Глава 3 Тайна Конго.
Несмотря на работающий кондиционер, воздух в номере чикагского отеля был густым и сладким от запаха их тел, смешанного с непривычным ароматом гостиничного шампуня и влажной кожи. За окном, с задернутыми плотными шторами, неутомимо пульсировал энергией огромный город, но здесь, в этой комнате, существовал только их собственный, вновь обретенный мир.
Хелен оторвала голову от подушки:
— Ты помнишь коготь археоптерикса, который я привезла из прошлой экспедиции?
Благодаря ему, наши археологи нашли кладбище древних слонов, а Юрген провернул сделку со слоновой костью.
Кажется, этот мелкий артефакт сослужит еще нам хорошую службу.
Из Фонда дикой природы прислали компред и предложили возглавить экспедицию в экваториальную Африку: какому-то сумасшедшему меценату пришла в голову мысль поискать следы Мокеле Мбебе.
Хелен посмотрела на Дрейка. — Как ты к этому отнесешься ? Семь лет назад извержение вулкана и война не дали нам закончить намеченный в Конго маршрут.
Лицо Дрейка неуловимо изменились, как будто туча закрыла солнце, обнажив сеточку заживших шрамов и морщин на его лице. Это длилось лишь секунду. Морщины разгладились, как только Хелен улыбнулась ему свои ослепительной треугольной улыбкой, а взгляд серых глаз приобрёл немного насмешливое выражение.
—В Конго? Сейчас? Нет! Вначале домой. Я ужасно соскучился по дому—Дрейк обнял Хелен, чувствуя под ладонью тепло ее спины. — “Кэт, наши питомцы в зоопарке— как они? У меня ведь забрали мобильник на время нахождения в больнице.
—Кэт и Табибу присматривают за ними, — ответила Хелен.
— Мне кажется я выспался на всю оставшуюся жизнь или меня выспали, — продолжил Дрейк.
Я просыпался только для принятия пищи и потерял счёт дням. Теперь я чувствую, что мои мысли уложены по полочкам, как укладывает аккуратная хозяйка бельё в платяном шкафу. И первая мысль: " Я хочу жареный бифштекс! И обязательно стаканчик крепкого вараги. Потом домой в Серонеро, а дальше —хоть на Луну или в Республику Конго к равнинныим гориллам и лесным слонам.
Они быстро спустились вниз и плотно поужинали в гостиничном ресторане.
Правда вараги пришлось заменить виски, но Дрейк не сетовал. Вернулись в номер.
Хелен раскрыла скупую выписку из больницы, ворох информированных согласий, подписанных Дрейком в день госпитализации и бросила бумаги на кровать. «Функциональное инсомническое расстройство, посттравматический синдром, невроз навязчивых состояний» — ярлыки, которые ничего не объясняли. Упоминание о «маленькой компактной остеоме» было представлено как незначительная деталь Записи о консультации профессора и его помощника с цепкими глазами, который с таким странным, хищным интересом изучал его энцефалограмму в выписке не было.
Знакомство Хелен с медицинской документацией. прервал телефонный звонок Трубка говорила хорошо поставленным баритоном:
"Хелен Смит?
Профессор Арвид Классон говорит–нейрофизиолог.
На днях я получил ответ из фонда дикой природы об организации экспедиции в экваториальную Африку, возложенный на ваш институт. Мне нужна обезьяна, верней группа высших обезьян, чтобы закончить работы по коллективной психофизиологии агрессии.
—Людей что-ли?— переспросила Хелен. Из трубки прозвучал смех.
—Встретимся в представительстве в Найроби через неделю, а пока делайте прививки. Мухи цеце встретят нас,—Хелен закончила разговор.
В ту ночь Дрейк сидел у окна, раздвинув штору, и смотрел на огни Чикаго. Он не видел их. Перед его внутренним взором проплывали другие картины: не небоскребы, а гигантские деревья, оплетенные лианами; не асфальт, а влажная, пахнущая гнилью и жизнью земля джунглей. Он слышал не гул машин, а многоголосый хор цикад и крики неизвестных птиц, сливавшиеся в оглушительную симфонию ночного леса.
И сквозь этот шум пробивался тот самый, чужой ритм. Тот, что видел на энцефалограмме профессор Классон. Он был едва уловимым вибрацией в лабиринте внутреннего уха , едва слышным эхом в тишине его разума.
