Это не вымысел, а реальная история XX века, отражающая конфликт между религиозным экзорцизмом и традиционной медициной. Деревня Клингенберг, Германия, 1975 год. Уединённый дом с потрескавшейся штукатуркой и деревянным крестом над входом. Когда соседи заглянули внутрь, они услышали странные звуки, будто кто-то шепчет и тихо стонет внизу. И обнаружили истощённую женщину с болезненными отметинами по всему телу и взглядом, полным отчаяния; её звали Аннелиза Михель.
Открывшаяся правда всколыхнула всю Германию: родители считали дочь одержимой демонами, а Католическая церковь поддерживала это утверждение. Между тем, суд квалифицировал произошедшее как уголовное преступление.
Анна-Элизабет Михель, известная близким как Аннелиза, родилась 21 сентября 1952 года в баварской деревушке Лейблфинг в глубоко религиозной католической семье. У родителей девочки, Йозефа и Анны, было четверо детей.
Семья имела прочные связи с церковью: три тётушки отца были монахинями, а бабушка мечтала увидеть сына священником, но тот выбрал профессию плотника.
Мать Анны, окончив трёхклассную гимназию и три года частного образования, встретила будущего мужа на работе на отцовской лесопилке. Свадьба состоялась в 1950 году.
Аннелиза выросла в строгой католической среде. Регулярные мессы дважды в неделю, участие в церковном хоре и ежедневные молитвенные чтения составляли важную часть её детства. Вера не была для неё повинностью, напротив, она страстно жаждала духовных подвигов и стремилась достичь идеалов христианской добродетели. Внешне её юность нечем не отличалась от сверстников: она играла на родительской лесопилке, хорошо успевала в школе, занималась музыкой и мечтала стать учительницей.
Каждый месяц 13-го числа Аннелиза держала пост в честь Богоматери Фатимской, и это был её личный выбор. Аннелиза сознательно спала на холодном полу, пытаясь таким образом искупить чужие грехи. И это было естественно для неё, стремившейся прожить жизнь в абсолютном служении Богу. Близкие характеризовали её как умную, застенчивую и невероятно набожную девочку.
Аннелиза с ранних лет страдала частыми простудами, общая физическая слабость сопровождала её с детства. Однажды, находясь в классе школы, шестнадцатилетняя Аннелиза неожиданно потеряла сознание. Тело сотрясалось судорогами, глаза закатились вверх. Испуганные одноклассники немедленно сообщили учителю, который срочно вызвал медиков. Придя в себя, Аннелиза ничего не помнила о происшествии и испытывала крайнее замешательство. Этот эпизод стал первым симптомом неизлечимой болезни, радикально изменившей её дальнейшую жизнь.
Специалисты диагностировали у Аннелизы тяжёлую форму височной эпилепсии, сопровождаемую симптомами психоза.
Следующие годы превратились в череду врачебных консультаций, обследований и приёма медикаментов. Просыпаясь ночью, она ощущала сильное давление на грудь, неспособность двигаться или кричать, сопровождающуюся чувством присутствия посторонних.
Назначение новых лекарственных препаратов не приносило значительного эффекта, а ближе к выпуску из школы самочувствие заметно ухудшилось: частота эпилептических приступов возросла, присоединилась глубокая депрессия, потребовавшая стационарного лечения в психиатрическом отделении. Верующая Аннелиза задавалась вопросами о причинах происходящего: какой грех она совершила? Болезнь обретала особый смысл в рамках её религиозных взглядов.
Несмотря на пятилетний курс лекарственной терапии, состояние девушки не улучшалось. Медикаментозное лечение не приносило желаемого результата, общее самочувствие ухудшалось.
Однажды во время очередного эпилептического криза произошло знаменательное событие: придя в сознание после приступа, Аннелиза была бледной и встревоженной.
«Я видела лицо дьявола!» — воскликнула она дрожащим голосом.
Девушка твердо верила в существование Сатаны и теперь утверждала, что видела его. Позднее Аннелиза рассказала родным, что во время молитв слышала таинственный голос, нашептывавший ей проклятия и угрозы вечных мук в аду. Голос преследовал её постоянно, усиливаясь всякий раз, когда она соприкасалась с предметами религиозного значения.
