В своей жизни охотился на глухаря два раза, точнее на глухаря один раз и один раз на глухарку (самку глухаря, иногда называют копалухой), хотя видел их много раз. В обоих случаях охота получилась очень удачной, для птиц.
В тот день в начале июля утро начиналось, как обычно. К 8 часам утра необходимо было отвести дочку в садик, получалось у меня это не так часто.
Все время поражался, школьникам в школу к 9 часам утра, а в садик и в ясли к 8 часам. В сильные морозы у школьников выходные, а в садиках и яслях нет, укутаешь ребенка и везешь на санках.
Проблемы у нас начинались сразу при выходе из подъезда, дочка говорила, что она устала и просилась на руки. С пацанами проще, можно применить командный голос и другие меры воздействия, но с дочками у отцов такие методы не работали. Ведь недаром говорят, что мужчины хотят сыновей, а любят дочерей.
Пришлось брать на руки и нести, дочка обнимала меня за шею и спокойно засыпала, досматривая свои сны. Причем жена говорила, что с ней она спокойно идет сама.
Воспитательница в детском саду рассказывала, что большинство детей в себя приходят только часам к десяти утра, некоторые на завтраке засыпают, с ложкой в руках.
Сдав ребенка воспитательнице, пошел на работу. Не успел зайти в отдел, как дежурный меня обрадовал, что вызывает начальник отдела.
Неожиданный вызов к руководству никогда ничем хорошим не грозит, пока шел, думал, где провинился.
В кабинете кроме начальника находился начальник ОБХСС (отдел борьбы с хищениями социалистической собственности, сейчас отдел борьбы с экономическими преступлениями ОБЭП) и сотрудник этого отдела Анатолий.
Начальник сказал, что нужно проверить партию по добыче золота, и заодно экспедицию по добыче горного хрусталя, находящиеся в горах. Поводом будет проверка хранения огнестрельного оружия и взрывчатых веществ, будет выдано предписание о проверке.
Я сказал, что на автомашинах имеющихся в отделе (УАЗ и жигули) максимум куда доедем, то до первой реки. Могу договориться с «хрусталями» или «золотарями» (так их в простонародье называли), нас отвезут и привезут обратно.
Начальник сказал, что так не пойдет, сами с Анатолием найдите транспорт. На мой резонный вопрос, а с какого перепугу я должен ехать, территория не моя. На это мне сказали, что по некоторым делам мы с Анатолием работали вместе и очень результативно, а главное я хорошо знаю руководство этих организаций.
С какой целью едет Анатолий, мне не сказали, да я и не особо ждал, скажут хорошо, не скажут еще лучше. Как говорится, чем больше знаешь, тем хуже спишь.
К сотрудникам ОБХСС я относился не очень хорошо. Несмотря на то, что их служба и уголовный розыск являются оперативными подразделениями, цели и задачи у нас разные.
Они имеют дело с «латентными» преступлениями, которые нужно выявлять, а можно и не выявить. Сотрудникам уголовного розыска ничего выявлять не нужно, у нас все на виду: убийства, кражи, разбои и так далее.
В милицейской среде их в шутку называли «колбасниками», потому, что они сидели на дефиците. Сколько я их видел всегда высокомерные, в костюмах и галстуках, ведь они не появлялись в тех местах, где постоянно работают сотрудники уголовного розыска.
Контингент, с которым мы работали, был совершенно разный.
В 90-ые годы я не раз сталкивался с их «интеллигентным» контингентом, которые кроме их привычной преступной деятельности, стали организовывать «заказные» убийства, похищения людей и многое другое.
С Анатолием я два раза работал по делам связанным с незаконной добычей и реализацией самородного золота.
Но первую нашу встречу думаю мы с ним никогда не забудем, ведь благодаря ей, я пришел на службу в милицию.
После окончания учебного заведения служил в Военно-Морской авиации, затем волей «его величества» случая оказался на Севере.
Работал я в Интинской геофизической экспедиции начальником ремонтно- механических мастерских. Отвечал за эксплуатацию оборудования, гусеничного и автомобильного транспорта.
Не буду описывать свою работу в геофизической экспедиции, где я проработал около двух лет, а сразу перейду к знакомству с Анатолием.
У нас на базе стояла железнодорожная цистерна, в которую мы заправщиками заливали бензин, а потом через насос заправлялись водители. В конторке напротив цистерны сидела девушка и регистрировала количество выданного бензина.
На территории района работала артель старателей (так называемая артель Туманова), единственная в Советском Союзе частная компания. Заработки у них были очень высокие, но и работали они по 12 часов без выходных по 6 -8 месяцев.
