Документы в суде есть, но часть аудитории считает: это — прогрев. Между тем Оксана говорит о детях и о том, что «развод даётся тяжело».
Лид
За неделю вокруг одной из самых медийных пар российского шоу-бизнеса — Оксаны Самойловой и рэпера Джигана — разгорелся шквал новостей и версий: от официального иска в суд до теорий о рекламном прогреве и реалити-шоу. Разберёмся по фактам — и объясним, почему часть интернет-аудитории категорично не верит в чисто юридическую историю.
Заявление в суд зарегистрировано. По данным картотеки мировых судов, иск о расторжении брака, поданный Самойловой, был зарегистрирован 6 октября 2025 года — эту информацию публиковали и крупные издания.
Процесс назначен.
По данным суда и сообщений СМИ, беседа (предварительное слушание) по делу назначена на конец октября — это подтверждали профильные агентства.
Самойлова комментирует ситуацию и даёт намёки в соцсетях.
Оксана выступала перед журналистами и публиковала эмоциональные записи в собственном Telegram-канале, где говорила о «переменах» и о том, что расставание даётся ей тяжело; отдельные публикации были посвящены детям и их переживаниям. Эти посты журналисты и блогеры цитировали в материалах.
Версия о «хайпе»/прогреве циркулирует в медиа и среди подписчиков.
Некоторые колонки и паблики предположили, что драматичная история может служить продвижению — например, реалити-проекта или музыкального релиза. Такие версии активно обсуждали в соцсетях и в статьях о реакциях публики.
Откуда пошли слухи и кто «виноват».
Первые сообщения появились в телеграм-каналах и развлекательных пабликах, затем подхватили крупные агрегаторы и таблоиды — так информационный поток ускорился и превратился в лавину. СМИ фиксируют: официальных комментариев от стороны Джигана было меньше, поэтому вакуум быстро заполнили репортажи и версии с разной степенью достоверности.
Вывод
Юридический факт — заявление о разводе зарегистрировано в суде, и это подтверждают проверяемые источники. В то же время публичные комментарии Самойловой о трудностях расставания и о том, как это отражается на детях, дали площадку для эмоциональных интерпретаций: для одних это — искреннее решение многодетной матери, для других — привычный «звёздный трюк» для привлечения внимания к проектам или к будущим медийным действиям пары. Пока процедура идёт своим путём, у аудитории остаётся выбор — принять официальные данные или склониться к версии о прогреве. Важно помнить: за заголовками остаются реальные люди и четыре ребёнка, и называться «виноватым» обычно проще, чем объяснить, какие именно семейные обстоятельства привели к такому решению.