Мой первый выезд на монтажные работы случился достаточно давно – 11 лет назад, но он был настолько впечатляющим, что многие моменты я отчетливо помню до сих пор. Особенно запомнилось то, как орала китаянка-инженер, когда поняла, что я не знаю базовую терминологию и, по сути, слабо понимаю, что она говорит. Но как же так случилось, если я реально очень усердно готовилась к предстоящей работе?
Первый день работы: Заполярье, май, -20°, снег выше колена, метель, нефтяное месторождение, лесотундра, нужно идти по следам впереди идущего человека, чтобы не потеряться по пути… и полное отсутствие интернета.
Когда месяцем ранее на собеседовании мне сказали, что нужно ехать туда, где нет интернета, я просто не поверила, что интернета вообще не будет. Оказалось, что это реально так. Да, я на всякий случай установила на телефон оффлайн-версию БКРС, но на полном серьезе думала, что в случае чего термины можно будет посмотреть в интернете, если скачанного словаря окажется мало.
К чему же я готовилась? Кроме закупки спецовки, каски и много чего другого, я изучала технологию работы оборудования на русском и китайском, встретилась с подругой-химиком, которой задала множество вопросов по значению найденных терминов, связанных с технологией. Но в конечном итоге все это не имело вообще никакого смысла.
И это я начала потихоньку понимать, когда в последнем населенном пункте перед вылетом на месторождение, когда еще был хоть какой-то интернет, услышала от русского инженера 2 фразы: «Уточни у китаянки, есть ли у нее каска?» и «Узнай, какая ситуация с соленоидом». «Каску» (安全帽 ānquánmào) я еще смогла найти в словаре, а на «соленоид» я потратила все силы и остаток трафика. Правда, найденный вариант перевода все равно был неверным. Оказалось, что подразумевается «соленоидный клапан», он же «электромагнитный клапан» (电磁阀 diàncífá).
Когда мы на вертолете все же добрались до нефтяного месторождения, а точнее до «куста» (ограниченная территория месторождения со своим собственным номером) и приступили к работам, никакого обсуждения технологии даже близко не было, поскольку ее знали все по умолчанию, а разговоры сводились к вопросам монтажа – инструментам, сварке, трубопроводной арматуре, контрольно-измерительным приборам. Почти всех этих терминов я не знала. Ко всему прочему мой телефон решил ухудшить ситуацию – от такого холода (весь рабочий день мы находились на улице при -20°) батарея вздулась, и телефон работал всего минут 20 в день.
И тогда же случился конфликт с китаянкой:
- Ты вообще переводчик?
- Угу.
- Ты ж нихрена не знаешь!
- Знаю! Но то, что я знаю, вы что-то нихрена не обсуждаете.
- Я не буду с тобой работать!
- Ну а кто тебя будет переводить? Я единственная здесь знаю китайский.
- Я нажалуюсь на тебя начальству!
- Жалуйся, вертолет за мной все равно никто не пришлет.
И на этом месте начался экспресс-курс по базовой технической лексике. Китаянка в бешенстве тыкала пальцем в элементы установки и орала мне их названия на китайском, я быстро записывала пиньинем и спрашивала у рядом находящего русского инженера, что это такое. К слову, именно те записи и легли в основу наполнения курса «Технический китайский язык для начинающих. Тренажер лексики».
Этой терминологией я сама пользуюсь уже много лет, выполняя устные и письменные переводы совершенно в других сферах промышленности. Именно так я начала формировать список универсальной базовой терминологии, которая применяется в любой или практически в любой отрасли.