Важные сдвиги в расстановке сил и в смене принципов межгосударственных отношений касаются не только Европы и Мира в целом, но и коллективного Запада. Усугубляются многоплановые разногласия между США, которые при Трампе активно продвигают эти изменения, и Европой.
Европа ищет возможность за счёт укрепления экономических отношений с КНР обрести некую свободу манёвра в условиях тарифных войн Трампа. США при Трампе ситуативно заинтересованы в сближении с РФ, преодолевая сопротивление своих и европейских глобалистов.
Такая противоречивая ситуация открывает перед Россией и Китаем, как лидерами формирования многополярного мира, новые возможности в перестройке мирового управления.
Смещение стратегических приоритетов США от Европы в сторону Китая и ЮВА в целом обернулось ослаблением оборонного сотрудничества между США и ЕС. Как следствие, в НАТО существенно изменяется механизм распределения ответственности и, следовательно, финансовой нагрузки за трансатлантическую безопасность.
Китайские эксперты Сунь Чэнхао (Центр международной безопасности и стратегии Университета Цинхуа) и Ли Цзялинь (Институт международных отношений Китайского университета иностранных дел) определили этот процесс, как переход от "коллективной безопасности" к "сделкам о безопасности", что отразилось в новом принципиальном подходе администрации Трампа к своим лидерским обязанностям в НАТО - "защищаем тех, кто за это платит".
В этой связи симптоматичен свежий пример с угрозой Трампа "вышвырнуть Испанию из НАТО", если она не нарастит расходы на оборону до 5% ВВП и ввести против неё пошлины. Испания и ряд иных стран НАТО считают, что необходим иной принцип распределения оборонной нагрузки – исходить не из фиксированного процента расходов на оборону, а из выполнения каждой страной возложенных на неё задач.
Названные два обстоятельства, дополненные ограниченностью внутренних ресурсов США и их отходом от либерал-глобалистских ценностей ЕС в пользу односторонности усилили структурные противоречия в американо-европейских отношениях.
Чрезмерные расходы США на поддержание системы проамериканских союзов и партнёрств в условиях изменения расстановки сил в мире и сокращения их стратегических ресурсов подорвали доверие к ней Трампа и его команды. Украинский кризис и новый виток сдерживания КНР эту тенденцию усилили. США не хотят доплачивать своим европейским союзникам – и не только им – за союзничество. Это серьёзная трещина в единстве Запада.
В итоге, США снижают зависимость от своих союзников и партнёров, превращая их из опоры своей гегемонии в функциональный инструмент, в первую очередь, в инструмент извлечения прибыли.
Важным следствием такого подхода стал постепенный отход США от коллективных консультаций внутри НАТО и принципа "согласия" к двусторонним механизмам. США неоднократно обходили формальные процедуры консультаций в таких вопросах, как война в Афганистане и украинский кризис, предпринимая односторонние действия.
Кстати, предвестником нынешних уже оформившихся сдвигов в политике США, была т.н. "евроатлантическая трещина" - обход Вашингтоном в 2003 г. при президенте Буше-младшем (также, республиканце) внутринатовского сопротивления иракской компании США в пользу "коалиции желающих".
Одновременно с этим администрация Трампа ускорила процесс заключения двусторонних оборонных соглашений с Польшей, Финляндией и Венгрией, что, вероятно, ещё больше подорвёт многостороннюю основу механизма распределения нагрузки в НАТО.
Реагируя на эти процессы, ЕС активно укрепляет "стратегическую автономию" и берёт на себя основной груз агрессивного противостояния России, рассматривая нашу страну, как главное препятствие восстановлению западной гегемонии в мире. В результате, военно-технические ресурсы европейских членов НАТО смещаются в сторону "приграничных" с Россией стран. ЕС также запустил "План перевооружения Европы" и "План действий по обеспечению европейской безопасности", а Британия и Франция способствовали взаимосогласованию действий ядерных сил в рамках Нортвудской декларации.
США при Трампе, напротив, считают КНР наиболее опасным, экзистенциальным конкурентом-врагом, воспринимая её также, как в "холодную войну" воспринимали СССР. Противостояние с Россией явным образом отошло на второй план.
