Представьте себе 1927 год — молодое советское государство. В ноябре Уральский облисполком принял важное историческое постановление о создании исследовательской экспедиции Ямальской тундры.
«Для всестороннего изучения политико-экономического состояния, жизни, быта, обычного права ямальских кочевников, флоры, фауны, оленеводства, пушного и рыбного промыслов, товарно-меновых отношений, производства и потребления, работы торгово-заготовительных организаций направить комплексную экспедицию на Ямальский полуостров сроком на полтора года в составе начальника экспедиции В. П. Евладова, охотоведа Н. Н. Спицына, зоотехника П. П. Королева, товароведа И. В. Каргопольцева».
В состав экспедиции вошли несколько человек. Переводчик М. Ф. Ядрычев, практикант В. И. Терентьев и пастухи Филиппов, Хатанзеев и Тибичи с семьями.
Летние полевые работы должны были проводить отряд Обдорского ветеринарно-бактериологического института. В его состав входили: начальник ветеринарного отряда Д. В. Калмыков ( известный в тундре олений доктор), фельдшер И. Тихонов и переводчик А. Абросимов. Также с ними были пастухи Артеев с семьей и Рочев.
Маршрут и план работы экспедиции обсудили и одобрили в Свердловске и Москве. В обсуждении участвовали известные советские ученые, которые специализируются на проблемах Севера.
Среди них были:
- - Этнограф профессор В. Г. Тан-Богораз.
- - Зоолог профессор А. А. Бялыницкий-Бируля.
- - Член бюро Комитета Севера профессор С. А. Бутурлин.
- - Геоботаник Б. Н. Городков (тогда еще не профессор).
- - Профессор Б. М. Житков, известный исследователь Ямала и Русского Севера.
- - Специалист по северному оленеводству С. В. Керцелли.
И вот 17 марта 1928 года из Салехарда, тогда еще Обдорска — центра западно-сибирских тундр, выступил на север караван состоящий из оленьих упряжек - "аргиш".
Караван включал в себя нескольких десятков тяжелогруженых нарт, запряженных четверками оленей. Невдалеке двигалось сменное стадо в полторы сотни голов. На передовой упряжке, по праву проводника экспедиции, сидел ненец Хэхо Хороля.
Солнце слепило глаза, отражаясь на белом снеге, ветер дул в лицо, а он думал о том, что их ждет. Ненцы прозвали экспедицию «Нарьяна луце» («красных русских»). Он также размышлял о том, что дорога от Оби будет трудной, так как олени, исхудали от бескормицы на вытоптанных ягельниках Обдорска, а значит будут выбиваться из сил раньше времени.
22 марта, близ фактории на реке Щучьей, обоз догнали две легкие упряжки. У одной из них сломанные копылья нарт были умело перевязаны веревкой и чудом держались. Ее седок, известный в тундре «олений доктор», сотрудник Обдорского ветеринарно-бактериологического института Д. В. Калмыков, выглядел так, что даже с близкого расстояния его можно было принять за ненца.
Седок на другой нарте также был одет во все ненецкое, только из-под капюшона малицы поблескивали стекла очков. Это был начальник Ямальской экспедиции Уральского областного земельного управления и Уралкома Севера Владимир Петрович Евладов, которому на тот момент не исполнилось и 35 лет.
Однако к этому времени он уже был членом партии большевиков с 1917 года, участником февральских революционных событий и делегатом IV Чрезвычайного съезда Советов. Евладова застала гражданская война в Петрограде; он закончил её в составе частей Красной Армии, сражавшихся с белогвардейскими отрядами барона Врангеля.
К июню экспедиция достигла озер Нейто - лежащих на историческом пути русских мореходов через Ямал в Сибирь.
с 16 века поморы уже пересекали Карское море проходя через центр полуострова до земель населенных самоедами, этот путь получил название Мангазейский морской ход
Обоз медленно и осторожно двигался вдоль северного берега озера по глубокому тесному ущелью, над которым нависли наметы снега, грозившие обрушиться и мощной лавиной засыпать людей и оленей. Тут еще стояла суровая зима, воды Нейто были крепко скованы льдом.
Евладову же хотелось попасть на остров Белый летом, когда никто, кроме ненцев, там еще не бывал. Поэтому ближайшая цель весеннего маршрута оставалась прежней — река Тиутей-Яха. «Днем все время светило яркое солнце, свет сделался невыносимым. Мы шли на север по ночам, а впереди нас перед глазами стояло полуночное солнце».
22 июня измученные люди и олени стояли на водоразделе полуострова Ямал (хребет Ямал-Хой), у истока реки Тиутей-Яха. Отсюда повернули на запад и после нескольких переходов 9 июля стали лагерем на летовку.
Ценой большого физического напряжения, во многом лишь благодаря помощи ненцев, весенний маршрут был выполнен. За 70 суток было совершено 42 перехода. Теперь необходимо было дать отдых людям и животным.
Литература :
По тундрам Ямала к Белому острову. Экспедиция на Крайний Север полуострова Ямал в 1928-1929 г.г. / В.П. Евладов Тюмень : Институт проблем освоения Севера СО РАН, 1992