Моему среднему сыну, Джордану, в июле исполнилось девять. В тот год у нас было мало денег, но муж нашёл для него в комиссионке маленькую цифровую камеру. Она работала нормально, просто была немного поцарапана. Джордан носил её повсюду.
Сначала это было мило. Он фотографировал брата и сестру, нас за готовкой, нашу собаку, спящую на диване брюхом кверху. Он распечатывал снимки на старом принтере в коридоре и оставлял их на столешнице или на холодильнике. Большинство были безобидными. Обычные семейные кадры. То, от чего я улыбалась после долгих дней.
А потом, через пару недель, стали появляться фотографии, которых, как уверяли все, Джордан не делал.
Первая — я делаю кофе на кухне. В то утро я была одна: муж спал, дети ещё не проснулись. На фото я повернулась вполоборота к раковине, будто только что что-то услышала. Я спросила Джордана, и он сказал, что снимал со ступеней. Я не стала углубляться, но этот снимок явно был не со ступеней. Угол был ниже, словно его сделали через щель дверцы кладовки.
После этого всё стало странным.
Иногда поздно ночью я замечала где-то в доме слабую вспышку. Однажды — из-под двери ванной, пока я чистила зубы. В другой раз — из-за вентиляционной решётки в коридоре. Такой свет, от которого замираешь и начинаешь сомневаться, правда ли это было.
Когда я заходила проверить Джордана, он неизменно лежал в постели. Камера стояла на тумбочке, выключенная.
Однажды ночью к нам в комнату, плача, пришла дочь Надя. Сказала, что в стене слышит щёлканье. Не шорох, не трубы — щёлчки, как будто кто-то делает снимки. Муж встал и проверил: отодвинул её комод, постучал по гипсокартону. Ничего.
Утром на кухонном столе лежала новая фотография. Надя спит. Чёткая, по центру кадра, снятая сверху, прямо над её кроватью.
Мы снова спросили Джордана. Он клялся, что не снимал. Говорил, что ничего не печатал. Но фото было на глянцевой бумаге с того самого принтера.
Через несколько дней Амир, наш старший, сказал, что слышит то же самое. Тихие щёлчки из углов комнаты — то из-за дверцы шкафа, то из-под кровати.
Потом начала слышать и я. Ночью, когда дом затихал, звук тянулся по вентиляции. Небольшое механическое жужжание, потом щелчок.
Мы выдернули принтер из розетки. Даже спрятали камеру в прачечной. Но на следующее утро на холодильнике было три новых снимка — по одному на каждого ребёнка, и на каждом они спят. На метке времени — 3:17 ночи.
Муж сказал, может, Джордан как-то тайком её вернул. Но когда Джордан увидел фотографии, он был напуган до смерти. Сказал, что больше не хочет камеру. Сказал, что ею пользуется что-то другое.
Мы не поверили ему до тех выходных.
Мы уехали за продуктами. Дети остались дома с моей сестрой. Когда вернулись, входная дверь была заперта, как обычно. Ничего не было тронуто. Но стены выглядели как-то не так. Осознала это лишь, когда зашла на кухню.
Каждая фотография, что когда-либо делал Джордан, сотни снимков, была распечатана и приклеена к стенам. Всё на той же глянцевой бумаге. Ими были облеплены холодильник, шкафчики, коридор — всё.
И на каждой был один и тот же объект.
Угол нашей гостиной. Одно и то же место.
Если приглядеться, в том углу видна маленькая тень — бледная, но заметная. Сначала мы решили, что это часть мебели. Но чем дальше по снимкам, тем эта тень становится темнее. Выше.
На последней фотографии — уже не тень: Джордан, или нечто на него похожее, стоит за диваном, поднеся к лицу камеру.
С тех пор Джордан спит у нас в комнате. К тому углу он не подходит.
Иногда поздно ночью я всё ещё это слышу.
Тихое жужжание. Потом щелчок.
Не знаю, идёт ли это из стен или из камеры, которую мы заперли на чердаке.
Но знаю, что оно становится ближе.
И мне кажется, скоро я снова найду на столешнице новую фотографию.
Скорее всего — меня, спящую.
Чтобы не пропускать интересные истории подпишись на ТГ канал https://t.me/bayki_reddit
Подписывайся на Пикабу https://pikabu.ru/@Baiki.sReddita
Или во ВКонтакте https://vk.com/bayki_reddit