В то же время, разногласия между США и Европой в вопросе "кто наиболее опасен для Запада – Россия или Китай?" усилили сопротивление европейских членов НАТО продвижению американской "Индо-Тихоокеанской стратегии" и мотивировали ЕС занять более самостоятельную и более взвешенную позицию в отношении Китая.
Брюссель в целом успешно противодействует попыткам США вовлечь ЕС в противостояние с Китаем, но при этом сам стремится вовлечь США в противостояние Европы с Россией. Впрочем, тоже пока безрезультатно, о чём свидетельствуют комментарии Трампа по итогам недавнего разговора с Президентом России.
В то же время, нынешняя активизация противостояния США с КНР усилила опасения Европы в том, что она может стать инструментом Вашингтона для сдерживания Китая, что сократит её пространство для манёвра в отношениях с Пекином. А такое пространство ЕС необходимо, чтобы опереться на экономическое сотрудничество с КНР в разворачивающейся торговой войне с США.
В этой связи, китайские эксперты обращают внимание на двойственность китайско-европейских отношений. С одной стороны, под давлением США Европа должна сохранять определённую степень согласованности в рамках НАТО, в целом воспринимая Китай как "системного соперника", особенно в контексте сотрудничества Китая и России.
С другой - Европа стремится избежать полномасштабного противостояния между сторонами, при этом, делая упор на диалог и ограниченное сотрудничество с Пекином по таким вопросам, как изменение климата, контроль над вооружениями в ЮВА, здравоохранение, пр.
В КНР не без основания считают, что данная ситуация создаёт возможности для долгосрочного взаимовыгодного сотрудничества между Китаем и Европой в областях "зелёной" энергетики, цифровой инфраструктуры и, в целом, для усиления экономической взаимодополняемости. По мнению ряда влиятельных китайских экспертов это обеспечит равновесие в отношениях КНР и ЕС между сдерживанием и сотрудничеством при сохранении стратегической гибкости.
Серьёзные противоречия внутри коллективного Запада открывают перед Россией и Китаем хорошую возможность предотвратить выстраивание единого Западного фронта для их сдерживания, к чему шло дело при администрации Байдена.
На фоне отдаления США от Европы сближение Китая с ЕС, которое идёт одновременно с попытками восстановления отношений России и США (в идеале, дело следует вести к сближению) вопреки американской и европейской "партиям войны", полностью отвечает долгосрочным интересам, как России, так и Китая, поскольку усугубляют раскол Запада и ускоряют формирование многополярного мира.
В этой ситуации предельно важно, чтобы Россия, образно говоря, "выиграла борьбу за Трампа", т.е., изолировала российско-американские отношения от украинского вопроса и вытеснила европейскую "партию войны" на обочину политики, терпеливо налаживая всесторонний диалог и деловые связи с США через сеть совместных, крупных и долгосрочных экономических проектов в наиболее интересных для нас и американцев областях. При администрации Трампа предпосылки для этого есть.
Кирилл Дмитриев - спецпредставитель Президента и глава РФПИ на прошедшей "Российской энергетической неделе" засвидетельствовал, что энергетические компании США ожидают политического сигнала, чтобы выйти на конкретные договорённости с российской стороной.
Таким образом, РФ и КНР, действуя каждый в своих интересах, оттаскивают две части Запада – американскую и европейскую - друг от друга, вместе работая на ликвидацию западной гегемонии и приближая многополярный мир.
Следует обратить внимание, что на фоне раскола Запада Россия и Китай поддерживают устойчивое всеохватывающее стратегическое партнёрство, особенно, в оборонной области, что является критически необходимым условием для конечного успеха курса на разрушение единого западного фронта.
Растёт количество совместных военных учений России и КНР; идёт обмен боевым опытом. Стали постоянными морские, воздушные, а недавно, и подводные патрулирования в Северо-Восточной Азии. Выполняются совместные проекты в энергетике.
Продолжая взаимосогласованные действия во внешней, оборонной и экономической политике, Москва и Пекин укрепляют более справедливый порядок в формирующемся многополярном мире.
О том, как Россия взаимодействует с КНР - в статье "Россия наполнила рынок Китая, пока с ним воевали США"
Виктор Пироженко