Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Счастливая Любовь

Дорога прошла как в тумане

Дорога прошла как в тумане. Маша уже не помнила ничего — даже своё имя. Она просто кричала без конца от боли. Её разрывало изнутри. Будто кто-то топил её — окунал с головой и держал под водой, которая жгла всё тело огнём. Потом резко отпускал, давал сделать вдох — и снова топил. Снова и снова. В новой больнице их встретил весь состав — врач, акушерка, санитарки. Сразу увезли в родильную. Время остановилось. Каждая секунда растянулась в вечность. Акушерка — полная пожилая женщина с добрым, усталым лицом — прикладывала к животу стетоскоп. Слушала сосредоточенно, хмурясь. В одну из пауз между схватками она слушала особенно долго. Лицо побледнело. — Сердцебиение... — прошептала она. — Не слышу. Резко выпрямилась: — Ну-ка, девонька, давай, тужься! Тужься! Надо скорее, родненькая! Маша, находясь десять часов на акушерском столе, мало что понимала. Она послушно начала дышать и тужиться — хотя слова "сердце ребёнка остановилось" дошли до нее, как сквозь вату. *"Нет. Не может быть.

Дорога прошла как в тумане. Маша уже не помнила ничего — даже своё имя. Она просто кричала без конца от боли. Её разрывало изнутри.

Будто кто-то топил её — окунал с головой и держал под водой, которая жгла всё тело огнём. Потом резко отпускал, давал сделать вдох — и снова топил. Снова и снова.

В новой больнице их встретил весь состав — врач, акушерка, санитарки. Сразу увезли в родильную.

Время остановилось. Каждая секунда растянулась в вечность.

Акушерка — полная пожилая женщина с добрым, усталым лицом — прикладывала к животу стетоскоп. Слушала сосредоточенно, хмурясь.

В одну из пауз между схватками она слушала особенно долго.

Лицо побледнело.

— Сердцебиение... — прошептала она. — Не слышу.

Резко выпрямилась:

— Ну-ка, девонька, давай, тужься! Тужься! Надо скорее, родненькая!

Маша, находясь десять часов на акушерском столе, мало что понимала. Она послушно начала дышать и тужиться — хотя слова "сердце ребёнка остановилось" дошли до нее, как сквозь вату.

*"Нет. Не может быть. Не может."*

Она смотрела вперёд — и вдруг увидела, как над головой акушерки мелькнула вспышка. Яркая. Золотая. Как молния в миниатюре.

Акушерка положила руку на живот Маши — твёрдо, уверенно.

И Машу пронзило.

Не как от схватки. По-другому.

Током. Импульсом. Чем-то живым и горячим, что влилось в неё, подняло со дна, вдохнуло силу.

Она не придала этому значения — просто ощутила прилив энергии там, где секунду назад была только пустота.

Акушерка снова склонилась к животу. Приложила стетоскоп.

Лицо её изменилось.

Улыбнулась:

— Слышу.

Ещё три схватки — ребёнок появился на свет.

— Это девочка, — сказала акушерка, поднимая крошечное тельце.

Девочка была синего цвета. Она не закричала, как должна была.

Врачи продолжали своё дело — быстро, слаженно, без паники, но с напряжением в каждом движении.

Маша оглохла. Как после взрыва. До нее доносился гул голосов, какие-то вскрики. Зажёванная плёнка.

Пока не раздался он. Единственный. Пронзительный. Крик её младенца.

— Жива, — выдохнула Маша. — жива моя… на ум тут же пришло имя ребенка, - Алесенька.

С этой мыслью она потеряла сознание.

#КиноРоман