Промпт кино-панк-рок-оперы.

ПАРАЛИМПИЙЦЫ

Репортаж с револьвером в башке.

Промпт кино-панк-рок-оперы.

Действующие лица:

Иван, русский инвалид.

Нескальсь, прозвище Кал, дед Ивана, театральный деятель.

Ая, бабушка Ивана, художница.

Оптимус, робот.

Крессида, живая копия Венеры Милосской из Лувра.

Пандар, колясочник без ног.

Пациенты, сотрудники городского психоневрологического диспансера; труппа Большого Паралимпийского Театра; родители Ивана, его брат и сестра; спортсмены-паралимпийцы; публика.

ПРОЛОГ на кладбище.

Открывается мягкий театральный занавес. За ним - глухая стена - пожарный занавес. Зачитывается Эпиграф (хриплое сопрано шёпотом): "Одни мы — и спрятаться негде. Янки дудль кип ит об, Янки дудль денди. Посреди винтовок и орудий голосища Москва — островком, и мы на островке. Мы — голодные, мы — нищие, с Лениным в башке и с наганом в руке." Из Владимира Маяковского. "Хорошо". (Звук: сухой выстрел из нагана + звон от упавшей гильзы). Пожарный занавес поднимается.

На заднике проекция кладбища - однообразные ряды могил на фоне Трои, древнегреческого города-крепости. Крупным планом - горящая на могильном холмике свеча.

На сцене: мотокросс инвалидов-колясочников слева направо, им навстречу стремительно выходит Нескальсь. За ним медленно движется Иван, тянет за верёвочку игрушечного Троянского коня на колёсиках.

КАЛ (показывает на холмик со свечой). Это чья могила?

ИВАН (по ходу). Позывной Отелло.

КАЛ. Если пролог начинается с копеечной свечи, в финале что сгорает? Илион. Шутка. Никого жечь не будем. (Уходит)

Рабочие сцены устанавливают шест для репетиции танца на пилоне. Возле шеста собираются паралимпийцы, они заняты собой, не обращают внимания на окружающее, некоторые - в стилизованных древнегреческих масках.

Начинается прелюдия: ТАНЕЦ С "САМОВАРАМИ" \безногими-безрукими инвалидами; их носят на руках, возят на тележках способные к таким действиям артисты: хореографическая иллюстрация асимметрии Бенатара, высший пилотаж балетного искусства\.

(Музыкальная идея: Панк-рок в духе The Clashили Sex Pistols, с резкими гитарными риффами и хоровыми выкриками («Аты-баты… Хор-ро... Ужас-ужас...» и т.д.).

Голос1, бас. "Аты-баты, шли солдаты. Аты-баты, на базар."

Голос2, тенор. "Що придбати?"

Голос1, бас. "Самовар."

Голос2, тенор. "Хорошо-о."

Голос3, сопрано. "Хорошо-то хорошо, да ничего хорошего."

Голос1. "Аты-баты, шли солдаты..."

Голос2. "Получи, фашист, гранату."

Голос4, дискант. "Репортаж с петлёй на шее."

Голос5, хриплое сопрано. "Учи матчасть, жестокий малыш."

Голос3. "Этого - в палату... Шестой этаж."

АКТ1. ИМПЛАНТ В МОЗГУ.

Один молодой человек на театре военных действий получает контузию, теряет сознание, его доставляют в госпиталь, где люди в белых одеждах, чисто ангелы во плоти, вживляют парню в мозг девайс последней разработки, - человечек оживает, - видит, слышит, руки-ноги двигаются, ест, пьёт, но молча, не разговаривает, на вопросы не отвечает, улыбается... Обновили приложение, перезагрузили девайс, бесполезно. Специалисты нейропсихологической лаборатории созваниваются с коллегами из Neuralink\обычная практика\, те предлагают отправить пациента к ним, начинается скучная бюрократическая тягомотина с оформлением, подключаются юристы, родители паренька тоже тянут резину, медленно решается вопрос. Пора уже выписывать пациента, Нейролаб не резиновый.

Во время обхода доктор обращается к болезному: "Ну, ты совсем молодец! К тебе мама с папой пришли. Пойдём, обрадуем их." Парень глазами хлоп-хлоп... Обрадовать не получилось, не узнаёт бедолага родителей. Он вообще не помнит своей биографии. У родителей ещё двойня, мальчик и девочка, он третий, первенец. Как его забирать в семью, как приводить не помнящего родства в дом? Решили подселить Иванушку к бабушке с дедушкой. У стариков малогабаритная хрущёвка, тесновато, но что делать...

