|Стр. №14|
‼️ ВНИМАНИЕ ‼️
18+
Данный материал создан для развлекательно-ознакомительных целей и не несёт в себе каких-либо призывов. Все изложенное является художественной мыслью. Все изображения, используемые в материале, созданы автором.
Присутствуют сцены жестокости и сцены не для слабонервных — это не более чем художественный ход. В ходе повествования персонажи курят табак, распивают алкоголь, используют ненормативную лексику и др. Помните - это зло и не нужно следовать их примеру.
«Мрак и пустота»
Дино & Кай.
Последние минуты до…
«Тигр» катил по старой грунтовке, оставшейся со времён, когда здесь ещё царили надежды на лучшее будущее. Дорога давно превратилась в полосу утрамбованной грязи, перемешанной с битым кирпичом, ржавыми гвоздями и обломками бетонных плит.
Щебень и мелкие камни стучали по днищу с ритмичным, почти металлическим «трак-трак-трак», будто кто-то бил по броне молотком с разной силой. Иногда — глухой удар, когда колесо наезжало на обломок шифера или кость мутанта, давно высохшего под солнцем. Подвеска работала на пределе: гидравлические амортизаторы шипели при каждом провале, а независимые рычаги скрипели, как старые дверные петли. Машина не просто ехала — она боролась с Зоной, вырывая каждый метр из-под её когтей. Но бороться с ней не стоит, даже неодушевленным предметам.
В салоне властвовала напряжённая тишина, нарушаемая только шипением кислорода из баллона и тиканьем капельницы. Дино лежал под ремнями, лицо серое, дыхание поверхностное, кожа восковая, холодная на ощупь, даже сквозь перчатки. Кай сидел рядом, левая рука лежала на пульсе Дино, правая на кофре с медицинскими приборами, прижатой к бедру. Его пальцы слегка дрожали, но не от страха, а от напряжения.
— Артериальное давление не лезет, — бросил он непонятно кому. — Если не доберёмся до базы за сорок минут, включая оказание помощи… он уйдёт в шоковую кому. И обратного пути не будет.
Водитель броневика молча кивнул и уставился дальше на дорогу, переодически просматривая окрестности и не забывал поглядывать в зеркало заднего вида — опасности ждут всегда и везде, вопрос остаётся один — когда?
Но внезапно всё умерло. Не постепенно, а в секунду. Электроника завизжала, короткий всплеск помех в рации, затем тишина. Двигатель заглох. Фары погасли. Даже аварийка не мигнула.
— Мля, у нас аккум сдох что ли?! — выругался водитель.
— Нет, — глухо отозвался сопровождающий. — Нас заглушили. Это ЭМП, походу артефактный.
Внутри погасло всё. Всё, что требовало заряда. Броневик медленно остановился на обочине, как раненый зверь, выдохнувший последнее. Стало слишком тихо. Слишком. Тихо.
Из зарослей напротив начали возникать силуэты. Они словно выползали из тьмы, окутывающей пространство кустарников. Медленно, постепенно, плавно и бесшумно. Не как люди… Как тени, решившие, что пора выйти из-под земли. Все в рваных лохмотьях, но не от нищеты — от расчёта. Ткань пропитана грязью, пеплом и, возможно, даже засохшей кровью. Лица скрыты под капюшонами-сетками. У каждого оружие с глушителем, приклады перемотаны чёрной изолентой и чем-то ещё, похожим на маск.сетку. На поясе у одного находилась какая-то ёмкость, похожая на контейнер для артефактов, но точно переделанный — туда было внедрено неизвестное устройство.
К двум, замершим в семи метрах от машины, добавился третий — он спрыгнул на капот «Тигра» с дерева, которого никто не заметил. Сел по-турецки, будто на чай пришёл. Помахал рукой — жест без намёка на иронию, скорее ритуал. Затем провёл пальцем по горлу.
— Что за ху… — начал было водитель, но оборвался.