По работе мне как-то понадобились запчасти для автотранспорта, с центральной базы вовремя не прислали. И я, объехав почти все предприятия в городе, ничего не нашел. Мне посоветовали обратиться к старателям. Что я и сделал, и они меня выручили. Когда нам пришли запчасти, я их вернул.
Через некоторое время они обратились ко мне с просьбой. У них произошли задержки с топливом, и им было нужно около трех тонн бензина и еще машинное масло. Они обещали через некоторое время вернуть. Так как у нас цистерна была полная, я им дал бензин и три двухсот- литровые бочки масла.
Примерно через 4-5 дней на базе появился сотрудник ОБХСС и это был Анатолий. В то время существовал закон: если с одного государственного предприятия передавались на другое государственное предприятие материальные ценности, то хищения не было. А здесь я передал материальные ценности частному лицу.
Данный сотрудник ОБХСС изъял документы на бензин и машинное масло (приход-расход), сделал из длинной палки линейку и через верхний люк цистерны замерил уровень топлива, пояснив, что остаток он потом посчитает.
Время подходило к 12 часам. Я сказал ему, что у меня обед до 13 часов, и предложил встретиться после обеда. Анатолий согласился и пояснил, что у него обед с 13 до 14 часов. И мы с ним договорились встретиться в 14 часов 30 минут.
После того, как он уехал, я позвонил старателям и обрисовал ситуацию. Мне ответили, чтобы я не переживал: бензин и масло они получили и в течение часа привезут. А я могу спокойно идти обедать.
Примерно через час я вернулся на базу и увидел, что к цистерне подъезжали машины. На складе рабочие мне сказали, что старатели привезли 5 бочек масла, хотя брали 3. Я попросил рабочих откатить 2 бочки масла в другое место.
Около трех часов приехал Анатолий и решил пойти на склад, чтобы проверить машинное масло. Также он пояснил, что мне нужно подписать акт об обследовании цистерны с бензином.
Акт я подписывать отказался, дескать, мне не понравились его способы замера, и предложил повторно замерить уровень топлива в цистерне. Мы вместе залезли наверх и открыли верхний люк цистерны. Она была полна под заглушку.
Сотрудник ОБХСС разнервничался и стал кричать, что мы налили туда воды. Тогда мы спустились вниз, я позвал свидетелей, пояснив им, что сотрудник милиции утверждает, что мы налили в цистерну воды. Так как вода тяжелее бензина, то в цистерне она будет находиться в самой нижней ее части. И топливо, которое мы насосом наберем, гореть не будет.
С насоса я скачал полведра топлива и, отойдя в сторону, поджег. И бензин сгорел без остатка.
Затем мы с Анатолием прошли на склад и посчитали бочки с маслом. Все сошлось.
И сотрудник ОБХСС уехал, даже не взяв с меня объяснение.
Примерно через два дня мне позвонили из милиции и пригласили к начальнику следствия. Приехав в милицию, я узнал, что сотрудники ОБХСС, уверенные в стопроцентном результате, еще не проведя проверки в полном объеме, передали материалы в следствие. И в отделе милиции все были в курсе произошедшего, но какого-либо огорчения у сотрудников следствия я не увидел.
Начальник следствия попросил дать пояснения, что я и сделал: не был, ничего не видел и ни в чем не участвовал, ничего не было. Тогда он предложил попить чаю.
В ходе разговора за чаем он мне рассказал о себе, а я ему про свою биографию. Он мне предложил пойти на работу в милицию. Выслуги лет у меня много (армейская и учеба засчитывается, а в армии у меня шел год за два) всего вышло 16 лет, а в милиции выслуга год за полтора. Раньше на пенсию выйду. Он мне понравился как человек, впоследствии мы с ним подружились.
Я вспомнил прочитанные в детстве книги и сказал, что если пойду, то только в уголовный розыск. Он немного огорчился. И мы, не откладывая в долгий ящик, пошли к начальнику милиции, где я заполнил соответствующие бумаги. Через полгода я работал в уголовном розыске.
Так Анатолий принял непосредственное участие, в том, что я стал работать в уголовном розыске. Сначала у нас с ним отношения были неважные, но потом наладились.
Когда вышли от руководства, то решили, что будем искать автомобиль для поездки, через свои связи и разошлись по кабинетам. Позвонив всем своим знакомым, выяснил, что ни у кого свободного «Урала» нет, либо в рейсах, либо на ремонте, в партию по добыче золота и в экспедицию по добыче горного хрусталя, соответственно не звонил.