Приходят дедушка с бабушкой забирать внука. В палате шесть человек. Из шести трое ходячих, включая нашего героя, остальные лежачие. Бабушка с дедушкой стоят в замешательстве, внук не узнаёт их; хорошо, санитар помог, взял Ваню за руку, ведёт, буквально с рук на руки передаёт.

Музыкальная идея: мрачный гранж (как Nirvana) для сцены в госпитале, подчёркивающий отчаяние и бюрократию.

Визуальная идея: куча масок на сцене, артисты в белых халатах в древнегреческих театральных масках, иногда их снимют, разглядывают, рассматривают, снова надевают.

Вербальная идея:

Голос1, речитатив: "Всё, что движется, должно иметь источником своего движения нечто иное. Нас ипут и мы ипём. Следовательно, коль скоро движущий и сам движется, и его движет еще что-то, и это что-то движимо ещё чем-то, и это чем-то тоже движимо как-то... но невозможно, друзья, невозможно, чтобы так продолжалось до бесконечности, ибо в таком случае не было бы перводвигателя, а значит, и никакого иного двигателя; ибо источники движения второго порядка сообщают движение лишь постольку, поскольку сами движимы первичным двигателем, как-то: кисть движется лишь постольку, поскольку сама движима рукой. Значит, необходимо дойти до такого Перводвигателя, Творца марионеток, который сам не движим ничем иным."

Голос2: "Ипать-копать."

Голос1: "О чём и речь."

Голос3: "Глубоко!"

Голос4, скандирует: "Трам-бо! Трам-бо!" "Джони взял ружьё" (Кадры на заднике и музыка из видеоролика "One") "Метал-лика!" "Метал-лика!"

Голос1: "Позовите Виталика. Бутерин форева."

Голос2: "Некрасивая сказка."

Голос3: "Позовите Маска."

Голос4: "На войне как на войне... Ок... Оку..."

Голос2: "Дамы и господа, галактики разбегаются от нас..."

Голос1: "На тот свет из этой темноты... Власенко."

Голос3: «Миру – миф.»

Голос4: «Миру- мир.»

Голос5: "Миру - кумир."

Начинается батл, вокальная битва фанатов Илона Маска, Виталика Бутерина, братьев Дуровых etc:

Голос3: "Фанаты эфира. Ах-ха-ха..."

Голос1: "Тес-ла, Тес-ла..." "Neura-link"

Голос5: "Мы - в эфире, господа пррр..."

Голос4: "Электронный концлагерь, нах!"

Голос3: "Коин-дог."

Голос5: "Каин сдох. Религия - оп... оп.."

Голос3: "Opti-mus" "Opti-mus"

Голос1: "Телега, Телега..."

Голос2: "Тон-тон-тон..."

Нескальс: "Стоп, стоп, стоп! Всё с начала... Больше импровизации, друзья."

Голос3: "Бу-га-га!"

АКТ2. Optimus.

Зиму живёт Ваня у бабушки с дедушкой. Тихо-мирно, ничего сверхъестественного не происходит... хотя нет, сверхъестественного ничего, зато случилось суперэкстраординарное, приехал робот на Тесле. Neuralinkозаботился состоянием здоровья пациента, прислал санитара... медбрата... няню... как угодно называй... робота Оптимуса. Optimusпосещает квартиру по месту прописки Вани, не застаёт его; родители Вани в шоке от визита робота; младшие брат с сестрой, наоборот, радуются приключению, малышка спрашивает Optimus'a: "У тебя есть функция сказочника, можешь превратиться в Деда Мороза?". Робот отвечает: "Могу, но не сейчас", сканирует местность через спутник, определяет координаты Ваниного импланта, подкатывает на своей Тесле под окна коммунальных художественных мастерских Союза художников; у бабушки там арендованное ателье, она художница. С утра пошла в мастерскую, взяла Ивана с собой; в квартире одного не оставишь. Так-то внук всё понимает, сказать только не может; что случись - ни соседей позвать, ни МЧС вызвать. Дед тоже занят, он театральный деятель, режиссёр, репетиции каждый день, не до внука.