Утром, пока Хелен связывалась с институтом, уточняя детали экспедиции, Дрейк достал свой ноутбук. Пальцы больше не замирали над пустой страницей. Он печатал, почти не задумываясь, выводя ровные строки, пока солнце заливало светом комнату. Лечащий врач обязал его записывать все сны и мысли возникающие во время сновидений и после, какими бы фантастическими они не казались.
Чикаго. Отлет скоро. джунгли Уганды и джунгли Конго раскроют секрет моего исчезновения. Может отыскав следы чудовища, я найду следы своего исчезновения на 5 лет? Найду себя, найду день, когда я умер и родился заново.
**"
В тихом кабинете, на экране монитора, вспыхнула новая точка. Маленький, скрытый в костной ткани чип ожил, передавая в эфир не только локацию, но и сложный коктейль биометрических данных: учащенный пульс, повышенный уровень кортизола, странный альфа ритм мозговой активности, синхронизирующийся с фоновым электромагнитным шумом планеты и космоса.
Человек с цепким взглядом удовлетворенно улыбнулся. Рыба клюнула. И теперь он будет вести ее, невидимый кукловод, к месту, где тайное должно было стать явным. К месту, где приоткрывалась дверь между мирами.
Дрейк закрыл Ноутбук, когда раздался звонок. Хелен взяла смартфон, секунду слушала и сказала только одно слово— "Эльф!"
***
Эльф неторопливо шёл по родному бушу Серонеро, раздвигая мордой жёлтую щетину злаков. Колючие зонты акации с редкими оливковыми листочками на чёрных ломаных линиях веток на время отклоняли его маршрут. Он обходил эти островки в желтом море травы, волны которого несли его тело дальше мимо огромных бочонков приземистых баобабов, причудливо раскинувших ветки-щупальцы в попытках обнять небо, мимо готических трёхметровой высоты замков термтников,
скупых водоемов, прятавшихся за невысокими обрвистыми красноватыми берегами.
Ветерок обретённой свободы обдувал его морду, шекотал жёсткие усы, трепал седую, когда-то черную гриву.
Лучи заходящего солнца освещали сеточку шрамов на его морде. Лев направлялся к возвышавшемуся вдали над просторами саванны покрытому снежной шапкой скошенному пику Килиманджаро. Красный диск солнца спускался за горизонт.
Разнотравье диких злаков уступило место зарослям сухой осоки.
Тени от передних стеблей ложились темными полосками на оранжевую стену остальных и двигались в такт дуновениям ветра. Вдруг они качнулись в другую сторону.
Эльф слишком поздно увидел огромного бенгальского тигра, слившегося рисунком своей шкуры с полосатостью растительной стены.
Встретившись взглядами, оба зверя глухо зарычали.
—Радж!?— удивлённо рыкнул Эльф.
— Раджияр из
Раджастана,—
наклоняя голову, низким рыком ответил тигр.
—Помнишь меня?—Тигр повернулся к Эльфу левым боком,—вот следы от твоих когтей.
—А это шрамы от твоих клыков,— ответил лев, показав многочисленные рубцы на своей шкуре.
Оба зверя рыкнули, но без агрессии, словно поприветствовали друг друга.
—Я долго тебя ждал, после той схватки на реке Инде –моей родине— прорычал тигр.— Ты достойно сражался. Я провожу тебя в твои владения, кивнув в направлении Килиманджаро.
Здесь мы не беспокоим друг друга и не охотимся, потому что мы не оставляем следов. Эльф оглянулся: цепочка следов была только одна—Эльфа. Тигр Раджияр словно парил в воздухе. Два неуступчивых соперника–царь саваны и король джунглей двигались рядом к вершине потухшего вулкана.
Львиные следы, глубокие в начале пути, становились всё мельче и, наконец, Эльф увидел, что и его лапы не приминают даже траву .
***
Эльма всё поняла, услышав из глубины буша предсмертный рык вожака.
Она кинулась к ограде вольера, но дверь была заперта.
Кэт и Шаман стояли рядом с бруствером вольера. Три печальных взора были обращены к вершине Килиманджаро.
—Может быть не стоило отпускать его?— шаман Табибу раскурил свою трубку, и сквозь кольца дыма посмотрел на Кэт.Дым плохо маскировал влагу, навернувшуюся на глазах шамана. Кэт не сдерживала слез.
—Он не хотел умирать в клетке, даже такой просторный, как вольер,—ответила девушка шаману и подошла к стоящей за дверной решеткой старой львице,— Прости меня, Эльма!
Александр Ярлыков.
Продолжение следует.
