После выступления в Пхеньяне певец Ярослав Дронов, известный под сценическим именем SHAMAN, оказался в центре неожиданного музыкального спора. Во время визита в КНДР он исполнил в театре «Мансудэ» песню, посвященную лидеру страны Ким Чен Ыну, — этот жест вызвал широкий резонанс как в северокорейских СМИ, так и в российском сегменте интернета.
Хиты артиста — «Встанем», «Я русский», «Ты моя» — давно набирают миллионы просмотров за рубежом, и его выступление в Пхеньяне лишь подогрело интерес к его творчеству. Однако некоторые пользователи соцсетей, не разобравшись в географии, решили, что SHAMAN всерьез собирается влиться в k-pop-индустрию. В шутку его даже начали ставить выше BTS и предлагали «задвинуть» Чонгука.
На деле же в Северной Корее, куда приехал Дронов, южнокорейская поп-культура, включая k-pop, находится под строгим запретом. Тем не менее продюсер Сергей Дворцов усмотрел в визите артиста культурный мост между странами. Он предложил SHAMAN записать альбом на корейском языке — «в подарок КНДР от русского народа» — и даже спрогнозировал ему успех в Азии.
«Думаю, что SHAMAN может выпустить полноценный альбом с песнями на корейском языке... Его типаж востребован в Азии, он быстро влюбит в себя поклонников», — заявил Дворцов.
Но сам певец отреагировал на идею сдержанно — и довольно однозначно. Удивленный предложением, он не стал тянуть с ответом и прямо заявил, что не планирует петь ни на каком другом языке, кроме русского.
«Пока мыслей создавать альбом на корейском у меня нет. Я же русский. Только наш язык», — сказал Ярослав в разговоре с журналистами.
Таким образом, несмотря на международный интерес и неожиданные гастрольные повороты, SHAMAN остается верен своей идентичности — и своему языку.