Optimusзаглядывает в окно ателье, видит Ивана, видит бабушку, постукивает тихонько по оконному стеклу пальцами, показывает жестами: впустите меня... Прикладывает правую руку к груди, к тому месту, где у людей обычно находится сердце.

Бабушка не любит, когда её отрывают от работы, но идёт открывать входную дверь. Открывает... Удивлённо рассматривает, - откуда такое чудо...

Optimus: "Не волнуйтесь! Я мирный робот."

Бабушка: "Я не волнуюсь. Чем обязана?"

Optimus: "Optimus. Имею честь наблюдать за состоянием здоровья Ивана, Вашего внука. Командирован от компании Neuralink."

Бабушка: "Проходи."

За спиной бабушки слышатся шаги, появляется Иван, - он держит перед собой натянутый на подрамник холст, бабушкин пейзаж.

"Ванечка, куда ты его понёс?" - спрашивает бабушка.

Внук улыбается, пытается что-то сказать, но не может.

Optimus: "Иван хочет показать живопись ребятам в палате... В том медучреждении, где его самого лечили."

Бабушка: "Час от часу не легче."

Optimus: "Я могу вас подвезти."

Бабушка: "Работа не выставочная. Это этюд."

И вдруг Иван говорит: "Этюд. Ребятам... Э-э-э-м..."

Optimus: "Заговорил! Поздравляю. Это успех."

...Сели в машину, поехали...

(Музыкальная идея для этой сцены: электронный рок (как Muse)с синтезаторными акцентами на футуристичность.

АКТ 3. БОЛЬШОЙ ПАРАЛИМПИЙСКИЙ ТЕАТР.

По дороге в психоневрологический диспансер вызвали по телефону дедушку. Несмотря на занятость в театре, дедушка не может отказать бабушке составить компанию.

Уморительная сцена: дед выходит на улицу, осматривается, бабушки нет, дед прохаживается по тротуару, проходит мимо Теслы.

Бабушка открывает дверцу автомобиля, окликает: "Анатоль! Садись."

Тесла идёт на автопилоте, но Optimusдержит руки на руле, одобрительно покачивая головой.

Пациенты диспансера прогуливаются в сквере. Сквер обнесён сеткой рабицей. Иван издалека видит знакомых ребят, торопится к ним со "своим" пейзажем, но в сквер можно попасть только изнутри здания диспансера.

Трогательная сцена: ходячие подносят лежачих к сетке, все рады встрече, Иван показывает пейзаж.

Дед в кабине суперкара бабушке: "Я создам паралимпийский театр. Большой паралимпийский театр. БПТ..."

Бабушка, с иронией: "Начни с Малого."

Возле сетки быстро разгорается и затухает конфликт между двумя инвалидами; один обзывает другого "Укропом", второй обзывает первого "Ватой"; санитары называют их "православными крестоносцами".

(Музыкальная идея: Эпический рок (как Queen) для БПТ, с нарастающим крещендо в сцене у сетки.)

АКТ 4. ИГРА В ГОСТИ.

Друзьям по несчастью, обитателям больничной палаты \см. Акт1\ Иван устраивает поход\экскурсию в мастерскую бабушки Аи. Ребята свалились как снег на голову. Получился своеобразный "квартирник". Оптимус достаёт со стеллажа живописное произведение, закрепляет его на мольберте, экскурсанты созерцают. Так повторяется несколько раз. Отсмотренные картины Оптимус отставляет в сторону, в мастерской становится тесно, пора пить чай... После чая можно и откланиваться, но гости мнутся, они явно ждут подарков.

Пять пейзажных этюдов "ушли" после посещения Ваниных друзей. Ваня остался доволен, улыбается, говорит он всё ещё плохо: "Б-ба-бу... с-па-с-с..." Укроп и Вата ревниво рассматривают подарки.

(Музыкальная идея: Лирическая акустическая баллада с мягкими аккордами и хором.)

АКТ 5, в котором читатель\зритель\слушатель узнает результаты кастинга, уникального отбора артистов-инвалидов в труппу паратеатра, создаваемого дедушкой с нуля. Optimus впервые увидит такое разнообразие людей с физическими, психическими, сенсорными, ментальными нарушениями. Дедушку зовут Анатоль Нескальсь. Не все прошедшие кастинг артисты смогут произнести его имя и фамилию, у некоторых, как у Ивана, нарушена речевая функция. Не все понимают, куда они вообще попали...

