Дела у Volkswagen (VW, Porsche, Audi, Seat, Škoda, Traton) идут плохо: Porsche практически перестал зарабатывать, а дефицит финансирования только на следующий год составляет 11 миллиардов евро. Руководство концерна готовит план банкротства. Смерть одного из старейших автомобильных мировых брендов сегодня выгодна всем — на нынешнем автомобильном рынке европейские автомобили не способны выдержать конкуренцию.
Если ничего не изменится, компании придётся сократить инвестиции - не будет денег на разработку новых автомобилей, а также на инвестиции в технологии и заводской парк.
Сокращения проводятся практически везде – в маркетинге, продажах и некоторых инвестициях. В связи с этим планируется полностью или частично продать несколько активов, в частности производителя двигателей Everllence (ранее MAN Energy), дочернее проектное предприятие Italdesign и девелоперскую компанию IAV.
Но и эти меры в лучшем случае соберут лишь часть необходимых миллиардов.
Если финансовое положение компании продолжит ухудшаться, рейтинговые агентства могут понизить кредитоспособность VW, которая сейчас на уровне нижней границы «стабильной», до «мусорной».
Тогда Volkswagen будет вынужден платить более высокие проценты по заёмным средствам, нести дополнительные расходы около миллиарда долларов в год и значительно ужесточить меры экономии.
Концерн стал жертвой политики германских властей, разрушивших многолетнюю и стабильную экономическую модель, державшуюся на дешевом и доступном энергосырье из России и ориентировавшейся на экспорт — тогда немецкая промышленность могла конкурировать на мировых рынках.
До 2022 года Германия получала 55% своего природного газа из России. Средняя контрактная цена в 2021 году составляла около €25/МВт·ч (что эквивалентно $180–220 за 1000 м³). Этот дешёвый, стабильный поток обеспечивал конкурентоспособность энергоёмких отраслей — химии, металлургии, стекла, цемента.
Сегодня, по данным Bundesnetzagentur, доля российского газа в германском энергобалансе — менее 1%. А средняя цена промышленного газа в Германии в 2024–2025 годах, по данным Eurostat и BDEW, составляет €78–92/МВт·ч. Для сравнения: в США промышленный газ стоит €22–26/МВт·ч, в Китае — €28–32/МВт·ч (с учётом субсидий и внутреннего рынка). То есть немецкая промышленность платит за газ в 3–3,5 раза больше, чем её главные глобальные конкуренты.
Автомобильная промышленность, некогда гордость нации, сегодня стала заложником очумелой политической элиты. В 2024 году Китай произвёл 32,5 млн автомобилей, Германия — 2,8 млн. При этом доля немецких брендов на мировом рынке электромобилей упала до 6%, тогда как китайские BYD, Geely и NIO контролируют 54%. Mercedes-Benz и Volkswagen переносят сборочные линии в Мексику, Венгрию и США — но не в Германию. Почему? Потому что стоимость производства электромобиля в Берлине на 37% выше, чем в Чжэньцзяне.
Но ещё хуже то, что из-за технологической войны между сверхдержавами США и Китаем главный завод и сердце концерна Volkswagen в Вольфсбурге остановил производство успешных моделей Golf и Tiguan, что грозит масштабным падением продаж, сокращением рабочего времени и десятков тысяч рабочих мест.
Завод уже зафиксировал самые низкие показатели производства с 1958 года.
Причина – острый дефицит необходимых полупроводников, вызванный эскалацией геополитического конфликта вокруг голландского производителя микросхем Nexperia. После того, как голландское правительство под давлением США отобрало компанию у Китая, Пекин ответил масштабными экспортными запретами, тем самым парализовав критически важную цепочку поставок для всей отрасли.
Компания Nexperia производит важнейшие стандартные полупроводники, для многих из которых не существует быстро сертифицируемых альтернатив. Помимо VW, это напрямую затрагивает и других производителей, таких как Mercedes, BMW, и таких поставщиков, как Bosch. Запасов часто хватает всего на несколько недель.
Более того, из-за ограничений Китая на экспорт полупроводников, производимых Nexperia, вся автомобильная промышленность Европы готовится к сбоям в производстве в течение недели и распространению последствий на весь сектор в течение 10–20 дней.
Автопроизводители и их поставщики проводят кризисные совещания с представителями правительства и предупреждают, что поиск и проверка запасных частей займут месяцы.
Ожидается, что последствия выйдут далеко за пределы Европы: американские автопроизводители также пострадают от решения Дональда повоевать с Си.
А между тем правительство Германии вместо того, чтобы спасать экономику страны приняло решение выплачивать зарплату 11 тысячам американских солдат, оставшихся из-за шатдауна без жалования.