Родители Аннелизы, глубоко верующие люди, растерянно восприняли откровения дочери о встрече с дьяволом. Саму Аннелизу, выросшую на примерах житий святых и рассказов об изгнании бесов, охватили сомнения: возможно, обычные лекарства бессильны, ибо дело не в обычной болезни? Постепенно в сознании семьи крепнет идея: Аннелиза захвачена демонической силой.
Родственники и прихожане общины начинают настаивать на проведении обряда экзорцизма, когда священники используют специальную молитву на латыни «Vade retro satana» («Прочь, Сатана!») для освобождения души человека от влияния дьявола.
Местные священники сначала отказали родителям Аннелизы, аргументируя это необходимостью одобрения епископа и отсутствием убедительных признаков одержимости; их рекомендация сводилась к продолжению лечения.
Несмотря на терапию, состояние Аннелизы стремительно ухудшалось: появились признаки агрессии, резкого изменения поведения, несмотря на регулярный приём прописанных лекарств. Период нахождения в психиатрической клинике не принес положительных результатов, депрессия усугублялась. Длительная медикаментозная терапия разочаровала девушку, фактически не обеспечив никаких позитивных сдвигов.
В 1973–1974 гг. семья Михель обратилась к нескольким священникам с просьбой организовать процедуру экзорцизма для Аннелизы. Однако большинство католических пастырей смотрели на подобную инициативу с недоверием. Официальные правила Ватикана требуют строгих критериев: подтвердить наличие сверхъестественных способностей, речь на тайных языках, отвращение к святыням и получение официального разрешения от епископа.
Тем временем состояние Аннелизы неуклонно ухудшалось. Теперь девушка вела себя непредсказуемо и беспокойно. Она могла снять одежду публично, оставшись совершенно обнажённой, и делала это демонстративно. Часто девушка делала изнурительные поклоны: стояла на коленях, многократно простирая руки в молитве, — ежедневно выполняя поклоны сотни раз. Коленные суставы воспалились и были повреждены постоянной нагрузкой.
Порой она начинала имитировать лай собаки, забиваясь под мебель и продолжая это занятие сутками. Наблюдатели рассказывали, что девушка перешла к употреблению насекомых и угля, лизала собственную мочу с пола.
Физические и психоэмоциональные мучения девушки усиливались: она почти утратила способность отдыхать, умышленно причиняя себе травмы. Видя постоянные страдания дочери, мать Аннелизы, Анна Михель, достигла предела терпения и приняла волевое решение обратиться за поддержкой к представителям Церкви, невзирая на возможные препятствия.
Важно подчеркнуть, что в момент принятия решения об экзорцизме Аннелизе исполнилось 23 года, и инициатива исходила непосредственно от неё самой. Следователи позднее нашли записи, сделанные Аннелизой в личном дневнике, подробно описывающие её общение с божественными силами. Она верила, что получает послания от Бога, Иисуса Христа и Богородицы. Запись, сделанная осенью 1975 года, гласит словами Господа:
«Теперь ты начнёшь испытывать великие страдания и нести покаяние. Твои мучения, грусть и отчаяние помогут Мне сохранить души».
Аннелиза воспринимала свои страдания как акт добровольного спасения души других людей. После одной из молитвенных сеансов девушка доверила дневнику удивительную историю: ей якобы открылось пророчество от Христа, предсказывающее её грядущую святость.
Сначала Аннелиза усомнилась в подлинности этого откровения, опасаясь подвоха дьявола. Но вскоре уверилась в истинности полученных вестей, приготовленных ей свыше.
С позиции психологии, эти «откровения» Аннелизы могли быть результатом патологии — проявлением религиозного бреда и галлюцинаций. Однако для самой девушки её переживания обладали абсолютной достоверностью. Она осознавала себя жертвой, добровольно принявшей боль ради очищения чужих грехов. Согласно собственным рассказам, в 1975 году к девушке явилась Богородица, спросив, готова ли та принять страдания ради избавления душ от вечных мук. Подумав, Аннелиза ответила положительно, мотивируя это тем, что без согласия пойти на жертвы осуждённые души отправятся в ад.
Вскоре родителям девушки все же удалось найти священника Эрнста Альта, ознакомившегося с ситуацией, он пришёл к убеждению, что девушка одержима.
Сначала Альт направлял Аннелизу и её семью к врачам, но узнав, что стандартное лечение не приносит положительных результатов. Тогда священник принял решение провести специальный обряд. Эрнст Альт выразил готовность защищать девушку не средствами медицины, а духовной молитвой.