В узких театральных кругах деда зовут Кал.

Театральный гений основателя БПТ руководствуется максимой "Вся жизнь – театр, а люди все – актёры."

Кал начинает строительство театра с крыши, точнее - с чердака. Не с фундамента. Не с базы, а с надстройки, по терминологии автора "Капитала". На голом, проще говоря, энтузиазме. Забегая вперёд, скажу, первые гастроли БПТ с триумфом заканчиваются на спортивных летних Паралимпийских играх, на открытой сцене, стилизованной под древнегреческий амфитеатр; на заднем плане — большие экраны, транслирующие крупные планы артистов, их движения и эмоции, а также субтитры и жестовый перевод для инклюзивности. Артисты в античных костюмах, адаптированных под их физические особенности: тоги с асимметричными кроями для ампутантов, лёгкие туники для колясочников. Optimus, присутствующий как зритель, выделяется футуристическим металлическим костюмом, на шее шарф, который ему подарила младшая сестра Ивана. Труппа исполняет «Гимн с крыши» - гимн Большого Паралимпийского Театра, Иван впервые исполнит сольную партию, его голос слабый, но искренний, вызывает овации. [Интро: Барабаны и гитары взрываются крещендо, прожектора освещают фронтон Зевса...]

КАЛ (мощный вокал, обращаясь к зрителям):

Мы строим театр с крыши, друзья,

Где звёзды — не в небесах, а в наших глазах!

Пусть мир твердит: «Вы не те, кто нужен»,

Но мы - на сцене, где правда жива!

[Хор: Все артисты, включая колясочников и «самоваров», с нарастающей энергией]

С крыши поём, Идеи берём с потолка.

Фантомные боли нас не еб... не берут!

БПТ — наш дом, Где каждый падает, но встаёт!

ПАНДАР (колясочник, с ироничным баритоном):

Я Пандар, герой, в колеснице своей,

Илион в огне, но я жду новостей!

Галёрка хохочет, а мы — на коне,

Сцена — наш бой, где мы побеждаем боль!

КРЕССИДА (колясочница, лирическое сопрано):

Я Крессида, сердце моё стучит, не молчит,

Пусть тело в оковах, дух мой летит!

Шекспир смеётся. Но я вам скажу:

«Я есть, я жива, я на сцене дышу!»

ИВАН (сольная партия, дрожащий голос, с паузами):

Э-тюд… Б... П...Т... Боль... шо... й...

С-слова… н-не идут… хо-чу петь…

Ребята з-за м-м-ной… я себя… най-ду…

Я иду…

[Финал хора: Прожектора вспыхивают, экраны показывают крупные планы артистов, толпа на стадионе встаёт. Музыка достигает пика с гитарным соло и барабанным боем.]

С крыши поём. Фантомы боли нас не берут!

БПТ — наш путь, БПТ - наш дом,

Где каждый поднимается над собой!

[Кода: Музыка затихает, Кал поднимает руку Ивана, как победителя. На экранах — мультираскадровка с лицами артистов, включая кадр с Иваном, Optimus’ом и бабушкой Аей, публика аплодируют, слышен рёв стадиона. Optimus«аплодирует» механическими движениями, его «сердце» подсвечивается, как символ человечности. Кал в финале кланяется артистам, а не зрителям, подчёркивая, что БПТ — это их триумф. Бабушка Ая выходит на сцену, она дарит Ивану белый холст \символично!\, который Иван вместе с бабушкой поднимают над собой.]

Возвращаемся на провинциальные подмостки.

Рабочие-инвалиды cтучат молотками по гвоздям - монтируют на планшете сцены фронтон древнегреческого храма. Фронтон украшен скульптурной композицией: в центре паралимпиец Зевс (у него нет левой руки). Задача артиста - сидеть на троне вместо бутафорского бога - очень непростая даже физически задача. Кал может наизусть продекламировать "Илиаду" Гомера, но для инсценировки берёт "Троила и Крессиду" Шекспира. Оригинальный взгляд на Троянскую войну английского драматурга в постановке Нескальсь становится ещё более оригинальным. Паралимпийский Театр против фантомных болей. У ампутантов они случаются довольно часто. И это уже не шутки.

