Если честно, то главная беда Прони Прокоповны – это, знаете ли, не её ужасающая внешность, которую постоянно подчеркивают и сам фильм, и все вокруг неё. Беда совсем не в этом. Беда в том, что эта девушка из киевской мещанской семьи страдает от чего-то куда более коварного – от того самого тщеславия, которое можно назвать тихой катастрофой для личности. Проня знает о своей невзрачности, но не смирилась с ней. Наоборот, она решила компенсировать её, выстроив целую систему манипуляций и масок.
Её родители – обеспеченные купцы – рассказывают, как их дочка «очень умна» (хоть её и исключили из пансиона, как мы помним), что у неё множество кавалеров, и какое они собрали ей приданое. Но давайте посмотрим честно: не красавица же Проня, да? Умеет ли она «звездить» на пустом месте? Да, умеет. И в этом вся суть. Она производит впечатление не на основе какого-то реального достоинства, а на основе иллюзий, которые создаёт вокруг себя.
Помните, когда Свирид и Проня начинают встречаться, он начинает лебезить перед ней, льёт какую-то патоку про апельсины и ананасы. Проня спокойно, уверенно, даже манерно принимает комплименты (пардон, комплиманы), ничего не говоря в ответ.
Проне нужна респектабельность, образованность в глазах общества – вот её настоящее желание. Это не признание как таковое, а именно статус, блеск, место в обществе. И если Свирид говорит, что хочет с ней быть, она напоминает, что по ночам ходить с кавалерами опасно, нужно ходить чинно, с книгой, в людном саду – в людном, кстати! Потому что главное – чтобы видели.
Когда дело доходит до предложения, Проня не берет инициативу в свои руки. Она ждёт, пока Свирид сам упадёт на колено – при свидетелях, при родителях. Вроде бы робкая девочка, но при этом – властная до мозга костей.
И вот что самое интересное – когда выясняется, что Свирид обманул её, Проня не просто плачет, она играет. Слёзы, обморок, просьбы к родным заступиться. Но потом, когда она выздоравливает, она резко меняется и становится хищной: «Зачем вы ходили ко мне? Зачем клялись, падали передо мною на колени?» Не за магазины его пошла, говорит она, а за него, ибо он перед ней стелился.
То есть даже в момент максимального унижения её главная боль – это не оскорбленное сердце, а оскорбленное самолюбие. Её ранили не отвержением человеком, которого она якобы любила, а тем, что на глазах у всего Киева её «игра» перестала работать.
Видите, в этом и заключается главная беда таких мадам. Они строят себя, как архитектурное сооружение – этаж за этажом, маска на маску. Они проверяют каждый комплимент на искренность, не потому что ищут правду, а потому что боятся, что их могут раскусить, что их фасад даст трещину. Они требуют, чтобы их преследовали, чтобы перед ними падали на колени, но не потому, что хотят быть любимы, а потому что каждая новая «победа» – это очередной кирпичик в стену их иллюзий.
Проня не ищет счастья, она ищет триумфа. Она хочет, чтобы все видели, что её выбрал образованный, «острый как бритва» кавалер. Она хочет быть королевой в глазах Киева, и если честно – ей удалось. Но какой ценой? Ценой того, что она превратилась в существо, которое питается исключительно восхищением окружающих, одобрением, признанием её значимости. И если это признание вдруг исчезнет, если она понимает, что её маска не работает – она просто рушится.
И ещё один момент – такие Прони никогда не задают себе вопроса, правильный ли выбор они делают в жизни. Им важно, чтобы выбор был выгоден, чтобы смотрелся хорошо, чтобы все завидовали. Свирид обанкротился, он лжец, шарлатан? Ладно, главное, что он ведёт себя как образованный человек, главное, что перед ней стелится. Вот в этом и вся суть...