За окнами был март 2002 года. Стояла солнечная, теплая весна... Однако в Москве не все было так хорошо: в столице вспыхнула череда зверских убийств. Жертвами становились мужчины, которых выбирали, казалось, случайным образом.
На остановке «Театр «Шалом» на Варшавском шоссе находят тело молодого человека, которому было всего 20 лет. Очевидцы в шоке: у тела была практически отрублена голова.
Для такой расправы нужна неимоверная сила, а также сноровка. Безусловно, никто в тот момент и предположить не может, что за убийством стоит девушка, оружием которой стал обычный кухонный нож.
Перед тем, как ее поймали, спортсменка Мария Петрова успела совершить ряд ужасающих нападений во время занятия бегом.
Дикий кайф от убийств
Свою первую жертву - нетрезвого молодого парня - Петрова увидела на автобусной остановке.
Он вряд ли успел опомниться… Мария стремительно подбежала со спины. Заняв выгодное положение, она приподняла лицо прохожего за подбородок и рассекла ножом его горло.
Примечательно, что, уже отойдя от жертвы на приличное расстояние, Мария вернулась к трупу. Свой поступок она объясняла впоследствии желанием окинуть все взглядом еще раз. Но для чего?
Во время следствия эксперт-профайлер рассказывал, что подобное поведение убийцы может быть связано с получением удовольствия от совершенного злодеяния.
Со временем Петрова начала входить в раж, она «подсела на убийства», как на запрещенные вещества. Теряя бдительность и получая все больше наслаждения, преступница начала увеличивать темпы нападений.
Так, на первое убийство она пошла 1 марта, на второе через месяц, а на третье — всего через три недели. Помимо этого, Мария стала менее аккуратна, оставляя улики и делая все в спешке. Среди жертв Петровой оказалось трое мужчин, еще трое были тяжело ранены, но смогли выжить.
Отрицали как могли
Следователи начали искать преступника, но на первых этапах нападения между собой казались не связанными. Лишь после тщательной обработки информации, полученной от свидетелей, стало очевидно, что в районе орудует серийный убийца.
В ходе расследования жилую территорию приходилось перекрывать. Оперативники рассматривали возможные маршруты перемещения убийцы. Отрабатывали всех мужчин, которые стояли на учете правоохранительных органов и медицинских учреждений.
При этом и сами свидетели не могли сказать точно, как выглядел нападавший человек, поскольку он пробегал мимо в шапочке и спортивном костюме.
Интересно, что поначалу Петрову посчитали мужчиной: она была пловчихой, оттого и выделялась подтянутой формой, широкими плечами. Следствие, в принципе, отрицало, что в этих убийствах могла быть замешана девушка.
Только позже массовые показания свидетелей вынудили правоохранителей рассмотреть и такой вариант. К тому же, двое выживших мужчин, которые могли говорить после нападения, заявляли, что их пыталась убить женщина.
Один пострадавший говорил, что, отбиваясь от преступника, ударил того в пах, но ожидаемой реакции не последовало. Второй же мужчина отчетливо разглядел женское лицо. Третий выживший из-за полученных травм больше никогда уже не мог говорить.
Мотивы мести
В детстве Мария ничем не отличалась от своих сверстниц. Она обожала играть в куклы, любила цветы – вела себя как нормальная девочка.
Об этом в интервью «Вечерней Москве» упоминал кандидат психологических наук, бывший старший оперуполномоченный МВД по особо важным делам и эксперт-профайлер Дмитрий Миронов, который участвовал в расследовании и поимке преступницы более 20 лет назад.
Мария росла в типичной советской семье. В школе училась хорошо, проблем с поведением у нее тоже не было. Со временем девушка увлеклась плаванием и уже в юности получила звание мастера спорта.
После окончания школы Петрова прошла трехмесячные курсы секретаря-референта, где изучала основы работы с компьютером и английский язык. Однако по этой специальности работать она не стала.