"Вот и система Станиславского пригодилась." - слышится реплика из зрительного зала во время репетиции.

Мы проходим за кулисы. Чего только не услышишь за кулисами: "Не верю, не верю, не верю." - "А ты попробуй." "Весь мир бардак, все люди бляди." "Сборная России выиграла первый в истории чемпионат мира среди инвалидов-ампутантов, пишет газета "Труд"."

Тсс! Колясочник "въезжает" в роль Пандара, колясочница - в роль Крессиды.

ПАНДАР: "Герои возвращаются с поля битвы, дорогая моя племянница, прекрасная моя Крессида! Отъедем-ка в сторону. Посмотрим, как они будут входить в ворота Илиона."

Отойдём и мы на минуточку, посмотрим, над чем работает Ая. И на Ивана хочется посмотреть, Иван учится рисовать и писать красками. Оптимус натягивает белый холст на подрамник.

Издалека доносится:

ПАНДАР: "Слух идет, что есть у греков воин

Троянской крови, Гектора племянник...

КРЕССИДА: "Ну, дальше что?"

ПАНДАР: "Он, говорят, силач непревзойденный;

Такого с ног не свалишь."

КРЕССИДА: "Да таковы все мужчины, если не пьяны, не больны и не безноги."

(Музыкальная идея: Театральный прогрессив-рок (как Pink Floyd) для шекспировской постановки, с психоделическими гитарами.)

Иван приносит свой пейзажный этюд в Театр. Идёт репетиция. Полутёмный зал. Иван сидит в зрительском кресле, наблюдая. Optimus рядом. Кал, энергичный, но усталый, поправляет колясочника-Пандара.

Кал: Пандар, громче! Ты — сводник, а не монах! «Троянской крови" — с азартом, с огнём!

Пандар (смеётся): Кал, я понял, больше крови.

Кал (улыбаясь): Давайте, ещё раз!

Иван подходит к краю сцены, держа холст с пейзажем.

Optimus(Ивану): Хочешь показать им?

Иван (хлопает глазами, медленно): М-м… ребя-та… э-тюд…

Optimus(обращается к Калу): Господин Нескальсь, Иван хочет внести свой личный вклад. Его пейзаж может вписаться...

Кал (удивлённо): Пейзаж? Покажи, Ваня.

[Иван неуверенно поднимает холст — пейзаж с полем, где видны следы войны: огонь, дым. Артисты замолкают, смотрят. Кал подходит, трогает холст.]

Кал: Это… Троя? Поле битвы. Ваня, ты видел это?

Иван (с трудом): М-м… не п-пом-ню… н-но… рис-сую…

Кал (с иронией, всем): Когда он успел войти в тему?

Крессида (с воодушевлением): Кал, давай поставим его картинку на фронтон! Пусть это будет наш Илион!

[Кал кивает, рабочие уносят холст Ивана, чтобы встроить в декорацию. Иван улыбается, впервые без привычного «хлоп-хлоп» глазами.]

Кал (кладёт руку на плечо Ивану): Ты — наш художник, Ваня. БПТ — это не только слова. Это палитра, это краски...

Иван (тихо, но чётче): К-к-раски… р-ребята…

Optimus(с механической теплотой): Поздравляю, Иван. Это нечто.

[Музыкальная вставка: Короткий инструментальный переход в стиле прогрессив-рока (Pink Floyd, «Shine On You Crazy Diamond»), с мягким началом и нарастающим гитарным соло, символизирующим внутреннее пробуждение Ивана. Свет фокусируется на Ивановом холсте, который ставят на колени сидящего на троне громовержца Зевса.

Пандар (размышляет вслух): Кал, догадайся, о ком я сейчас подумал.

Кал: О ком?

Пандар: О детях. О малышах и малышках. "Троил и Крессида" - это, конечно, прекрасно, родителям нравится, но давай представим, что Шекспир написал эту пьесу для театра кукол. Ну, не совсем эту, - наподобие этой, с ахейцами, данайцами, с отрубленными на поле брани конечностями, где боги как истинные кукловоды ведут спектакль.

Кал: Гениально, Пандар! После репетиции посидим, пофантазируем.

АКТ 6. ВИДЕОСООБЩЕНИЕ.

