Когда народ выходит на улицы с вилами и криками «грабьте!» — это всегда про справедливость? История двух самых громких бунтов при царе Алексее Михайловиче — Соляного и Медного — доказывает обратное. Это была яростная, кровавая, но абсолютно бессмысленная вспышка гнева. Власть ее подавила, сделал выводы и… ничего по-настоящему не поменяла. Почему?
Основная часть
Давайте по порядку. Соляной бунт 1648 года. Причина, казалось бы, благая — налоговая реформа. Чтобы пополнить казну, боярин Морозов заменил прямые налоги увеличением пошлины на соль. Цена на этот жизненно важный продукт взлетела в разы. Соль была единственным консервантом — без нее мясо и рыба просто тухли. Народ закипел.
Но вот что интересно. Когда власть, испугавшись, отменила соляной налог, бунт не утих. Он превратился в кровавый погром. Толпа требовала выдать на расправу ненавистных бояр-«изменников». Царь пошел на уступки, отдал на казнь двух главных, по мнению толпы, виновников. Но аппетит приходит во время еды.
Малоизвестная деталь: во время бунта толпа разгромила дом боярина, который… как раз выступал против соляного налога. Народный гнев — штука слепая. Он редко разбирает, кто прав, кто виноват. Ему нужна жертва.
Теперь Медный бунт 1662 года. Здесь финансовая афера была еще хитрее. Дорогие серебряные деньги царь велел оставить для казны и внешней торговли, а для внутренних расчетов начать чеканить медные монеты по цене серебряных. Сначала народ не понял подвога. Но когда рыночные торговцы сообразили, что медный пятак и серебряный — это не одно и то же, началась гиперинфляция. За 100 серебряных рублей давали 1000 медных. Казна платила жалованье медью, а налоги требовала серебром. Это был крах.
И снова — стихийный взрыв. Тысячи людей двинулись в царскую резиденцию в Коломенском. И здесь Алексей Михайлович проявил себя как жесткий прагматик. Пока он вёл переговоры и «успокаивал» толпу, к месту событий уже стягивались верные стрелецкие полки. Последовала беспощадная расправа. Участников казнили, вешали, топили в Москве-реке. Жестокость была показательной.
Заключение
Так что же изменилось после этих двух кровавых уроков? По сути — ничего. Соль подешевела, медные деньги отменили, но сам принцип управления остался прежним. Самодержавие не собиралось делиться властью или учитывать мнение «черни». Главный вывод, который сделала власть: народным гневом нужно не управлять, а безжалостно рубить его на корню. Эти бунты не принесли свободы. Они лишь закалили абсолютизм.
Получается, что весь этот народный гнев был напрасен? Или, может, он стал семенем, которое взошло позже, во времена Пугачева и Разина?