Хлоп-хлоп-хлоп. Первый удар — хирургический скальпель в сонную артерию. Второй — в яремную вену. Третий — перерез гортани, чтобы не вышло даже хрипа. Всё — за 1.8 секунды. Наёмник даже не успел сжать пальцы на пистолете, а второй не успел среагировать — его ждала та же участь. Три удара в шею… Смерть настигла солдат удачи не с криком и не с выстрелом, а с тишиной. Она ждала их внутри броневика, где они чувствовали себя в безопасности.
Кровь залила кресла, приборную панель, стекло рации. Капли стекали по стволу пистолета, сжатому в мёртвой руке.
Двери авто открыли изнутри как приглашение. «Тени» выволокли тела наёмников и оставили их с изрешечёнными шеями прямо у обочины, лицами вниз.
Пустые, холодные глаза осмотрели машину. Затем Гамбург — он же Арчер — и Лихо сели на залитые кровью водительское и пассажирское места. Горец остался сидеть на капоте, прижавшись к лобовому стеклу спиной и наблюдал за обстановкой.
— Привет, парни, — мрачно отозвался Кай, не отводя взгляда от Дино.
— Здравствуй, куратор, — столь же кратко и сухо ответил Лихо.
— Он выжил в логове, значит выживет и в Наковальне. — Кай кивнул в сторону бессознательного Дино. —Что с мальчишкой?
— Его уже забрали.
«Следопыт»
Томагавк & Москит & Шершень.
Район старой заправки.
Воздух был тяжёлый, без ветра, без птиц, даже мух не было слышно. Так бывает, когда Зона затаится перед ударом… Перед Выбросом. А с нор снорков несло трупной вонью — густой, сладковатой. Запах висел и как будто подбросишь патрон — а он зависнет в воздухе.
— Здоровяка забрали, Балт! — голос Тимура в рации звучал почти весело, будто он уже забыл, как Дино истекал кровью в пещере. — Кай увёз. Наш брат выживет!
— Принял, — ответил Балт. В его голосе — тяжёлое дыхание, шаги по гравию. Он бежал. — Дай Бог… Что вообще случилось?
— На базе расскажу. На сегодня хватит приключений.
— Я уже недалеко от перекрёстка. — связь оборвалась.
Тимур шёл впереди с лёгкой походкой и облегчением — он успел, успел спасти брата. Следом брёл обессиленный после махинаций с лебёдкой Москит, замыкал отряд Айк (Шершень). Айк шёл и думал: «Что-то не так, что-то точно не так…»
Его скребли мысли, наваливалось неприятное и тревожное предчувствие. Почему-то до сих пор никто не выходил по рации, не докладывал о прибытии эвакуационной группы на базу. Ни-че-го… Хотя прошло уже порядка пятнадцати или двадцати минут. Айк сжал винтовку крепче и нахмурил брови:
— Ускоримся, надо пойти по маршруту эвакуации.
«Почерк»
Балт
Окрестности С.П.О. «SIERRA-12”
«Тигр» стоял посреди перекрёстка в гордом одиночестве. Теперь сам хищник олицетворял приманку для более голодного и смертоносного зверя — человека. Двери нараспашку, рядом валяются тела водителя и сопровождающего, повсюду кровь, которая уже впиталась в землю и ни единой живой души. Здесь даже вороны не летали.
Я, находясь в гневной слепоте, подбежал к броневику и заглянул внутрь — пусто. Только металлический запах крови и медикаментов. Оббежал машину и распахнул задние двери:
— С*КА! — ярость вылилась из меня как пар из котла.
Кровавые носилки — пусты. Дино нет, словом как и Кая. На полу красуется надпись кровью: «он выжил — теперь он наш».
— Почерк…
Я сел на холодную землю и облокотился спиной о задний бампер броневика. Сознаюсь, меня охватил гнев и… отчаяние. Я почувствовал себя беспомощным слепышом или маленьким тушканчиком перед псевдогигантом. Происходило что-то, за чем стояла сама Зона и никто из нас не мог этому помешать.