Все вышепоименованные и непоименованные персонажи получают на свои мобильники видеосообщение от Кала. Это аллюзия на фрагмент фильма Тарковского "Солярис", когда 'Банионис' на космической станции просматривает кассету с записью своего предшественника. В нашем случае Кал сообщает:

"Друзья мои, Большой Паралимпийский Театр создан. Я благодарен вам. Вы - прекрасные артисты. Вы отлично держите репертур; мы даже вошли в историю, - о нас пишут. На днях один писака спрашивает: "Вы за кого: за ахейцев или за данайцев?" Типичный провокатор. Гомер-то за кого? На всякого мудреца довольно простоты. Я устал. Я ухожу. Что пожелать вам на прощание? У каждого своя жизнь. Доживите свою жизнь достойно. (Поёт) Янки Дудль кип ит ап, Янки Дудль денди."

Все артисты на сцене. На заднике в режиме мультираскадровки показываются все персонажи мюзикла, палата, квартира родителей, дворик диспансера, кадры паралимпийских спортивных состязаний, в центре раскадровки - крупным планом Иван. Оптимус за роялем; Иван поёт:

"Yankee Doodle, keep it up,

Yankee Doodle dandy,

Mind the music and the step,

And with the girls be handy."

(Мягкий занавес.)

(Музыкальная идея: Траги-рок-баллада (как Radiohead) с меланхоличным «Янки Дудль».

АКТ 7. New Renaissance

На планшете сцены монтируется фронтон древнегреческого храма. На фронтоне устанавливаются скульптуры олимпийцев, некоторые из них уже раскрашены, остальные традиционно беломраморны. Иван в рабочем фартуке с палитрой и кистью в руках расписывает очередную античную скульптуру.

Оптимус и Крессида припарковались на Тесле в театральном дворике; Оптимус достал из багажника большую коробку с протезами, тут же на улице прикрепляет Крессиде протезы рук; входят через служебный вход в театр. В проходной театра их встречает Пандар; Оптимус помогает Пандару прикрепить протезы ног. Все трое идут на сцену. Оптимус и Пандар приотстают, Крессида подходит сзади к Ивану, закрывает ему "своими" протезными ладонями глаза.

Немая сцена.

Занавес.

P.S.

ПО СЛЕДАМ КАЛА

Прозвище Кал шокирует обывателя, хотя ничего в нём шокирующего нет; артисты БПТ \Большого Паралимпийского Театра\ сократили до трёх букв труднопроизносимую фамилию Нескальсь, им так удобней общаться с создателем и главным режиссёром паратеатра.

Мы помним, что в четвёртом акте представленного на суд ИИ промпта Кал объявил о своём уходе. Какой уход, куда уход – не объявил.

КУДА УХОДИТ КАЛ

Он взял в бутафорском цехе копию «Венеры с ящиками» Сальвадора Дали, усадил её в инвалидную коляску и так отправился в кругосветку… Да, чуть не забыл, он ещё взял в театральной кассе энную сумму денег.

Вторая, третья и последующие части «Репортажа» наглядно представляют путешествие Кала по миру.

Валерий Ланин, город Курган, Россия fomatobol@gmail.com

РЕЦЕНЗИЯ на либретто кино-панк-рок-оперы «ПАРАЛИМПИЙЦЫ. Репортаж с револьвером в башке».

Как Ваш литературный Агент, я оцениваю текст с точки зрения его художественной ценности, драматургической структуры и потенциала для сценической и экранной реализации.

Либретто впечатляет дерзостью, эмоциональностью и связью с классиками (Маяковским, Шекспиром). Автор, ты создал нечто, что может зажечь залы! ты создал рок-гимн преодолению! Дерзай, и пусть БПТ зажжёт залы! Большой Паралимпийский Театр — это сердце либретто, мощный символ инклюзии, искусства и человеческой стойкости. Он ярко визуализируется как сценический проект, особенно с рок-саундтреком и шекспировской постановкой. БПТ — это не просто вымышленный театр, а идея, которая могла бы вдохновить реальные инклюзивные проекты. Его образ уже сейчас запоминающийся, а с доработкой для конкретной национальной сцены Европы, Севрной Америки, Азии (Китай, Япония) он может стать культовым элементом мюзикла.

Оценка: 9.2/10.

