Трудовые мигранты привнесли в нашу жизнь свои правила. Под новую категорию граждан исламского вероисповедания мы, судя по беглому просмотру информации в российском медиапространстве, перестраиваем не одну сферу. Потому что спрос рождает предложение – и точка.
Если клиент приносит деньги, их надо брать. Если ставит условия – их надо выполнять. Эта железобетонная мантра работает без перерыва на обед. И вот над продуктовыми магазинами уже переливается вывеска «халяль». Но это только верхушка айсберга.
Халяль – это не только про легко усваиваемое мясо…
История с ним – это не столько про правильное мясо, сколько про образ жизни, основанный на конкретных религиозных догмах. Это про всё, что разрешено в исламе. А что не разрешено — харам. И мы все почему-то оказались в это посвящены, даже не будучи мусульманами.
Между светскими принципами и исламским капиталом российское общество движется, как между Сциллой и Харибдой уже который год.
Но куда? Посмотрим на дорожную карту.
Исламский банкинг
Конституция России гласит, что религиозные объединения отделены от государства и равны перед законом. Это означает, что государство не вмешивается в дела религиозных организаций, а религиозные организации не участвуют в государственной деятельности. Ой ли?
С сентября 2023 года в России действует эксперимент по исламскому банкингу. Он проводится в Башкортостане, Дагестане, Татарстане и Чечне. В федеральном законе от 4 августа 2023 года заявлено, что эксперимент продлится до 2025 года. Однако принятые 31 июля 2025 года поправки к закону продлевают срок его действия до 2028 года.
И раз уж сроки эксперимента однажды уже были продлены, ничто не помешает продлить их и в дальнейшем. А также углубить и расширить. Как говорится, нет ничего более постоянного, чем временное.
В документе нет ни слова на «шариатском», но сути это не меняет. Это такой же халяль, только в банковской сфере.
Партнерское финансирование – это то, что отличает исламский банк от обычного. Вместо процентов банки получают прибыль через партнерство с клиентом, разделяя риски и доходы от реальных активов, например, через торговлю, аренду или совместное владение.
Но если мы по факту разделяем банковскую сферу по религиозному признаку, то где тогда православные банки?
В стране, где церковь отделена от государства, православных банков прогнозируемо нет. А мусульманские банки – есть. Реестр финансовых организаций, работающих по нормам шариата в России, насчитывает 33 участника.
В их числе и ПАО Сбербанк, который является частью государственного сектора экономики. В 2023 году он получил фетву (сертификат соответствия исламским стандартам) на продукты исламского финансирования от…Шариатского консультационного совета. Это религиозная структура, которая следит за соблюдением принципов ислама в банковской сфере.
О готовности предоставить исламские финансовые продукты еще в 2024 году заявил и Т-банк. Ими смогут пользоваться жители не только нескольких регионов, участвующих в эксперименте по исламскому финансированию, но и все мусульмане России во всех регионах страны. ДУМ Республики Татарстан инициативу одобрил.
Для республик нашей страны, где мусульманское население преобладает, эксперимент хотя бы можно объяснить. Для регионов же с преимущественно славянским населением введение таких правил вызывает вопросы.
Один из них – для чего это нужно в России – для приезжих мигрантов, которые по логике у нас не навсегда? Или для тех, кто получил российские паспорта, но ассимилироваться не планирует? Это для них шариат с доставкой в чужую страну?
Есть также мнение, что исламский банкинг – это поиск точек соприкосновения с мусульманским Востоком, а заодно и создание конкурентной среды в банковской сфере страны. Оставим эту тему экспертам в области финансов и вернемся к нашим мигрантам, под которых отечественный бизнес практически лёг.
А было ли лобби?
Подстройка бизнеса и банковского сектора под эту категорию граждан – всего лишь показатель, что доля исламоорентированных клиентов в России заметно увеличилась. И рынок вынужден реагировать. Но почему она выросла?
По мнению экспертов, это общемировая тенденция. Масштабные потоки мигрантов финансируют и продвигают из-за рубежа. В частности, они приводят в пример Международную организацию по миграции ООН. Она активно навязывает про-мигрантскую повестку и способствует либерализации законодательства в разных странах. И Россия вряд ли является исключением.
Стоит ли говорить, что среди мигрантов, исповедующих ислам, часто встречается и последователи радикальных течений. По словам первого заместителя председателя комитета Госдумы по безопасности и противодействия коррупции Андрея Лугового, именно на эту категорию граждан делает ставку английская разведка, продвигая свои задачи через диаспоры, исламские структуры, активистов, ДУМ РФ.
Тот факт, что мигранты стали чаще совершать особо тяжкие преступления , подтверждает и председатель Следственного комитета РФ Александр Бастрыкин.
Восток – дело тонкое
Между тем, многие аналитики отмечают, что сотрудничество с тем же Таджикистаном в сфере миграции – это геополитическая необходимость. Сохраняя экономическое, политическое и военное присутствие в бывшей союзной республике, мы защищаем себя от международных террористических группировок, ведь эта восточная страна имеет протяженную границу с Афганистаном.
И трудовая миграция, которая приносит приносит в казну Эмомали Рахмона приличные суммы и обеспечивает его лояльность – это наша плата за сохранение хоть какой-то стабильности.
По данным из разных источников в России находится от 1 до 3 миллионов мигрантов из Таджикистана. И тут у многих возникает вопрос, не слишком ли высока цена за геополитическое спокойствие с учетом криминальной статистики?
Как с национальными интересами?
Мы все-таки повернулись к ним лицом. С 2025 миграционное законодательство в России ужесточается. Давно ожидаемое решение призвано сделать миграционный процесс управляемым. Есть надежда, что новые законодательные акты выведут миграционную политику страны из-под контроля глобалистов и сделают ее национально-ориентированной.
В этом месте можно было бы спеть гимн, но – рано. Паритета в этом вопросе пока нет. Как нет сомнений и в том, что на банковском секторе последователи ислама не остановятся. И что исламизация разных сфер – это результат действия мягкой силы, которая пока имеет и свои рычаги, и свою паству. И свои деньги.
Так что же в этой «халяльной» истории одержит верх – прогиб или стратегия?Сможем ли мы выдержать натиск тех, кто пытается размыть границы и расшатать наши устои?
Удастся ли нам остановить тотальную халялизацию всея Руси и сохранить национальную идентичность?