По прежнему месту работы в геофизической экспедиции я тоже обращался, но сказали, что нет возможности. Примерно через полчаса мне позвонили из геофизики и сказали, а зачем тебе «Урал», у нас есть свободная машина вахтовка, на базе ГАЗ-66. Проходимость у нее чуть хуже, но зато топлива ест меньше, клиренс почти такой же. Если оба бака заправить, то хватит туда и обратно. Куда нужно ехать, сказал только, что в верховья реки Балбанью.
Я согласился и сказал, что сегодня ее заберу, после чего пошел к Анатолию и пояснил ему, что автомобиль нашел, пригоню его к отделу, где встречаемся в 4 утра. Анатолий ответил, что с него продукты.
В геофизике забрал автомобиль, ребята положили в кузов еще одну запаску на всякий случай, взял у них канистру с водой и чайник для костра.
У меня были открыты все категории, кроме гусеничного транспорта и автобусов.
Автомобиль ГАЗ-66 всем хорош, но есть один недостаток, двигатель находится в кабине и очень сильно ее нагревает, но в условиях Севера это не недостаток, а скорее плюс. Температура в горах редко поднимается до +20 градусов.
В назначенное время был на месте, в сейфе взял табельное оружие, в дежурке получил автомат и два магазина к нему. Места дикие, неизвестно кто по дороге встретится.
Возле машины меня ждал Анатолий, который кроме рюкзака с продуктами, взял с собой охотничье ружье, пояснив, что может по дороге поохотимся.
Когда выехали на дорогу в горы, начинающуюся от пос. Верхняя Инта, Анатолий попросился сесть за руль, пояснив, что давно мечтал управлять грузовым автомобилем, особенно в горах. Я согласился, но пояснил ему, что крупные реки вброд буду переезжать сам.
В это время года дорога не представляла особой сложности, до базы экспедиции по добыче хрусталя примерно 135-140 километров, сейчас это турбаза «Желанное», оттуда осуществляют сплав по реке и есть пеший маршрут к самой высокой горе всего Урала, «Народной», высота которой 1895 метров.
По дороге нужно пересечь множество небольших речек и ручьев, но сейчас, когда сезон таяния снега в горах закончился, то все это не представляет больших трудностей.
На дороге есть только два серьезных препятствия брод через реки Кожим и Балбанью, где возле озера Большое Балбанты и находится база «хрусталей». Ширина брода до 50 метров и глубина от 1 до 1.5 метров.
По времени дорога занимает около 5-6 часов.
Места очень красивые, на мой взгляд, сказочные.
На этой дороге очень часто охотятся на глухаря или тетерева, делают это так, едут на автомашине по дороге, на автомобиле УАЗ, только до первого ручья. По утрам птица выходит на обочину дороги и глотает небольшие камни, для чего они это делают, не знаю.
Звуки в горах слышатся совсем по другому и выехав из-за поворота, застают птицу врасплох, а так как они с места взлететь не могут, им, как и самолету нужен разбег, то пока они бегут с расплавленными крыльями, в них и стреляют.
Анатолию о том, что я не хочу стрелять в птиц, я не говорил, многие мое нежелание стрелять по животным и птицам, воспринимали негативно. Подумал, что если придется стрелять, то просто промахнусь.
Выехав из-за поворота увидели глухарку, она была на обочине дороги, увидев нас стала резко убегать, расправив крылья. Анатолий резко затормозил и крикнул, стреляй, через окно двери я выставил ружье. Знал, что нужно стрелять в голову бегущей птице, но прицелился значительно ниже и выстрелил.
Выстрел, как будто ускорил взлет и она улетела. Я сказал Анатолию, что нам не повезло.
Доехав до базы экспедиции «хрусталей» я быстро проверил хранение оружия и взрывчатых веществ, составил акт о проверке. Домой взял кусочек горного хрусталя, с золотыми нитями внутри, так называемый «волосовик», в воде была примесь меди.
Затем мы дозаправились и поехали на базу партии по добыче золота.
Для этого нужно было вернуться обратно на 35-40 км, я также там организовал проверку, чем занимался Анатолий, не интересовался.
После чего мы пообедали, у них в столовой очень вкусно готовили, мне рассказывали, что у них работает шеф-повар одного из известных Московских ресторанов. Зарплата в артели была очень высокой от 90 до 100 рублей за один трудодень, у некоторых было больше. Работали они по 12 часов, без выходных. Сезон длился от 6 до 8 месяцев.
Единственное условие очень жесткий «сухой» закон.
Домой с Анатолием мы вернулись довольные поездкой и полные впечатлений. Единственно, что огорчило Анатолия, а меня обрадовало – это наша неудачная охота.