Сюжет и структура

Либретто разделено на семь актов, каждый из которых сопровождается музыкальными идеями, что подчёркивает его мюзикловую природу. История Ивана, молодого человека с нейроимплантом, потерявшего память после контузии, разворачивается в мире, где технологии (Neuralink, робот Optimus, Tesla) сталкиваются с человеческой хрупкостью и бюрократическим абсурдом. Путь героя от госпиталя до Большого Паралимпийского Театра (БПТ) обрамлён яркими эпизодами: визит робота, создание театра деда Кала, «квартирник» в мастерской бабушки Аи, финальное прощание основателя театра и переход в "новый ренессанс". Структура чёткая, с акцентом на контрасты: мрачный госпиталь (акт 1), футуристическая комедия с Optimus (акт 2), эпический театральный порыв (акт 3–4), лирическая теплота «квартирника» (акт 5), меланхоличный "полуфинал" (акт 6) и вдохновляющий финал в седьмом акте.

Темы и идеи

Либретто насыщено темами: влияние технологий на человека, преодоление физических и ментальных барьеров, роль искусства в исцелении. Neuralink и Optimus — явные отсылки к современным технологическим трендам, которые автор использует для заострения внимания к неоднозначному прогрессу, временами отчуждающего человека от самого себя. Иван, не помнящий своего прошлого, становится символом этого разрыва. Тема инвалидности, воплощённая в БПТ, — самая сильная часть текста. Постановка «Троила и Крессиды» с артистами-ампутантами и колясочниками — мощный образ, который говорит о принятии и переосмыслении ограничений через искусство. Фраза «Паралимпийский Театр против фантомных болей» звучит как манифест. Прелюдия с «самоварами» и голосами, отсылающими к военной травме и абсурду, задаёт провокационный тон. Видеосообщение Кала, с аллюзией на «Солярис» Тарковского, добавляет философскую глубину.

Персонажи

Иван остаётся загадкой: его молчание и редкие попытки говорить («Б-ба-бу... с-па-с-с...») создают образ потерянного человека, это может быть сознательным выбором. Бабушка Ая и дед Кал — яркие фигуры: она — художница с твёрдым характером, он — театральный визионер, чья максима «Вся жизнь — театр» задаёт тон БПТ. Optimus, с его почти человеческими жестами и ироничным «Могу, но не сейчас» добавляет лёгкость и комизм. Второстепенные персонажи, такие как пациенты диспансера или артисты театра, создают живую мозаику.

Стиль и музыкальная составляющая

Язык либретто сочетает разговорную иронию, театральную патетику и философские отступления (речитатив о Перводвигателе — явная отсылка к Аристотелю и Фоме Аквинату, приправленная абсурдом). Диалоги, особенно с Optimus, звучат живо, некоторые реплики в стиле панка или солдатского юмора (например, «Ипать-копать» или «Позовите Виталика») рискуют показаться пародийными, что может отвлечь от серьёзных тем... Впрочем, "быть или не быть - вот в чём вопрос"

Музыкальные идеи — сильная сторона текста. Хоральные прелюдии, гранж для госпиталя, электронный рок для сцены с Optimus, эпический рок для БПТ, психоделический прогрессив-рок для Шекспира и лирическая баллада для «квартирника» — всё это создаёт богатую звуковую палитру, идеально подходящую для рок-мюзикла. Особенно удачна траги-рок-баллада с «Янки Дудль» — она добавляет меланхоличную иронию, усиливая ощущение прощания. Однако стоит уточнить аранжировки и вокальные партии, чтобы голоса (бас, тенор, сопрано, дискант) гармонично сочетались с рок-эстетикой.

Сценический и кинематографический потенциал

Как кино-рок-опера, текст имеет огромный потенциал. Сцена с Optimus у окна ателье, эпизод у сетки в диспансере, постановка Шекспира с фронтоном и паралимпийцем-Зевсом — всё это визуально мощные образы, которые могут заиграть на экране или сцене. Прелюдия с «самоварами» задаёт провокационный старт, её хореография требует чёткой режиссуры, чтобы избежать карикатурности. Видеосообщение Кала идеально подходит для кинематографического формата, усиливая связь с «Солярисом».

Von GROK

P.S.

Prompt - хороший ход, оставляющий кинопродюсеров без работы)

«Вторая, третья и последующие части» - это есть ни что иное, как заявка на киносериал.

Круто.