Октябрь 1949 года, Нью-Йорк. Крошечная женщина стоит на сцене, сжимая микрофон побелевшими пальцами. Ей только что сообщили, что самолет упал. Что его больше нет. Но шоу должно продолжаться — так велит контракт, так требует публика. "Сегодня я пою для Марселя", — произносит она дрожащим голосом. И начинает петь ту самую песню, которую написала для него месяц назад — пророческую элегию о любви сильнее смерти.
Встреча
Лето 1948 года, Париж. Их познакомили общие друзья. Эдит уже была звездой — её голос знала вся Франция. Марсель только что вернулся из Америки, где выигрывал бой за боем. Он был на пике славы, красавец-боксёр, которого обожали женщины.
Химия сработала мгновенно. Марсель начал писать ей письма — отчаянные, ревнивые, боялся, что она найдёт другого. Он был почти неграмотным, она пыталась учить его читать. Сама едва умела, но старалась. Они учились вместе, как дети.
Первое свидание запомнилось конфузом: Марсель привёл её в дешёвую забегаловку на гамбургеры. Эдит ничего не сказала, но лицо выдало разочарование. Он понял мгновенно и тут же повёл её в роскошный ресторан. Не потому что хотел произвести впечатление — просто увидел, что ей больно.
Проблема обнаружилась быстро: он был женат, трое детей. Пресса набросилась на них с яростью праведников. Газеты смаковали скандал: великий боксёр бросает семью ради певички. Общество осуждало. Жена страдала публично.
Но они не прятались. Купили маленький отель в Париже на улице Грамон — их убежище, где можно было просто быть вместе. Марсель носил её фотографию в боксёрских перчатках. Эдит каждый вечер писала ему между выступлениями. Четырнадцать месяцев — вся их любовь уместилась в год с небольшим.
Счастье
Это был период невероятного счастья для Эдит. Она влюблена и на пике карьеры одновременно. Каждое утро просыпалась с мыслью о нём. Каждый вечер засыпала, зная, что он существует.
Они жили между его боями и её турне. Марсель уезжал тренироваться, Эдит отправлялась на гастроли. Письма летали через океан — страстные, нежные, отчаянные. Она писала о том, как скучает. Он писал о том, как боится её потерять.
21 сентября 1948 года, Джерси-Сити: Марсель нокаутировал американца Тони Зэйла в двенадцатом раунде. Стал чемпионом мира в среднем весе. Франция ликовала. Эдит плакала от счастья — её мужчина на вершине мира.
Но в спорте нельзя оставаться на вершине вечно. 16 июня 1949 года в Детройте Марсель вышел на ринг против Джейка ЛаМотты. В первом же раунде получил травму плеча. Проиграл. Впервые за годы — поражение.
Пресса обвинила Эдит. Певичка отвлекла чемпиона. Женщина погубила героя. Старая песня — всегда виновата она. Марсель злился на журналистов, защищал её. Подписал контракт на реванш с ЛаМоттой. Хотел доказать всем, что способен вернуться.
Сентябрь 1949 года: Эдит пишет песню "Hymne à l'amour". Гимн их любви. Слова звучали как клятва: "Если небо упадёт... если ты умрёшь где-то далеко... я тоже умру". Она пела эти строчки, не зная, что они пророческие. Месяц оставался до катастрофы.
Песня-пророчество
"Hymne à l'amour" взлетела в хит-парадах. Эдит исполняла её на каждом концерте, и зал замирал на словах про смерть и вечную любовь. Красивая метафора, не больше — так все думали.
А Марсель тем временем потел в спортзале. Реванш с ЛаМоттой был назначен на декабрь в Детройте. Плечо ныло после той злосчастной травмы, но сдаваться он не умел. Нужно было вернуть титул и заткнуть рты всем, кто обвинял Эдит в его поражении.
Она уехала с гастролями в Штаты. Нью-Йорк, концерты, толпы поклонников. План был простой: Марсель прилетит к ней, они проведут вместе несколько дней, потом он отправится в Детройт драться.
Письма шли через Атлантику почти каждый день. Он писал, что время тянется невыносимо. Она отвечала, что считает дни. Декабрь казался близко, хотя осень ещё не кончилась.
Сначала Марсель хотел добираться морем — неспешно, зато надёжно. Но Эдит попросила его приехать быстрее. Ждать ещё неделю было выше её сил. Марсель сдался и купил билет на самолёт Air France. Маршрут через Азорские острова, потом Нью-Йорк.
27 октября он сел в самолёт в Оры. Завтра утром они увидятся. Обнимутся в аэропорту, как в кино. Она уже наверняка придумала, куда они пойдут ужинать.
28 октября 1949 года
Самолёт должен был приземлиться на Азорских островах — дозаправка, рутина. Пассажиры дремали или листали газеты. Марсель наверняка думал о встрече.
На подлёте к острову Сан-Мигел самолёт врезался в гору Редонду. Все 48 человек на борту погибли. Мгновенно. Обломки разбросало по склону, спасатели добрались туда только через несколько часов.
В Нью-Йорке Эдит красилась перед вечерним шоу. Кто-то вошёл в гримёрку и выпалил: самолёт разбился. Она сначала не поняла — какой самолёт, что вы несёте? Потом до неё дошло.
Его нет. Марсель мёртв.
Зал был забит до отказа. Билеты проданы за месяцы вперёд. Менеджеры настаивали — контракт есть контракт. Но Эдит сама потребовала выйти на сцену. Отговаривали — она не слушала. Натянула чёрное платье и пошла к микрофону.
"Сегодня я пою для Марселя Сердана" — эти слова она произнесла в мёртвую тишину зала. Голос дрожал, но она начала. "Hymne à l'amour". Ту самую песню про вечную любовь и смерть.
Дошла до строчки "Бог воссоединяет тех, кто любит друг друга" и вцепилась в занавес. Ноги подкосились. Упала в обморок прямо на сцене. Занавес дёрнулся и закрылся. Зал застыл в шоке.
Песня стала хитом номер один. Все её слушали и плакали. Только цена оказалась чудовищной.
Жизнь после смерти любви
Она так и не оправилась от его гибели. Были другие мужчины, даже два брака, но это ничего не значило. Однажды призналась сестре: "Мамон, заказывай столик на троих. Может, так я почувствую, что он всё ещё с нами". Пустой стул напротив. Третий бокал вина. Безумие? Нет, просто она не умела жить иначе.
Алкоголь стал постоянным спутником. Не для веселья — для забвения. В 1951 году попала в три автокатастрофы подряд. Сломанная рука, рёбра, морфин от боли. Морфин перестал быть лекарством и стал зависимостью.
Она продолжала петь. Выходила на сцену полумёртвой и оживала только под светом прожекторов. Каждая песня — "Hymne à l'amour", "Mon Dieu" — была про него. Публика рыдала, а она пела и пела, выжимая из себя последнее.
1961 год. Снова разговор с сестрой: "У меня было много любовников, но по-настоящему я любила только одного — Марселя Сердана". Прошло двенадцать лет, а рана всё не затягивалась.
Тело разваливалось. Артрит скрючил пальцы. Печень отказывала. 10 октября 1963 года Эдит Пиаф умерла. Ей было 47. Четырнадцать лет она прожила после его смерти — или просто дожила, потому что сердце почему-то продолжало биться.