15 мая 1847 года в истории медицины случился один из тех переломных моментов, значение которого стало ясно лишь спустя десятилетия. В этот день в родильном отделении Венской общей больницы акушер Игнац Филипп Земмельвейс приказал всем врачам и студентам мыть руки в растворе хлорной извести перед входом в палаты. Это простое действие положило начало асептике и спасло бесчисленное количество жизней, но для самого гения-первооткрывателя оно стало началом трагического пути.
Загадка «родильной горячки»
Молодой Земмельвейс, сын богатого будапештского купца, поначалу не подавал больших надежд. Отчисленный с юридического факультета за неуспеваемость, он под впечатлением от работы анатомического театра поступил на медицинский. Его увлечение стало делом жизни после того, как он увидел вскрытие молодой женщины, умершей от послеродового сепсиса, или «родильной горячки».
В середине XIX века роды в больнице были смертельным риском. Смертность в некоторых роддомах доходила до 30%, в то время как домашние роды с повивальными бабками заканчивались трагедией лишь в 1-3% случаев. Медицинское сообщество тщетно искало причину и придумало псевдонаучный термин: «атмосферное космически-теллурическое воздействие» — нечто, витающее в воздухе больниц.
Земмельвейс работал в крупнейшем роддоме мира, который состоял из двух клиник. Статистика была шокирующей: в Первой клинике, где роды принимали врачи и студенты, умирала каждая шестая роженица. Во Второй, где работали акушерки, — лишь одна из ста. Бедные женщины, которые могли рожать только в больнице, умоляли определить их во вторую клинику, к акушеркам и даже симулировали схватки в «нужные» дни.
Озарение, пришедшее со смертью друга
Земмельвейс, ставший главным ассистентом в «смертоносной» Первой клинике, впал в депрессию от бессилия. Спасти его от отчаяния помогла… трагедия. Его лучший друг, патологоанатом Якоб Коллечка, умер с симптомами, идентичными «родильной горячке». Студент порезал его скальпелем во время вскрытия умершей от сепсиса женщины.
Земмельвейса осенило: врачи сами были разносчиками заразы. Они шли в родильное отделение прямиком из морга, где вскрывали трупы. На их руках оставались невидимые «трупные частицы» (как мы теперь знаем, бактерии), которые они и заносили роженицам. Акушерки же вскрытий не проводили. Запах смерти от их рук считался среди врачей признаком профессионализма.
Раствор хлорной извести был выбран потому, что он был единственным, что могло полностью уничтожить этот трупный запах, а значит, и убить невидимую заразу. Приказ от 15 мая 1847 года дал мгновенный результат: к лету смертность в Первой клинике упала с 18% до 1-2%, сравнявшись с показателями акушерок.
Позже Земмельвейс сделал второе важное открытие: заразу можно перенести не только от мертвых, но и от живых пациентов (например, от больной с гнойной инфекцией) через немытые руки и инструменты. Он ввел дезинфекцию после каждого осмотра.
Трагедия непризнанного гения
Казалось бы, революционное открытие должно было прославить Земмельвейса. Но все пошло наперекосяк. Во-первых, его шеф, профессор Клейн, воспринял идею мыть руки как личное оскорбление — это означало, что он годами неосознанно убивал своих пациентов. Во-вторых, Земмельвейс активно участвовал в Венгерской революции 1848 года, что сделало его неугодным властям. Клейн воспользовался этим и обеспечил, что его мятежного ассистента уволили с «волчьим билетом».
Вернувшись в Будапешт, Земмельвейс продолжил работу в больнице для бедных, где доказал, что источником заразы может быть и грязное белье.
Он пытался достучаться до коллег: публиковал статьи, а в 1861 году выпустил масштабный труд «Этиология, сущность и профилактика родильной горячки». Но мир не был готов его принять. Врачи видели в его обвинениях («Вы убийцы!») не правду, а оскорбление и проявление мании величия.
Его методы отвергали, его самого считали сумасшедшим. Разочарование и травля сломили его. Из жизнерадостного человека он превратился в раздражительного и агрессивного параноика, который на улицах уговаривал беременных женщин не давать врачам прикасаться к себе, пока те не вымоют руки.
Погребение заживо
В 1865 году его друг, дерматолог Фердинанд фон Гебра, хитростью заманил его в частную психиатрическую лечебницу в Вене. Когда Земмельвейс понял, куда его привезли, он попытался бежать. В завязавшейся драке санитары жестоко избили его, надели смирительную рубашку и бросили в карцер. Через две недели, 13 августа 1865 года, Игнац Земмельвейс скончался в возрасте 47 лет.
Протокол вскрытия показал причину смерти: заражение крови (сепсис). Рана на его руке, полученная во время последнего вскрытия, воспалилась. Однако многие историки полагают, что смертельные повреждения ему нанесли санитары при задержании. Злая ирония судьбы: спаситель матерей пал жертвой той самой болезни, с которой боролся всю жизнь.
Наследие
Признание пришло к Земмельвейсу лишь посмертно, после работ Луи Пастера, Джозефа Листера и Роберта Коха, которые научно обосновали микробную теорию сепсиса. Сегодня он почитается как один из величайших благодетелей человечества. Его принципы асептики и антисептики стали краеугольным камнем современной медицины, спасая миллионы жизней каждый год. Его история — это вечное напоминание о том, как консерватизм, гордыня и бюрократия могут противостоять очевидной истине и сломать жизнь того, кто ее несет.
__________________
siuhiov.ru
Телеграм канал
ВК
Дзен
+79284177828