Николай Фёдорович повернул голову к Яне:
- Ну что, поедем в центральную библиотеку?
- Конечно, - в один голос ответили Яна и Михаил.
- Значит, единогласно, - улыбнулся он. - Сейчас посмотрим старые карты Петербурга и его окрестностей. Нас интересует юго-восточный район. От усадьбы до реки Ижоры примерно километров десять. Наша деревня Калиновка находится в пяти-шести километрах от этой усадьбы. Вот такие исходные данные у нас. Эта усадьба не маленькая, где-нибудь всё равно найдём упоминание о ней.
Из библиотеки они вышли только к обеду. Николай Фёдорович, посмотрев на Яну и Михаила уставшими глазами, спросил:
- Ну что, молодёжь, война войной, а обед по расписанию?
Михаил подхватил:
- Правильно, а потом всё, что мы нашли, соберём в кучу и уже из этого будем строить нашу гипотезу.
- Так давайте в кафе зайдём? - предложила Яна.
- Никакого кафе, - категорически отрезал Николай Фёдорович. - Поедем к нам. Жена сообщение прислала, ждёт нас. Зачем мы будем есть в каком-то кафе, когда нас ждёт вкусная домашняя еда, так ведь, Михаил?
- Ясен пень, - засмеялся тот, - заодно и познакомим тебя, Яна, с моей мамой, и уверен, что она тебе понравится.
- А я уверен, - хмыкнул Николай Фёдорович, - что и Яна ей понравится.
В небольшой прихожей их встретила улыбчивая женщина лет пятидесяти, среднего роста с короткой стрижкой.
- Ну, наконец-то! - воскликнула она. - Жду, жду, всё стынет.
- Яночка, проходи, пожалуйста, - радушно улыбнулась она Яне. - Будь, как дома. Меня, кстати, зовут Полина Сергеевна.
- Миша, покажи, где можно руки помыть, - строго сказала она, обращаясь к сыну.
Яна, улыбаясь, смотрела на них и понимала, что здесь командует Полина Сергеевна. Глядя на мужа и сына снизу вверх, она спокойно раздавала свои распоряжения.
- Коля, помоешь руки, сразу на кухню - мне нужна твоя помощь.
Михаил, заметив улыбку Яны, весело воскликнул:
- Да, ты верно заметила, что у нас дома только один командир, это мама.
Полина Сергеевна, мягко улыбнувшись, ответила:
- Конечно, это же моё поле деятельности. А вы уж командуйте там у себя.
За столом Яна, слушая их шутливую перепалку, молча улыбалась и с грустью вспоминала своего отца. Он, хоть и был сугубо штатским человеком, был резок и немногословен. Но за суровостью Яна всегда чувствовала его любовь к ней и к матери. Наверное, потому, что он всё держал в себе, не давая своим эмоциям выплеснуться, его сердце и не выдержало.
Полина Сергеевна, словно почувствовав её настроение, решила отвлечь её, спросив:
- Яна, а вы что-нибудь нашли в библиотеке?
- Нашли, мать, нашли, - ответил за Яну Николай Фёдорович. - Много чего нашли. Сейчас подкрепимся и будем разбираться со всей нашей информацией, а потом сделаем выводы.
После обеда Николай Фёдорович в гостиной поставил стол на середину комнаты, разложил его, поставил на каждой стороне стола по стулу:
- Рассаживайтесь, сейчас будем коллективно размышлять. Начну с себя. Я посмотрел множество старых карт окрестностей Петербурга и вот, что нашёл — эту усадьбу построил князь Солодовский.
Михаил продолжил:
- Но в 1855 году он её продал дворянину, графу Лучинскому. Не знаю, сколько там прожил Лучинский, но последним владельцем был некто Шелинберг. А вот кто он такой, я ничего не нашёл.
Яна вздохнула:
- А я почти ничего не нашла. Посмотрела старые газеты «Санкт-Петербургские ведомости» и журналы того времени. Надеялась, что, посмотрев на фотографии богатых семей Петербурга, которые иногда там печатались, смогу увидеть ту девушку с портрета, но увы... Единственное, судя по одежде, я сделала вывод, что та девушка на портрете жила примерно в середине 19 века, это 1840-1880 годы.
- Значит, она вполне может быть из семьи Солодовских или Лучинских, - задумчиво сказал Николай Фёдорович, потом, пристально посмотрев на Яну, добавил. - Яна, запомни эти фамилии.
- Для чего? - удивилась Яна.
- Вдруг у тебя возникнут догадки или озарения какие-нибудь.
- Или во сне что-нибудь приснится, - добавил Михаил. - Ведь ты же видела эту девушку во сне.