В июле 1975 года местный епископ Йозеф Штангль предоставил Альту разрешение на проведение «малого» экзорцизма — ритуального освящения пространства. Несколько месяцев спустя другой священник, Арнольд Ренц, получил санкцию непосредственно на изгнание бесов из Аннелизы. Церковные власти настоятельно попросили держать обряды в секрете.
Сеансы экзорцизма начались 24 сентября 1975 года, основываясь на древнем тексте «Ритуал Римский», разработанном папой Львом XIII специально для борьбы с демоническим вмешательством. Любой священнослужитель имел право проводить подобный обряд.
Обряд проводился скрытно, в доме родителей Аннелизы, куда входили члены семьи Михель, местный пастор Геррман, подруга семьи Теа Хайн и несколько посторонних свидетелей. За приблизительно десятимесячный период с сентября 1975 по июнь 1976 года состоялось 67 процедур экзорцизма, проводимых еженедельно, а иногда и чаще. Два священника, Арнольд Ренц (67 лет) и Эрнст Альт (40 лет), собирались у Михелей и посвящали по четыре часа чтению молитв и попыткам изгнать вселившегося духа. Кровать отодвинули подальше от стен, освобождая пространство, поскольку во время сеансов приходилось сдерживать буйствующую женщину. Рядом стоял графин со святой водой, свечи и богослужебная книга с молитвами на латыни, на стенах висели иконы.
На кровати изгибается молодая женщина, худенькая, с потемневшими кругами под глазами, её запястья связаны кожаными ремнями. Двое священников, окружённые родителями, торжественно начинают чтение латинских молитв. Внезапно раздаются гортанные, низкие рычащие звуки, вселяющие неподдельный ужас.
Невообразимо, что это произносит хрупкая 23-летняя девушка. Когда отец Ренц касается её лба крестом, из уст Аннелизы вырывается возмущённый крик:
«Уберите вашу гадкую лапу, она жжёт как пламя!» — голос, принадлежащий не Аннелизе, а кому-то другому.
Отец прикрывает рукой рот, мать хватается за сердце, священник отшатывается, охваченный страхом. Из горла женщины выходит влажный булькающий смех, перерастающий в грозный собачий лай.
Демон, овладевший телом Аннелизы, ждал этого момента: теперь он вступил в разговор со священниками. Диалог принимает абсурдный оборот: Ренц требует назвать имя, бросая струю святой воды в лицо девушки, и в ответ слышит презрительный гортанный рев или нервный хохот. Речь Аннелизы становится смесью языков: немецкий, латынь, редкие языки древнего происхождения.
Во время ритуалов священники установили, что в теле молодой девушки поселилось сразу несколько демонов. На прямой вопрос «Кто ты?» различные голоса последовательно выдавали названия: Люцифер, Иуда, Каин, Нерон, Адольф Гитлер.
Наблюдалась и вовсе необъяснимая аномалия: участники эксперимента поставили перед Аннелизой три наполненных стакана жидкости — один с обычной водопроводной водой, другой с водой из святого источника Лурда, третий с жидкостью из другого паломнического центра. Несмотря на завязанные глаза, девушка без труда определяла содержимое сосудов: спокойно отпила простую воду, отвернувшись от остальных стаканов с заявлением:
«Это отвратительная вода из Сан-Дамиано».
Создавалось ощущение, что некто, обладающий особыми знаниями, управляет действиями девушки извне. Среди прочего демоны извергали поток оскорблений, адресованных участникам процесса. Примечательно, что содержание бранных слов оставалось однообразным: чаще всего духи именовали участников обряда «проклятыми свиньями». Возможно, демонический словарь был ограничен самим характером существа, а может, сама Аннелиза, находясь в состоянии одержимости, просто не владела более изощрённым набором непристойных выражений.
Иногда посреди сеансов Аннелиза начинала петь псалмы и церковные гимны — внутренние сущности, владеющие её телом, реагировали бурно, корчились и сопротивлялись. Отзвук благодатных песнопений казался невыносимым для нечисти.
Отец Альт использовал этот эффект, увеличив интенсивность молитв. Эти необычные события одновременно наполняли участников страхом и восхищением: впервые они столкнулись с живым проявлением сил тьмы, которые ранее существовали лишь в сфере абстрактных представлений.
