- Ты представляешь? Он даже не позвонил и трубку не брал!
Оператор Люба – невысокая, зеленоглазая, в форменной синей юбке и вязаной кофточке – почти кричала.
- Я злая, как наш начальник после выходного! Просидела дома весь день! Ну вот что мне с ним делать? Хотела прогуляться по центру, в кафешку зайти - жаловалась Любочка – пусть только позвонит, я ему все выскажу!
Вокруг Любочки – релейные щкафы, стол с документами, в центре «дежурки» - пульт-табло, а за пультом – хозяйка станции на ближайшие двенадцать часов, дежурная Маргарита Романовна Кулик.
- Нуууу не переживай так; может случилось что? – предположила Маргарита
- Ой, да что там может случиться? – фыркнула девушка и села за стол.
Маргарите вдруг подумалось, что случится может всякое. В памяти всплыла история их знакомства с Сашей Алабиным и обстоятельства того жуткого происшествия…
…Дело было четыре года назад. Она тогда дежурила на маленькой станции Подлипки, далеко от Петербурга. Алабин работал в Петростроевском депо, помощником машиниста электровоза. В тот день, придя на работу, Сашка удивился: его машинист – высокий, сильный мужчина, занимавшийся хоккеем – сидел на предрейсовом медосмотре в костюме, лаковых туфлях, белой рубашке и при галстуке. Для машиниста грузового электровоза такая форма одежды была, мягко говоря, странной - что и отметила фельдшерица. На её расспросы он скупо отвечал: «Повод есть». Сашка прошел медосмотр, расписался в журнале и вместе с машинистом пошёл принимать электровоз. Осмотрев машину, молодой помощник спросил механика: «Серёга, чо за повод-то?» «Позже скажу», - процедил машинист.
Поездка началась как обычно. Прицепились к составу, опробовали тормоза. Загорелся зелёный огонь светофора и четыре тысячи тонн неспешно покатили на восток. При подъезде к станции Саня увидел жёлтый огонь входного светофора. «Жёлтый!» - сказал он, как положено по инструкции. Машинист ничего не ответил, но выключил тягу и тяжёлый поезд начал катиться по инерции, снижая скорость. После проследования светофора с жёлтым огнём Саня увидел, что следующий светофор горит красным. «Красный, Серёга!» В ответ – молчание. Пора бы машинисту уже браться за ручку тормозного крана, но нет – механик сидит на своём месте, молча глядя вперёд.
- Серёга! Что ты делаешь? Тормози! Красный, - взволнованно сказал помощник, подходя к машинисту. До светофора уже метров двести, но машинист не тормозит. Красный проезжать нельзя – это знают даже первогодки. Саня решил действовать по инструкции и протянул руку к тормозному крану – но сильный удар под рёбра заставил его отскочить.
- Ты что, одурел? Чего творишь? – заорал Саня.
- Сиди тихо. Это глаз дракона, мы должны победить зверя, - незнакомым, тихим и страшным голосом сказал машинист.
- Какой глаз? Какого дракона? Если впереди поезд - сейчас врежемся в него!
- Я сказал – сиди тихо. Иначе с электровоза выкину!
Всё происходящее дальше Саня видел, как в тумане. Машинист отключил автостоп и поезд медленно проехал мимо светофора. Зашипела рация: «Машинист грузового, остановка! Вы проехали сигнал!» Не отвечая по рации, машинист включил автостоп и начал разгонять поезд. Сашка сидел, вжавшись в спинку кресла. Перед следующей станцией светофор опять горел красным. Рация срывалась на крик: «Машинист Кисляков, входной сигнал Вам закрыт! Остановка, остановка!»
Санька понял, что дела плохи. Быстро вскочив со своего места, он открыл дверь и выскочил в машинное отделение. Сзади послышался грохот железных половиц – это машинист побежал за ним вслед. Проскочив через первую секцию электровоза и тамбур, помощник успел захлопнуть за собой дверь и повернуть защёлку. Тут же он увидел в окошке двери незнакомое, перекошенное злобой лицо машиниста. Сергей с нечеловеческой силой бил по ручке – но справиться с дверью электровоза советской постройки он не мог.
Из-за двери неслись такие ругательства, которые ни до, ни после Алабину слышать не довелось. Вдруг голос стих – это машинист пошёл обратно в кабину. Саня почувствовал себя, как в задраенном отсеке подводной лодки. Переведя дух, он подумал: «Что же делать»?
Снизу доносился ритмичный стук колёс - поезд по - прежнему двигался. Саня побежал в заднюю – нерабочую – кабину. «Как остановить поезд? Тормозами-то управляет машинист с передней кабины! Тормозной кран тут есть, но он отключён, а ключ – у машиниста!» Алабин смотрел на воздухопроводы, лихорадочно соображая. «Так… надо как –то выпустить воздух из тормозной магистрали. Но здесь не вагон, стоп-крана нет… думай, Саня, думай… А это что????» На блокировочном устройстве тормозов он увидел ручку. «Точно! Это же специальный кран, как раз для такого случая! Только бы открыть – с момент постройки никто не трогал!» Саня взялся за ручку. Не идёт.. закисла за много лет, надо ногой… как неудобно.. сейчас попробуем… пошла! Пошла, родимая!»
