Глава 41
Онлайн-аукцион проходил на закрытой платформе, доступ к которой осуществлялся по специальным приглашениям. Матвей, Аделина и Поляков собрались в конференц-зале Полякова, где на большом экране отображался интерфейс торгов. Названия лотов были зашифрованы, но Поляков знал, под каким номером выставляется «Утренняя заря».
– Помните, наша цель – не купить картину, а послать ему сигнал, – напомнил Поляков. – Как только он поймет, что мы здесь, он запаникует. А паникующие люди совершают ошибки.
Торги начались. Картина Игоря шла под номером 17. Стартовая цена была высока, но не запредельна. Первые ставки поступали от анонимных участников с номерами. Матвей следил за экраном, его палец был наготове.
– Сейчас, – прошептал Поляков, когда ставки замедлились. – Делайте вашу ставку. Резко завышайте.
Матвей ввел сумму, вдвое превышающую текущую ставку, и нажал «Подтвердить». Рядом с его ставкой высветился его верифицированный псевдоним – «М.В. Прогресс».
На экране на несколько секунд воцарилась пауза. Затем появилась новая ставка от участника под номером «У-13». Цена снова подскочила.
– Это он, – сказал Поляков. – Он пытается откупиться.
– Значит, мы на правильном пути, – Аделина не отрывала взгляда от экрана. – Он не хочет, чтобы картина досталась нам.
Матвей снова поднял ставку. Теперь цена была втрое выше стартовой. На экране снова замерло. Казалось, все участники затаили дыхание.
Внезапно в углу экрана появилось всплывающее окно – запрос на приватный текстовый чат от участника «У-13».
Поляков кивнул.
– Отвечайте. Только вы, Матвей.
Матвей открыл чат. Сообщение было кратким:
«Что тебе нужно, Воронцов?»
Матвей набрал ответ, его пальцы стучали по клавиатуре с холодной яростью:
«Тебя. На коленях. Но пока что хочу посмотреть, как ты бежишь, как крыса.»
Ответ пришел мгновенно:
«Ты ничего не получишь. Я ухожу. И ты никогда меня не найдешь.»
«Попробуй. Мы будем везде. В каждом городе, в каждой стране. Ты обрек себя на вечный побег. Сладких снов, Игорь.»
Матвей отправил сообщение и снова поднял ставку на картину, доведя ее до абсурдной суммы.
На экране снова повисла пауза. Длинная. Очень длинная. Затем статус лота «Утренняя заря» сменился на «Снят с торгов».
Он понял. Он забрал свою ставку. Картина не будет продана. Он не получит свои деньги. Его план рухнул в самый последний момент.
– Он сбежал, – тихо сказал Поляков. – Не физически, но морально. Вы его сломали. Он понял, что не сможет просто исчезнуть. Что вы будете преследовать его.
Аделина смотрела на экран, и на ее глазах выступили слезы. Не от радости, а от огромного, давящего облегчения. Это не была победа. Это было окончание кошмара.
– Это... конец? – спросила она, ее голос дрожал.
Матвей обнял ее.
– Для нас – да. Для него... его наказание только начинается. Жизнь в бегах, в постоянном страхе, что за каждым углом его ждут. Это хуже любой тюрьмы.
Они сидели в тихом зале, и экран перед ними погас. Война, которая стоила им так много, наконец закончилась. Не громким взрывом, а тихим, цифровым щелчком. Игорь Зимин проиграл. И его самым страшным наказанием стало не забвение, а память. Память о том, что он оставил после себя, и о тех, кто никогда не перестанет быть его тенью.
Подписывайтесь на дзен-канал Реальная любовь и не забудьте поставить лайк))