Один из демонов, позиционирующий себя как Люцифер, позволил своему голосу выйти наружу и поведать собравшимся учёную беседу о судьбах христианства. Заявив, что вера ушла из сердец людей, оставив пустоту и равнодушие, виноватыми он назвал священников, потерявших энтузиазм и пассивно относящихся к упадку веры. Такое заявление потрясло как представителей духовенства, так и семью Михель.
Такие свидетельства расценивались участниками как прямое подтверждение существования иных сил.
Каждый следующий сеанс представлял собой изнуряющий марафон, полный напряжения и тревоги. В отдельные дни Аннелиза была настолько ослаблена, что даже подняться с кровати оказывалось невозможным, и церемония проходила в горизонтальном положении.
Зачастую девушку приходилось удерживать совместными усилиями троих-четырех мужчин, такова была огромная энергия, которая овладела её телом в момент кризиса. Использовались специальные крепления, фиксирующие конечности ремнями и цепями, чтобы предотвратить нанесение вреда. Она могла сохранять напряжение мышц, выгнув позвоночник дугой, при этом издавать дикие громоподобные звуки, а затем неожиданно расслабляться, умоляя мягким голосом оставить её в покое. Реже наступали минуты просветления, когда Аннелиза возвращалась к нормальному состоянию и благодарила священников за поддержку и внимание.
Часто температура тела девушки колебалась, пот покрывал лицо, губы были покрыты кровью от постоянных укусов в приступах ярости. Мать ухаживала за дочерью, вытирая полотенцем лоб и предлагая глоток воды. Аннелиза упорно отказывалась от еды и питья, утверждая, что её не подпустят к пище и воде.
Записи, проведённые отцом Ренцем, запечатлели сорок две из шестидесяти семи сессий экзорцизма. Магнитофонные ленты зафиксировали нечеловечески низкий рык, переходящий в звонкий женский голос, нелепые комментарии, дикие вопли, источаемые маленькой истощённой женщиной.
Жизнь семьи Михель погрузилась в постоянный кошмар. Родители, сёстры и близкий знакомый Аннелизы, Петер, сталкивались с этой драмой регулярно, иногда еженедельно. В промежутках между сеансами девушка казалась нормальной, способна рассуждать здраво и объективно оценивать собственное состояние. Люди, близкие к Аннелизе, не считали её сумасшедшей, считая, что причиной трагедии являются внешние сверхъестественные силы. Домашние не сомневались в присутствии сущностей, контролирующих поведение девушки.
Весной 1976 года, спустя полгода после начала ритуалов, организм Аннелизы находился на грани истощения, девушка теряла жизненные силы. В июне, при росте чуть выше среднего, она весила всего 31 кг, кожа плотно облегала кости, колени превратились в сплошные язвы от постоянного стояния на коленях, разорванная кожа и деформированные суставы сделали передвижение невозможным. Дополнительно у девушки началась пневмония, осложнив её состояние лихорадочным кашлем, но обряды экзорцизма продолжались, несмотря на ухудшение физического самочувствия.
Летом 1976 года Аннелиза практически не вставала с постели, моменты просветления стали редкими. Однажды, в момент короткого отдыха, она сказала своему другу Петеру загадочную фразу:
«До июля мне предстоит страдать, в июле придет облегчение».
Слова Аннелизы можно понять двояко: одни ожидали исцеления от демонов, другие понимали их иначе. Спустя некоторое время Аннелиза поделилась со священником Эрнстом Альтом о неизбежности скорой кончины:
«Сейчас я понимаю, что произойдёт. Лето будет тяжёлым и ужасным, и я не смогу выжить. Никому не удастся убедить меня в обратном. Моя судьба решена».
30 июня 1976 года состояние Аннелизы стало совсем плохим. Высокая температура сопровождалась сильной слабостью, девушка теряла силы даже для обычного разговора. Накануне сна, еле шевеля сухими потрескавшимися губами, она робко просит мать остаться рядом:
«Мама, пожалуйста, останься… я боюсь».
Усталая от многолетних усилий Анна Михаэль сидит возле кровати дочери, перебирая чётки и непрерывно читая молитвы, наблюдая за неспокойным сном любимой дочери. Утро следующего дня встречает Аннелизу уже в другом состоянии: мать замечает, как впервые за долгие месяцы лицо девушки осветляется, исчезает выражение тревоги и усталости.