Некоторое время девушка трудилась продавцом в магазине мужской одежды, официанткой и инструктором по шейпингу, но нигде надолго не задерживалась – работа быстро наскучивала. Это стало причиной постоянных ссор с родителями.
Когда Марии исполнилось 18 лет, с ней произошла трагедия – ее изнасиловали. Этот образ глубоко отпечатался в ее памяти и позже повлиял на выбор жертв.
После случившегося поведение Марии резко изменилось. Она стала уделять большое внимание своей внешности, носить вызывающую одежду и ярко краситься. Вскоре у нее завязались отношения с другом брата, от которого она забеременела. Узнав об этом, мать устроила скандал, и на фоне сильного стресса Мария потеряла ребенка.
Для того, чтобы преодолеть внутреннюю боль, девушка начала вести разгульный образ жизни. Она часто убегала из дома, выпивала и тайком от родителей даже публиковала объявления об интимных услугах. При этом она постоянно требовала у родителей деньги на одежду и развлечения.
Миронов, по показаниям Марии, вспоминал, что однажды очередная такая ссора в семье закончилась дракой. Родители вызвали неотложную психиатрическую помощь — по тем временам это было обычной практикой в таких ситуациях. Тогда Марию поставили на учет в психоневрологическом диспансере.
Позже мать использовала этот факт, как инструмент давления: за любую провинность грозила отправить дочь в психбольницу. Именно страх перед этим вынудил Марию молчать, когда на работе в спортивном клубе к ней приставал старший тренер. Будучи пьяным, он домогался ее и угрожал уволить, если она расскажет об этом другим.
В дальнейшем Петрова охарактеризовала именно этот эпизод «точкой невозврата» - моментом, после которого она впервые решилась на убийство.
Пересекала границу двух миров
Версию о том, что Мария мстила всем мужчинам, эксперт-профайлер, работавший с ней лично, категорически отверг. По его словам, эта история стала удобным оправданием, которое выдумала сама Петрова.
«Через свои преступления она выражала протест против навязанных обществом норм, против серости и однообразия. Насилие стало для нее своеобразным способом самовыражения, попыткой заявить о себе. Хотя, действительно, нападала она исключительно на мужчин - женщин и детей никогда не трогала», — пояснял Дмитрий Миронов.
Бывший оперативник отмечал, что Петрова вовсе не была безумной фанатичкой, как ее нередко изображали в прессе.
Наоборот, она действовала хладнокровно и расчетливо: продумывала каждое нападение, заранее обеспечивала себе алиби, тщательно подбирала жертв и даже придумала удобный способ переносить оружие, не вызывая подозрений. Она всегда аккуратно скрывала следы, не оставляя улик.
«Помимо преподавания в колледже, Мария подрабатывала тренером в местном фитнес-центре. Перед тем как выйти на “охоту”, она приходила на тренировку, давала группе задания и говорила, что ненадолго отлучится.
Таким образом, если бы кто-то спросил, где она была в момент преступления, все могли бы подтвердить: Петрова была на работе. Ведь никто не следил за тем, сколько именно минут ее не было», - вспоминал Миронов.
Создав себе надежное алиби, Мария прятала нож в рукав толстовки и выходила на пробежку. Жертву выбирала спонтанно и обычно из тех, кто шел ей навстречу.
Увидев подходящего мужчину, она делала «второй круг» и, догнав его, наносила удар ножом в шею сзади, не замедляя шаг и не останавливаясь. После этого спокойно возвращалась к своим ученикам, будто ничего не произошло.
Она тщательно разделяла свои «две территории» — обычную жизнь и место, где превращалась в хищницу. Никогда не совершала преступлений поблизости от дома.
«По пути от ее квартиры был подземный переход под Варшавским шоссе, который вел в другой район. Она проходила через этот длинный, мрачный тоннель, словно границу между двумя мирами.
В одном — она преподаватель и тренер, а в другом — безжалостный убийца. Каждый раз, проходя под землей, она будто рождалась заново», - рассказывает эксперт.