Зашипел сжатый воздух, с пола полетели вверх мусор и пыль. Алабин посмотрел на манометр – давление в тормозной магистрали падало. «Сработали тормоза… теперь никуда не денемся». Электровоз чуть тряхнуло – это автоматика отключила тягу. Поезд начал замедлять ход. Застучали колёса на стрелках – это хорошо, мы на какой-то станции, а не в лесу. Саня рванул раму окна - в кабину ворвался свежий воздух. «Подлипки», - прочитал он вывеску на дежурке. «Сейчас остановимся – надо будет на станцию бежать. Только вот дверь в кабину не закрыть – машинист через улицу сможет попасть в кабину, закрыть кран и…» Что «и…» - Сашка боялся даже подумать.
Выбежав в тамбур, Алабин спрыгнул с электровоза и, превозмогая боль от удара, помчался в сторону дежурки. Он понимал, что машинист вряд ли погонится за ним, но страх – даже не за себя, а за неуправляемые четыре тысячи тонн – гнал его вперёд.
Рванув на себя входную дверь, Алабин вбежал по ступенькам в помещение дежурного. Миловидная женщина, стоя у пульта, кричала в трубку рации: «Машинист Кисляков, Подлипки, дежурная Кулик, ответьте! Машинист Кисляков, Подлипки, ответьте дежурной!» Из динамика селектора доносилось: «Всем поездам на участке Петрострой-Мужеево, оперативный приказ!» Тут же надрывался телефон, а в углу на табуретках сидели двое рослых мужчин в оранжевых жилетах - путейцы или связисты, было непонятно, букв на жилетах Саня не разобрал.
- Я помощник машиниста с грузового! Поезд остановлен, но машинист не в себе, - почти задыхаясь, произнес Алабин.
В дежурке на несколько секунд воцарилась тишина – как в театре после появления на сцене покойника, умершего в предыдущем акте.
- Остановил? Как?! –вскрикнула женщина.
- Пробрался в заднюю кабину и открыл кран на тормозной магистрали, - ответил Саня. – В кабине машинист ничего делать не давал – сразу с кулаками лез.
- Ну, тут ему не разгуляться, не боись, - сказал из угла железнодорожник и встал с табуретки. Саня увидел спокойное лицо и кованые ладони – каждая как две Сашкиных. Точно, путейцы… Второй рабочий тоже встал и прошёл к двери.
- Рита, я выйду, гляну, что там. А ты диспетчера вызывай, - произнёс он. – Семён, пока здесь побудь.
- Мальчики, там же пассажирский навстречу… пассажирский… Дежурная обмякла и упала в кресло. – Он на перегон выехал, услышал по рации, что творится и остановился… Машинист с помощником побежали тормозные башмаки укладывать, но что грузовому те башмаки, как слону дробина…
-Пассажирский?.. – охнул Сашка. - Как?..!
- Как-как… по графику… Вы должны были у меня остановиться, а он - на боковой путь прибыть. Не остановил бы ты поезд – встретились бы «в лоб» на перегоне. Как между Рощей и Старинкой в шестьдесят пятом…
Хлопнула дверь – это вернулся путеец.
- Твой механик вокруг электровоза бродит, в заднюю кабину полез. Что делать будем?
Саня посмотрел на него.
- Не знаю… сейчас кран перекроет и опять поедет…
Звонок телефона разорвал тишину. Дежурная подняла трубку.
- Подлипки, дежурная Кулик… Да, Михал Викторыч, слушаю. Остановился, да – помощник машиниста сумел затормозить… Что делает? Кто – машинист? Ехать дальше хочет… Как это «что делать»? Вы НОД[*] или я? Милицию? А что мне милиция? И когда она приедет? Так! Михаил Викторович! Не перебивайте! Срочно звоните энергодиспетчеру, пусть снимает напряжение с контактного провода! Вы поняли? Срочно!
Дежурная швырнула трубку на аппарат. В помещении стало тихо – слышно было лишь попискивание мышей под полом.
- Молодец, Рита, - негромко сказал Семён. – Хотел тебе подсказать, но ты и сама догадалась. Без тока электровоз никуда не поедет, а машинист побегает-побегает – и сам к нам придёт. Мы его тут и встретим. Запрём в сарайчике – пусть в компании с костылями да шурупами отдохнёт.
Дальнейшее Сашка помнил смутно. Его посадили на табурет, он как сквозь сон слышал разговоры по телефону и рации, голоса путейцев – то выходивших из дежурки, то возвращавшихся обратно.
Через какое-то время под окнами послышался шум мотора УАЗика. В дежурку ввалились люди в железнодорожной и милицейской форме, среди них Саня узнал начальника своего депо.
- Ну что, Алабин, - негромко сказал начальник. - Поехали, напишешь, что и как…
…Как и положено на железной дороге после происшествия – были разборы, совещания, наказание невиновных и поощрение непричастных. Машиниста задержали, отправили на психиатрическую экспертизу. Заодно уволили пару начальников, которые Кислякова в глаза не видели. В скором времени Маргарита перевелась ближе к городу, в Кремянку, а Сашка ушел работать в другое депо – на пригородные электрички. Но из виду оии друг друга не теряли и считали себя боевыми товарищами.
- Всякое у нас может случиться, Люба. Позвонит, не волнуйся, - сказала Маргарита. – Ой! Котика-то не покормили, вон под пультом орёт. Налей ему молочка, а то концерт нам всю смену будет!
[*] Начальник отделения дороги (ж.-д.)-примечание автора.
Автор Александр Исаев