Откуда мы, носители русского языка в двадцать первом веке, знаем про пиастры? Почти наверняка — из «Острова Сокровищ» Стивенсона. Кто-то читал книгу, кто-то видел мультфильм. И у каждого в голове сидит попугай, который с раскатистым «р-р-р» выкрикивает: «Пиастр-р-ры!».
А ведь в оригинале попугай кричал совсем другое — «Pieces of eight!». Никаких пиастров. Потому что так эту монету называли в Англии — и в XVIII веке, во времена пиратов, и в XIX, когда Стивенсон писал роман.
Но и это еще не всё. Даже испанцы, которые чеканили эти монеты, не знали слова «пиастр». Для них это были «песо» — от слова «вес». Один песо равнялся унции серебра. Монету начали выпускать в 1497 году, вскоре после открытия Америки. Она весила около 27 граммов и содержала больше 25 граммов чистого серебра. А так как песо равнялся восьми реалам, его полное название звучало как peso de ocho. Англичане перевели это дословно — piece of eight.
Когда в Мексике нашли богатейшие серебряные рудники, испанцы стали чеканить монеты прямо в колониях. Технология была простая — от прутка отрубали кусок серебра, расплющивали молотом и наносили рисунок. Чеканка получалась неаккуратной, но это не мешало песо ходить по всему Карибскому бассейну. Французские корсары, захватив в 1693 году два английских корабля, обнаружили, что основную часть добычи составляют именно эти монеты — те самые песо, которые французы уже называли пиастрами.
Серебро текло в Испанию рекой, привлекая пиратов и кладоискателей. Затонувшие галеоны с грузом песо до сих пор будоражат воображение. Часть монет отправляли через Тихий океан на Филиппины, чтобы финансировать испанские колонии в Азии. А в Северной Америке песо и вовсе стали универсальной валютой. В британских колониях их называли «испанским долларом». Говорят, даже символ $ — это стилизованное изображение Геркулесовых столпов с испанского герба.
В Европе испанское серебро тоже было в ходу. В 1795 году писали, что Испания получает из колоний серебра на 40 миллионов и золота на 10 миллионов в год. Значительная часть этого богатства оседала в других странах — Англии, Голландии, Франции.
Но откуда же взялось само слово «пиастр»? Оно пришло из итальянского: piastra — «плитка», «пластинка». В XVI веке так называли венецианскую монету. А потом французы перенесли это название на испанские песо, которые ходили в их колониях. Так испанский песо стал пиастром. Интересно, что во французском языке это слово женского рода, а у нас — мужского, вероятно, под влиянием немецкого или по аналогии с рублем, талером, долларом.
В русском языке слово «пиастры» впервые встречается в 1758 году, в книге «Политическая география». Там поясняли, что пиастр — это испанская серебряная монета, равная восьми реалам и составляющая около 1 рубля 6 копеек.
А что же попугай из «Острова сокровищ»? В оригинале он кричал «Pieces of eight!». Во французском переводе — «Pièces de huit!». В первых русских переводах попугай почему-то кричал «Червонцы!» — что совсем неверно, ведь червонцы были золотыми. И только в 1935 году, в переводе Николая Чуковского, попугай наконец закричал «Пиастры!».
Путаница, впрочем, осталась. Александр Грин в «Алых парусах» упоминал «золотые пиастры». Роберт Штильмарк в «Наследнике из Калькутты» тоже говорил о золоте. Но мы-то теперь знаем, что пиастры — серебряные монеты. И пусть попугай кричит «Пиастр-р-ры!» — обязательно с раскатистым «р», как у Высоцкого: «Карамба!», «Коррида!» и «Чёрт побери!!!».
Ну а так как телега и ватсап скорее всего скоро , то уведомляем вас , теперь канал Техносфера есть и в МАХ. Там уже много классного техно контента, которого нет в Дзене. И да, там нет рекламы, смотрите видео без пауз на рекламу.