Пообещали отпустить домой
История Марии Петровой с самого начала напоминала сценарий безумного триллера. Она пестрила неожиданными поворотами, драматичными сценами и почти таким же финалом, как в кино.
Даже ее задержание оказалось достойным экранизации. По словам бывшего следователя, принимавшего участие в расследовании, все произошло совершенно случайно.
Во время патрулирования района, где орудовал маньяк, молодой стажер-оперативник наклонился, чтобы поднять с земли фантик, и вдруг заметил проходящую мимо женщину в кроссовках – на подошвах виднелись свежие следы крови, о чем писало издание aif.ru.
Не подавая виду, сотрудник проследил за подозрительной фигурой до самого дома, а затем и до квартиры, в которой она жила. После этого он поспешил в ближайшее отделение милиции и сообщил обо всем своим коллегам. В тот же день Мария Петрова была задержана — прямо у себя дома, где проживала вместе с родителями.
Несмотря на напряженные отношения с дочерью, родители не дали против нее показаний. Однако, как вспоминал позже отец, подозрения у него все же появились еще до ареста.
Отец маньячки рассказывал, что однажды собирался принять душ, но, подойдя к ванной, услышал шум воды и увидел, что горит свет. На стук никто не ответил, и он открыл незапертую дверь. У раковины стояла Мария и мыла нож. Она посмотрела на него так, что отец сразу все понял.
Сама Петрова поначалу отрицала свою вину. Она будто не осознавала, что совершила, и искренне не верила в происходящее. Однако преступница находилась в состоянии сильного психологического напряжения, чем следователи и воспользовались.
Во время одного из допросов сотрудники, делая вид, что устали от бесполезных разговоров, предложили Марии рассказать хотя бы об одном эпизоде. Взамен пообещали, что после этого отпустят ее домой.
«Мария спросила: “Правда?” — и, услышав утвердительный ответ, согласилась говорить», - вспоминал бывший следователь по этому делу.
После девушка подробно описала одно из нападений. Это первое признание и помогло распутать клубок жутких преступлений, которые Петрова совершила. Домой ее, разумеется, никто не отпустил.
Мечтает о семье
После проведения судебно-психолого-психиатрической экспертизы Марию Петрову признали невменяемой. Вместо тюремного заключения суд направил ее на принудительное лечение в клинику, где она находится до сих пор. Сейчас, по информации из открытых источников, ей 46 лет.
Бывший следователь, участвовавший в поимке зюзинской маньячки, не прервал связи с ней – он продолжает навещать ее и разговаривать с убийцей. По его словам, Мария остается спокойной и уравновешенной, но она так и не осознала, что совершила ужасные деяния.
Она не испытывает ни вины, ни стыда, считая свое прошлое лишь невзрачной частью своей жизни. При этом, утверждает Миронов, Петрова больше не мечтает о насилии — теперь ее мысли заняты совсем другим: она хочет семьи, любви, а также мечтает об освобождении.
Эксперт-профайлер считает, что при правильной поддержке Мария способна адаптироваться к жизни за пределами больницы. Однако ее родители настроены куда менее оптимистично. Отец, по признанию Миронова, по-прежнему боится собственную дочь, а мать живет в постоянном чувстве стыда и избегает разговоров о ней даже с соседями.
Тем не менее, решение об освобождении Петровой не зависит от ее родных. Судьбу женщины определяет специальная медицинская комиссия, которая собирается каждые шесть месяцев.
По словам Дмитрия Миронова, на март 2023 года врачи действительно отмечали положительную динамику - состояние Марии тогда якобы стабилизировалось, она стала более открытой и спокойной.
Все перечеркнул случай, произошедший в 2024 году, о нем писала Газета.ру. В сентябре женщина начала агрессивно себя вести, с ней случались истерики, она даже делала попытки побега, устраивала дебоши.
В СМИ писали, что Петрова ранее могла симулировать улучшение в своем состоянии, чтобы выйти на свободу и убить задержавшего ее Миронова, который с такой заботой и трепетом общался с ней все это время. Теперь убийца проводит время в одиночной палате.