Отбор Деда Мороза в этом году снова напоминает квест на выживание. Просмотр портфолио артистов превращается в странствие по зазеркалью, где торжествует эстетика абсурда. Вместо волшебной сказки — тревожный сюр, составленный из дорогих, но бездушных деталей.
Феномен «ВИП-пряника»
Под вывеской «ВИП» и «эксклюзив» сегодня часто скрывается пугающий гибрид. Главный принцип — костюм любой ценой: чем больше, дороже и блестящее, тем якобы лучше. Результат? Фигура «пряничного человека», где массивная, безразмерная шуба подавляет крошечную голову, на 70% скрытую войлоком волос. Из узкой прорези — как из бункера — проглядывают едва заметные глаза и кончик носа. Зрелище, способное породить новый фольклор: «бомж с Рублевки», облаченный в парчу. Роскошь, лишенная главного — доброго и открытого лица.
Меховая феерия: от Чебурашки до ламы
Особую боль вызывает мех. Вместо белоснежного, плотного и короткого ворса, создающего образ искристого снега (вспомните идеальный мех Чебурашки), нам предлагают тропическую феерию. Дед Мороз является детям в обличье ламы, норки или соболя — длинноворсном, часто цветном и всегда диссонирующем с зимней магией. Это уже не костюм, а трофей, и безвкусица здесь пышно цветет, удобренная толстым кошельком.
Хроматический бунт: от льда до золота
С красной шубой, ставшей традицией, можно смириться. Но исторический код Мороза — это цвета зимы: леденящий белый и глубокий синий. Современные же «творцы» решили, что статусность равна солнечному металлу. И вот перед нами уже не Повелитель вьюг, а златокованный идол, словно сошедший с пьедестала в парке олигархов. Яркий пример, как внешний лошок полностью подменяет внутреннюю суть персонажа.
Трагедия безмолвного деда
Апофеозом абсурда становится «Дед Мороз без рта». Да, он ВИП. Да, он в золоте. Но он — нем. Его улыбка погребена под седыми зарослями, его общение с ребенком сведено к молчаливому взгляду из-под бровей. Этот образ завершают тоскливые темные валенки, довершающие впечатление одинокого и, вероятно, глубоко несчастного существа.
И если говорить о Снегурочках… Но нет, тема «зрелых тетенек в кокошниках и сарафанах боярынь» слишком трагична. При их появлении сказка не просто уходит — она убегает, сломя голову, хлопнув дверью.
В итоге мы имеем парадокс: чем дороже и вычурнее костюм, тем дальше он уводит от сути — доброго, мудрого и узнаваемого волшебника. И пока этот эстетический террор продолжается, поиск настоящего Деда Мороза становится не просто услугой, а актом спасения Нового года для наших детей.