Вечером первого июля 1976 года Аннелиза Михаэль умирает. Физические страдания подошли к концу. Для верующих — это завершение земных мучений и долгожданное освобождение души, и милость Божья. Полиция прибыла незамедлительно, начав детальное расследование обстоятельств дела.
Формальной причиной смерти Аннелизы объявили голодание и обезвоживание, поскольку девушка отказалась от еды и питья в последние дни жизни. Более удивительно, что сама Аннелиза верила: её жертва необходима, чтобы человечество вспомнило о Боге. Сообщение о гибели девушки в ходе экзорцизма быстро распространилось в средствах массовой информации, вызвав широкий общественный резонанс. Новость о судьбе Аннелизы стала предметом горячих дискуссий и закончила свой путь в зале судебного заседания.
Весной 1978 года в германском городе Ашаффенбург начался судебный процесс, которому не было аналогов в истории Германии. На скамье подсудимых оказались четверо: родители Аннелизы — Анна и Йозеф Михель, а также два католических священника — Арнольд Ренц и Эрнст Альт.
Их обвинили в том, что, располагая полной информацией о плохом самочувствии девушки, они проигнорировали необходимость профессиональной медицинской помощи, доведя Аннелизу до преждевременной смерти.
Согласно выводам прокуратуры, девушка страдала от заболеваний, поддающихся эффективному лечению, но ближайшее окружение, эксплуатируя её религиозность, внушило ей представление об одержимости, лишив доступа к полноценному лечению.
Судебный процесс начался 30 марта 1978 года и тянулся несколько месяцев. Зал заседаний заполнился публикой: журналисты, зеваки, верующие и критики, привлечённые шумихой. Центральным доказательством стали аудиозаписи, сделанные священником Ренцем, воспроизводимые прямо в суде. Сквозь динамики разносились жуткие звуки: звучание нездоровых голосов, прерываемое латинской речью, мольбами и оскорблениями.
Большинство слушателей чувствовали себя взволнованными и обеспокоенными, взгляды обращались к большому деревянному кресту, висящему на стене зала, ища утешения и защиты. Монашка, пришедшая на заседание, энергично перебирала чётки, тихо произнося молитву. Резкий плач прервал тишину: младшая сестра Аннелизы не выдержала напряжения, захлёбываясь слезами, покинула зал, не в силах терпеть возвращение голоса сестры из глубины воспоминаний.
Государственную позицию представляют авторитетные медики: группа специалистов-психиатров и неврологов. Их выводы категоричны: Аннелиза не была объектом демонического воздействия, а страдала тяжёлыми физическими и психическими нарушениями.
Случай Аннелизы представляет собой сложное переплетение эпилепсии, психологических нарушений и сильного религиозного давления. Дополнительные показания подтверждают, что неэффективность пятнадцати лет терапии объясняется внезапным прекращением назначенных дозировок и нерегулярностью применения предписанных препаратов.
Врачи уверенно утверждают, что своевременное медицинское вмешательство могло бы спасти Аннелизу, даже накануне её смерти. Последнее заявление прокурора произвело большое впечатление на публику:
«Если бы семья вызвала специалиста хотя бы за семь дней до происшествия, Аннелиза осталась бы живой».
Прокуратура особо подчеркивает ответственность обоих священников: отцы Альт и Ренц должны были заметить резкое ухудшение состояния девушки и остановить экзорцизмы, доставив Аннелизу в профильное медицинское учреждение, вместо продолжения рискованного и изматывающего ритуала. Представитель обвинения негодует:
«Почему за одиннадцать месяцев регулярных ритуалов вы ни разу не вызвали врача, даже когда ваша подопечная была уже не в состоянии самостоятельно передвигаться?»
Отец Альт, эмоционально реагируя на обвинения, поднимается с места и решительно возражает:
«Что значит вызвать врача? Никакой врач не вылечит её от дьявола, понимаете?!».
Этим священник пытался объяснить причины отказа от традиционного медицинского сопровождения, считая недуг следствием сверхъестественного вторжения. Адвокаты, чьи гонорары оплачиваются церковью, утверждают, что обвиняемые не являются преступниками, а выступают простыми гражданами, действовавшими из искренних побуждений. Они напоминают суду, что экзорцизм является легитимной процедурой, предусмотренной Конституцией ФРГ в качестве части свободы совести и вероисповедания.