Яна кивнула:
- Всё может быть. Тут уж как получится, я сама не в силах контролировать свои сны.
Полина Сергеевна молча выслушала всех, а потом обратилась к Яне:
- Мне сказали, что ты там нашла какой-то кулон, можно мне его посмотреть?
- Конечно, - кивнула Яна и, сняв с шеи кулон, протянула ей. - Посмотрите, я всё равно ничего не понимаю в ювелирных изделиях.
Полина Сергеевна тщательно осмотрела кулон со всех сторон, потом попросила Николая Фёдоровича:
- Коля, принеси мне, пожалуйста, лупу, она лежит в ящике письменного стола.
Потом она ещё раз осмотрела кулон со уже через лупу:
- Вот здесь, с обратной стороны оправы, выбито клеймо — цифры и две буквы. Я читала, что у каждого ювелира было своё клеймо. Вот посмотрите.
Полина Сергеевна передала кулон и лупу Яне. Когда все посмотрели, она сказала:
- Хорошо бы поговорить с каким-нибудь старым ювелиром. У нас же есть частные ювелиры?
- Конечно, сейчас в интернете посмотрю, - воскликнул Михаил. - Заодно и спросим про старейшего. Мне кажется, с такой профессией на пенсию не выходят. В смысле, это же творческая работа, поэтому она не отпускает человека на отдых.
- Наверное, пока глаза видят и рука твёрдая, они так и занимаются своим ремеслом, - согласился Николай Фёдорович.
Михаил с полчаса сидел за компьютером, потом воскликнул:
- Вот есть один адрес опытного ювелира, это на Невском проспекте. Ну что, поехали?
- Конечно! - загорелась Яна. - Если это опытный ювелир, он может подсказать, когда был изготовлен этот кулон и кем.
Через час они вчетвером зашли в небольшую ювелирную мастерскую. Их встретил мужчина лет пятидесяти. И когда они объяснили цель прихода и показали кулон, он оживился:
- Я сейчас отца позову, он вам больше расскажет.
Минут через пятнадцать в мастерскую зашёл седой старик, сутулый, в очках. Опираясь на толстую трость, сел за стол и внимательно посмотрел на Николая Фёдоровича:
- Добрый день, господа. Мне Яков вкратце объяснил вашу просьбу. А теперь расскажите подробнее.
Николай Фёдорович кивнул Яне:
- Покажи кулон.
Яна положила перед стариком кулон:
- Вы сможете подсказать, когда этот кулон сделан и кем?
- Нам хотелось бы узнать, если это, конечно, возможно, для кого он сделан, - добавил Михаил.
Старик включил настольную лампу и, увидев, как в тёмном камне заискрилась шестиконечная звезда, восхищённо воскликнул:
- Какой великолепный чёрный сапфир!
Он долго рассматривал кулон со всех сторон через лупу, потом взволнованно произнёс:
- Замечательная вещь - чёрный камень в серебряном обрамлении. Очень необычный кулон. Откуда он у вас?
- Мне подарили, - сказала Яна.
Яков, наблюдавший за стариком со стороны, спросил:
- Папа, может быть, тебе нужен каталог?
- Нет, - старик раскраснелся от волнения, - смотри, здесь выбито SA, это клеймо нашего предка, Александра Стогберга.
- Деточка, - обратился он к Яне, - а ты не желаешь продать эту вещицу? Мы хорошо, очень хорошо заплатим.
- Извините, но я не могу, - покачала головой она. - Мы только хотели узнать, для кого был сделан это кулон.
- Жаль, очень жаль, - вздохнул старик, потом посмотрел на Яну заслезившимися глазами. - Но если вдруг надумаешь продавать, не забудь про нас.
Полина Сергеевна вздохнула:
- Извините, как ваше имя, отчество?
- Александр Яковлевич.
- Александр Яковлевич, она не может вам продать этот кулон по очень уважительной причине, поверьте, - взволнованно воскликнула Полина Сергеевна. - Знаете, нам очень важно знать, кому принадлежал этот кулон. Если вы сможете нам помочь, пожалуйста, помогите. Повторяю, это очень важно.
Он тяжело вздохнул, потом поднялся и, опираясь на трость, сказал:
- Я вижу, что вы порядочные люди. Я помогу вам, но мне нужно время, чтобы в старых записях моего отца и деда найти то, что вы ищите. И я вам не гарантирую положительный результат. Яков, запиши телефон девушки. Мы позвоним.
- А давайте я вам сфотографирую этот кулон, - воскликнул Михаил, - пусть он у вас будет перед глазами.
- Молодой человек, - не оборачиваясь, усмехнулся Александр Яковлевич, - для чего мне ваше фото?! Этот кулон и так у меня перед глазами.
***
Продолжение: