Еще в 1940 году, до нападения на СССР, в вермахте создали так называемые «исправительные части 500» – Bewährungstruppe 500. Идея была проста: вместо того чтобы просто расстреливать провинившихся, их бросали в бой. На самые горячие участки. Пусть искупают. Пусть докажут. Или погибнут. Что, по сути, было одно и то же.
Состав этих 500-х батальонов – отдельная история. Туда шли не только дезертиры. Туда попадали солдаты, которых командиры считали «недостаточно дисциплинированными». Достаточно было недовольства офицера, и могли отправить в «пятисотый». Туда же направляли и офицеров, потерявших доверие. Их, как и рядовых, понижали в звании. И всех в один котел. В батальон, где каждый знал, что шансов выжить – минимум.
А потом началась война с СССР. И всё пошло по нарастающей. Дезертирство стало массовым. И «пятисотые» батальоны начали активно применять на Восточном фронте. Их бросали в атаки первыми. Ставили в обороне на самых уязвимых участках. Их использовали для разминирования, для атак на укрепленные точки. Потери были чудовищными. Например 540-й батальон, воевавший против нашей 2-й ударной армии у Мясного Бора, за два месяца боев полностью потерял свой состав – больше тысячи человек. 550-й батальон за один день в марте 1942 года потерял 700 человек.
Стандартный батальон 500-й серии насчитывал около 500–600 человек. Но из-за чудовищных потерь личный состав постоянно обновлялся. Всего через эти формирования прошло, по примерным данным, от 30 до 80 тысяч человек. Большинство из них не вернулись.
Интересно, что освобождение из такого батальона не было автоматическим. Нужно было не просто выжить, а проявить «выдающееся мужество», «первостепенные боевые заслуги». И получить помилование. А это дело бюрократии. Рапорт, бумаги, согласования. Их могли рассматривать по полгода. И за это время, как правило, необходимость отпадала.
Ну, а что с вооружением? Тут немцы не экономили, «пятисотые» имели полноценное вооружение. Пулеметы, минометы, противотанковые ружья. Их даже оснащали артиллерией. Они были боеспособными подразделениями, просто с очень высоким коэффициентом смертности и специфическим личным составом
Потом, осенью 1942 года, появились еще и 999-е батальоны. Это уже был другой уровень. Туда набирали из уголовников, политических заключенных, из концлагерей. Их называли «формациями второго класса». Их использовали не только на фронте, но и в карательных операциях. Это были уже не просто штрафники, а пушечное мясо, которым можно было жертвовать без зазрения совести. И еще нашли м применение в качестве карателей в тылу