Дополнительно адвокаты приводят аргументы, основанные на показаниях непосредственных свидетелей событий. Многочисленные друзья семьи, сельские жители и соседи приходят в суд и уверяют:
«Мы своими глазами видели доказательства присутствия дьявола в Аннелизе!».
Они вспоминают жуткие крики, слышимые из дома Михелей, появление множественных голосов и невозможность прикосновения к предметам религиозного назначения. Священники Ренц и Альт сохраняют уверенность в правильности своих действий, настаивая, что выполняли обязанности пастырского служения, борясь с силами зла, атакующими душу девушки.
Мать Аннелизы, Анна Михель, сохраняя спокойствие, отрицает любые медицинские объяснения диагноза, считая единственной возможной причиной страданий дочери вмешательство сверхъестественных сил, подтверждающее глубочайшую веру в собственную версию произошедшего.
В итоговом выступлении представитель обвинения заявил о необходимости осудить всех четырёх фигурантов дела, но просил судей учесть обстоятельства и проявить мягкость к родителям, справедливо отмечая, что горе потери дочери уже послужило им достаточным наказанием. Предложенные санкции предусматривали минимальные штрафы для родителей и штрафные взыскания для священников, без реального лишения свободы.
Финальное постановление суда было оглашено 21 апреля 1978 года. Суд признал всех подсудимых виновными в халатности, повлекшей гибель пострадавшей. Осужденные священники были признаны виновными в совершении преступления по неосторожности и приговорены к условному заключению сроком на три года и дополнительно шести месяцам тюрьмы.
Родители Аннелизы были освобождены от уголовной ответственности, поскольку суд постановил, что понесённое ими горе уже являлось достаточной платой за содеянное. Решение подчеркнуло, что в момент наступления смерти девушка была недееспособна, не могла трезво оценить своё состояние, а находящиеся рядом взрослые обязаны были позаботиться о предоставлении необходимой медицинской помощи, что сделано не было.
Принимая во внимание искренность намерений и глубину постигнутого горя, суд предпочёл применить минимальное наказание.
Никто из осужденных не отправился в тюрьму. Католическая церковь также внесла изменения в политику организации: епископ Йозеф Штангль, ранее давший согласие на проведение экзорцизма, опубликовал официальный документ, уточняющий требования к проведению обряда: впредь подобные мероприятия станут возможны только при обязательном участии профессионального врача, дабы исключить повторение трагических эпизодов.
После завершения судебных процессов супруги Михель ходатайствовали перед властями о разрешении эксгумировать тело дочери, похороненное поспешно в дешевом гробу. Спустя почти два года, 25 февраля 1978 года, останки были перезахоронены в добротный дубовый гроб, отделанный жестью. Семье и священникам запретили присутствовать при осмотре останков. Чудеса святости, приписываемые Аннелизе, не нашли подтверждения.
В 2005 году, спустя почти тридцать лет после смерти дочери, мать Аннелизы, Анна Михаэль, откровенно рассказала прессе, что ни секунды не сожалела о предпринятых действиях.
Женщина до последнего дня была уверена, что дочь действительно подверглась воздействию нечистой силы, а героическая смерть стала актом замещения чужих грехов. Такая вера дарила матери успокоение, позволяя верить, что ребёнок поступил по воле Господней. Отец Йозеф скончался ранее, регулярно посещая могилу дочери с молитвой.
Священники Ренц и Альт вернулись к выполнению обязанностей пастырей; отец Альт ушёл из жизни в 1978 году, вскоре после процесса, отец Ренц дожил до старости, стойко защищая правомерность своих деяний.
Могила девушки привлекает множество католических паломников, верящих в чудеса, связанные с её памятью.
История Аннелизы Михаэль напоминает нам о тонкой грани между верой и наукой. Произошедшее показывает, насколько опасно слепое доверие традиционным убеждениям и как важно прислушиваться к мнению профессионалов, когда речь идёт о человеческой жизни.
Смерть Аннелизы, вызванная сочетанием медицинских факторов и неверных выводов, остаётся трагическим примером столкновения двух миров — научного и религиозного. Остаётся надеяться, что эта история послужит важным уроком для будущих поколений, напоминая каждому: какую бы дорогу вы ни выбрали, делайте это ответственно и внимательно.
Если вам понравилось, ставьте "лайк" и подписывайтесь на канал, чтобы не пропустить выхода новых историй!!!!
#zaGRANyu