Каждый человек абсолютно отделен от других, человек тотально одинок. Конечно, весь этот коммунитаризм он имеет фальшивую природу, но именно его человек сделал, как опорой для борьбы, так и основой выживания.
И поскольку человек за счет этой социальной коммуникативности выживает, он боится её потерять. Потому что вместе с ней он потеряет идентичность и вообще всякую опору, и всякое самоопределение по идеологическому, национальному, родовому, половому признакам и т.д. Это и есть страх небытия заложенный самим Творцом. Но человек не Творец, ему неведомы множество форм и имен (за исключением актерской игры), человек себя выражает посредством какой-то одной формы и одного имени, одной принадлежности.
Поэтому национализм – это такая черная дыра привязанности к этой посюсторонней коммуникации, связанности одной цепью.
Коммунизм, как бы выражает добрую сторону этого явления, то есть выражает привязанность к человеческому роду вообще. А национализмы разных мастей, которые обобщаются под определениями – фашизм, рашизм, сионизм, исламизм, национал-социализм (социализм для определенной привилегированной группы), – выражают злую сторону этого феномена.
С одной стороны человек ненавидит себя в этой фальшивой коммуникативности, за счет которого выживает, потому что он привязан к своей индивидуальности, ибо добивается т.н. самореализации за счет индивидуализма.
Поэтому человек находится в таком внутреннем надломе, разладе и борьбе между индивидуальностью и коммуникативностью.
Поэтому человек в постоянном поиске – по какому бы ещё принципу и с кем бы ещё объединиться, но всякий раз любое объединение становится очередной ловушкой, закрытым пространством, где человек не может самовыразиться, и это влечет за собой новые способы быть самостоятельным, и в то же время не утерять ресурс, питательную среду.
И по иронии судьбы, парадоксальным образом человек снова ищет, как бы расширить горизонт, разомкнуть пространство, или к кому бы в очередной раз примкнуть, с кем можно взаимообменяться и взаимодополниться (чтобы не отупеть), в ком можно взаимоотразиться, чтобы вернуть себе самоощущение, самоидентичность, самоуважение.
Но всё это пустые попытки, потому что человек хочет реализовать свой эгоцентризм, а это никогда не ведет к самореализации, а только к захваченности определенными силами, которые используют его в качестве скорее разобщителя, чем объединителя, скорее разрушителя, чем созидателя по причине преобладающей в людях ревности, зависти, мелочности и эгоизма.
Когда определенные ведантические источники говорят, что нас здесь нет, вначале, мы можем интеллектуально воспринять это буквально, но это не так, мы здесь есть, как сознание. А все эти отождествления – все эти горы недоразумений, самообвинения, самооправдания, поиск виноватых среди ближних и дальних, – никак нас не определяют. Поэтому, скажем так душа, множество раз пройдя эти круги ада (приспосабливаясь и подстраиваясь, отдаляясь и воюя), однажды приходит к необходимости богопознания, то есть своего истинного источника, и поэтому встает на путь самопознания. Душа при этом никуда не перемещается, а вращается также в среде себе подобных, потому что Творец ещё недоступен, и в нашем случае, только через взаимодействие со средой возможно самопознание. Потому как всё, что нас окружает, в определенном смысле (если отбросить оценки и суждения) – это мы сами.