Моя сестра пешком не ходит. Вообще. Ну, так бывает – не любит потому что. У неё есть машина, электросамокат и велосипед. Зачем ей ходить пешком? А отличную спортивную форму она поддерживает марафонскими забегами по стадиону и приседаниями со штангой.
У меня другие пристрастия. Нарезать однообразные круги по стадиону почему-то не влечёт. Влекут пешие походы – чтобы непременно далеко и живописно. Здесь наши спортивно-досуговые предпочтения безнадёжно расходятся. И ничто не предвещало, что они когда-нибудь пересекутся. Но! В любых внезапных переменах необходимо допускать вероятность фактора случайной шлеи под хвост.
Сестра по сути своей чемпион. Стоит только повеять в воздухе перспективой нового достижения, она сразу же делает стойку. Именно так и случилось в тот знаковый вечер, когда она, движимая неумолимой судьбой, изъявила вдруг желание прогуляться со мной за компанию. Гуляем это мы, значит, гуляем – потом глядь на шагомер, а там 10 тысяч «шаги шагов».
Красивая цифра в совокупности с выданной приложением медалькой оказали на сестру прямо-таки колдовское действие. Она загорелась непременно удвоить рекорд. Желательно немедленно. Но поскольку немедленно не получалось ввиду грядущей ночи, то хотя бы на следующий день!
Сказано – сделано. В полдень мы вышли из дома.
Мы – это я, сестра и дворовая собачка Жужа. Сестра её подкармливает и опекает. В благодарность Жужа считает своим священным долгом преданно заглядывать ей в глаза, ревниво кусать за пятки других претендентов на опеку и повсюду благодетельницу свою сопровождать. Обеспечивая ей ненадёжную охрану и стопроцентные мгновения позора в разнообразных ситуациях. И в этот раз общества Жужи избежать не удалось.
Впрочем, поначалу всё было мирно и весело. Солнце светило, листья шуршали, сопровождающая морда бодро рысила впереди, а включённое сестрой приложение (иначе, какой смысл в прогулке?) навязчиво отсчитывало шаги и километры.
Непривычная к дальним переходам, сестра сразу задала чрезвычайно энергичный темп. Это и погубило изначально утверждённый маршрут. Спортивного азарта у нас хватило на то, чтобы донестись на максималках до родника. На преодоление оставшихся до мельницы Пфляумера пары километров мы уже смотрели грустно и без воодушевления. Поэтому, не сговариваясь, сделали вид, что родник и был нашей окончательной целью.
Отдохнув здесь, напоив собаку и напившись самим воды с живительным привкусом водопроводных труб, мы отправились в обратный путь. По другой дороге. Одной из сотен в степи. Ну и что, что с нашим обоюдным географическим кретинизмом они для нас неотличимы она от другой? Навигатор выведет!
Жужа не возражала. Её вообще устроил бы любой расклад – возвращение, или продолжение, или бесплодное плутание… По-прежнему энергична она неслась в авангарде экспедиции. Мы плелись следом.
Сестра возмущалась человеческой чёрствостью. Неотзывчивостью и заскорузлостью погрязших в равнодушии людских душ в стремительно деградирующем обществе. Причиной внезапной мизантропии послужила единственная обогнавшая нас на пустынной грунтовке машина, водителю которой в голову не пришло притормозить и предложить помощь запылённым, бредущим вдаль путникам.
Тотальное разочарование в человечестве было по каким-то причинам перенесено и на безвинный навигатор. Когда на очередной развилке дороги он показал на карте невразумительную петлю и потребовал свернуть в нелогичную, по нашему мнению, сторону, сестра усомнилась.
Заподозрив электронного проводника в злом умысле, она решительно отмела его распоряжения и велела следовать за ней. Навигатор робко возразил, Жужа удивилась, но непреклонность сестры впечатлила всех, и экспедиция двинулась в неизвестность.
Прошло достаточно времени, когда мы заподозрили неладное. Знакомый широкий тракт через Соснушки, на который давным-давно нам следовало выйти, всё не появлялся. Наша дорога становилась всё уже, места всё глуше.
Смеркалось…
Навигатор разочарованно молчал, даже не думая перестраивать маршрут под наше сумасбродное непослушание.
В отчаянии мы воззвали к Жуже:
«Жужа, ты же собака! Возьми след! В смысле, сориентируйся на местности и выведи нас из леса к жилью!»
Жужа внимательно нас выслушала, белозубо и ободряюще улыбнулась и повела носом по ветру. Внезапно уши её стали торчком, она подобралась, напряглась и ринулась в кусты. Мы – следом. Воодушевлённые и на несколько секунд даже уверовавшие в собачий ум. Из кустов выскочил суслик и понёсся по дороге, сопровождаемый лихим галопом нашего псевдо терьера.
Пригорюнившись, мы присели перекурить на поваленное дерево.
Солнце быстро падало за высокие сосны. Они медленно чернели хвойными лапами, погружая в сумрак дорогу. Её повороты вдруг стали казаться нам менее живописными и более опасными. Померкло сияющее золото листвы, потянуло подвальной сыростью осеннего вечера…
- Говорят, - вспомнилось мне некстати, - в этом году небывало много кабанов в лесу…
Жужа икнула и теснее прижалась к коленям сестры.
Выход был один – возвращаться. Возвращаться до той самой развилки, где было выбрано неверное направление. Благо, по дороге заблуждений мы никуда не сворачивали. Так что заблудиться на обратном пути нам не грозило. Но было далеко. И обидно. Обидно признать собственную неправоту перед электронными мозгами робота-говорилки! Впрочем, чего не сделаешь ради спасения собственной жизни…
Короче, из леса мы выбрались. Жужа в припадке ликования принялась самозабвенно носиться вдоль заборов, доводя до исступления цепных собак, облаивать мотоциклистов и гонять флегматичных котов.
Мы тоже были рады. Хоть и не демонстрировали свою радость столь интенсивно. Напротив, сдержанно и гордо поздравили друг друга с совместным рекордом - 23 тысячи 699 шагов.
Сестра выложила походный влог в собственных соцсетях. Комментаторы не преминули высказать недоумение по поводу бессмысленности наших устремлений.
«У тебя машина, что ли, сломалась? - удивлялись они. - И зачем вообще было туда ходить?»
Кстати, да. А зачем, собственно, мы туда ходили?