словам Максима Никонова, нынешние владельцы акций не имели отношения к процессу приватизации, а купили акции на вторичном рынке. Так, один из ответчиков Владимир Бажанов в 1996 году был начальником цеха. Другой ответчик, его сын, в то время был подростком. «Какой стандарт осмотрительности должен был проявить начальник цеха, чтобы спустя 30 лет его не упрекнули в недобросовестности?» — удивлялся выступавший. Приватизация проходила открыто и с согласия федеральных органов власти. Наконец, Максим Никонов отметил, что завод бы выведен из банкротства, с 1999 года расширилась линейка производства. А Владимир Бажанов уже в должности генерального директора завода получил премию Президента «за разработку и организацию серийного производства высокопроизводительного металлорежущего оборудования для высокоскоростной обработки сверхсложных корпусных деталей». Судьи экономической коллегии ВС не задавали вопросов представителям сторон, а после совещания отменили решения апелляции и кассации и оставили в силе решение первой инстанции, поддержавшей требование Генпрокуратуры.

]]]]>