Я знал этот почерк… Видел его бесчисленное количество раз на жгутах, на бинтах. Видел его на записках, оставляемых на моём рюкзаке: «Никитос, не забудь взять у Хирурга допы антирадов на пацанов. Я по делам, буду ночью.»
— Кай, с*ка…
Дальше я за себя не отвечал. Посыпались удары по броневику, руками, ногами, прикладом автомата. Металл звенел как колокола, мои кости отдавали хрустом. Спустя пару минут «слёта с катушек» вышел по рации на базу:
— Сиерра-Сиерра, Балт-Леший, Балт-Леший. Мерца под замок, как принял?!
— Сиерра-12, Балту. .Понял тебя. Отбой.
«Дитя Зоны»
Кузнец & Фокус
Туман над болотом стоял плотный, как бинт на ране. Воздух пах тиной, гнильём и чем-то ещё, сладковатым, почти лекарственным. Фокус шёл первым, затем прижался к трухлявому стволу дерева. За ним Кузнец со взглядом, цепляющимся за каждый шорох.
— Ну всё, сектор закрыт. — прошептал Кузнец, не отводя глаз от кустов и пытаясь выйти по рации на «Леших». — Слушай, малой, сколько часов уже тишина в эфире?
— Часа четыре точно. — ответил Фокус. — Странно, может мы зоне ЭМИ какой-нибудь?
—Что-то нечисто тут… — буркнул Кузнец. — Ещё чувство, что за нами наблюдают. Прям жжёт взглядом.
И тут воздух дрогнул. Фокус почувствовал мурашки по коже, будто его осматривают чужие глаза.
— Беги к барже! — крикнул Кузнец, уже снимая оружие с предохранителя.
Но было поздно. Из тумана вышли трое в рваных плащах. Первый выстрел был не в Кузнеца, а в землю у ног Фокуса. Из-под ног взметнулся аэрозоль. Бесцветный, без запаха.
Фокус вдохнул и всё пошло наперекосяк. Мир накренился, звуки стали какими-то ватными, тело не слушалось и казалось чужим. Он не мог даже выхватить свою СВД. Транквилизатор…
— Кузнец… — прохрипел он, падая на колени. — Что… это…
— Транк! — заорал Кузнец, уже стреляя.
Пуля прошла в миллиметре от одного из нападавших и врезалась в дерево.
Робби даже не дрогнул.
— Живыми — дал команду Нобель.
Кузнец бросился к Фокусу. Схватил его под мышки, потащил к укрытию. Но третий представитель «Теней» — Алекс, уже был за спиной. Кузнец только и почувствовал, как чья-то рука сжала его шею, а где-то в районе почки больно кольнуло. Затем стало ещё больнее — нападавший начал прокручивать лезвие. Затем удары ножом посыпались по всем открытым участкам тела… Наёмник всхлипнул, потом рухнул на колени, затем уже лицом в болотную жижу. Его пальцы все ещё цеплялись за куртку Фокуса, но уже ничего не чувствовали…
«Рудник, брат, вот и свидимся мы наконец…»
Фокус смотрел на него с широко выпученными глазами и ничего не мог сделать, даже закричать.
— Хороший товарищ, — сказал Алекс, глядя на теряющего жизнь Кузнеца. — Но слабый. Слабых Зона не жалеет.
Спустя несколько минут, неспешно и вальяжно, будто хозяева, подошли двое «Теней». Нобель присел на корточки возле Кузнеца и повернул свой взор в сторону Алекса:
— Я же сказал, живыми.
— Мальчишку, но не свидетеля. — парировал Алекс.
— Куратор сказал всех брать живьём! — глаза «тени» не выражали эмоций, но было ясно, что сейчас в нём царит гнев.
Нобель поднял Фокуса, как ребёнка, а тот не сопротивлялся — не мог. Только смотрел, как рука Кузнеца, медленно разжимается в грязи. Потом — тьма.
А «Тени» ушли в туман, унося нового кандидата. Оставив за собой только труп и тишину, которая теперь будет преследовать каждого, кто пройдёт этой дорогой.
продолжение следует…