Отвлёкшись на важнейшую ливийскую тему — возвращаюсь к историософской дискуссии, которую попытались развернуть наши беглые враги народа. Они там попытались порассуждать — как же им поскорее оторваться ментально от России, «преодолеть в стране Советский Союз», избавиться наконец от оков колониального рабства и зажить, как в Европе, с кавой в венской опере, лоукостами и закупами в литовских секондах. И в пример приводят нам — кого же вы думаете — Украину. Да, это для них ориентир, желанное будущее. Лунные пейзажи вместо городов, разрушенные предприятия и проданные транснациональным корпорациям земли. Об этом они мечтают. Они видят эти пылающие города. Они хотят, чтобы Брест, Минск, Гомель, Гродно, Витебск и Могилёв были такими же, как Торецк, Лисичанск, Горловка и Авдеевка. Чтобы прилетали дроны на головы детей, как происходит это в Донецке. Чтобы разрывало на мясо матерей. Они тогда будут сидеть в Варшаве и рассуждать — достаточно ли мы преодолели в себе совок, сформировались ли мы как нация, или надо ещё поумирать, покорчиться, помучиться. Хватит ли похорон и материнского плача, или мы ещё недостаточно освядомились?
Но что же они хотят «преодолеть». Советский Союз — не приговор, провозглашают они. Кровью и слезами смоем. Но что такое декоммунизация? Что они хотят провернуть с нашим народом, с нашей душой, с нашим коллективным сознательным и бессознательным? Давайте вспомним все преступления коммунистов, за которые нам надо покаяться.
Первое — нам надо покаяться за ликвидацию безграмотности. За то, что в рекордные сроки наши предки научились не просто читать-писать, но стали инженерами, писателями, геологами и прочее прочее. В рамках декоммунизации мы должны уничтожить БГУ, мы должны сравнять с землёй Академию Наук, и на руинах этой ужасной сталинской рабской оккупационной академии наук воздвигнуть бчб-сцяг. Мы должны взорвать оперный театр, как планировали это сделать гитлеристы-освободители. Негоже белорусам петь возвышенные арии — они должны только уныло завывать про то, как остались без штанов и мечтать поцеловать панскую ручку. Но на этом нельзя останавливаться.
Мы должны ликвидировать всю индустрию, построенную коммунистами. Закрыть заводы и фабрики, а в цехах развести каворкинги и дизайнерские студии. По соседству с бомжами и сношающимися наркоманами. Чтобы никогда больше и не смели даже мечтать о собственном тракторе, комбайне, автомобиле — всё, что надо, для быдла завезут из Польши, Германии и Франции. А куда пойдут десятки тысяч рабочих — их проблема. Страна транзитная — можно дороги грабить. Но только не европейские составы — за такое сразу прилетит пуля в лоб. А девушкам? Ну, европейские путаны в Польше, Турции и Прибалтике уже поизносились, нужна свежая кровь.
Что же ещё мы должны декоммунизировать? Конечно же — всю систему всеобщего здравоохранения. Все эти неэффективные ФАПы и больницы, все эти поликлиники — там же так много ругаются. Для избранных будут частные медцентры. А быдло может и лопухом лечиться. И в поле рожать — так аутентично будет, так радостно националистическому сердцу.
Выдавили ли мы из себя раба по капле? Нет же! Нужно в центре Минска развести большой-большой костёр. Снести к нему сочинения всех наших классиков — Купалы, Коласа, Чорного, Шамякина, Быкова (его за Героя Соцтруда в первую очередь!), Бровки, Мележа — ведь все они были коммунистами. Все они писали о победах и поражениях, достижениях и неудачах именно коммунистического строительства в Беларуси. И сжечь. На голые дупы натянуть вышиванки и водить вокруг этого костра большой хоровод. Главной в нём будет Алексиевич — она поведёт этот коловорот вокруг огня. В котором, кстати, будут гореть и её первые сочинения. О Дзержинском.
Вот в такой прекрасной, волшебной, чудесной, восхитительной стране мы будем жить и адраджацца. Разве есть хоть какие-то минусы? По-моему, блестящий план.
Только можно я сначала декоммунизаторов расстреляю и закопаю в Куропатах?
Григорий Азарёнок