Первая республика во Франции продержалась формально 12 лет, с 1792 по 1804 г., но фактически меньше, до установления диктатуры Наполеона Бонапарта в 1799 г. Вторая республика «уложилась» всего в четыре года (1848–1852), но фактически даже в три, поскольку Наполеон III захватил полную власть в 1851 г. Третья республика была провозглашена в ходе Франко-прусской войны в 1870 г., и в её долгое будущее мало кто верил. Однако она просуществовала целых 70 лет, пережив даже Первую мировую войну. В настоящее время во Франции действует Пятая республика, но рекорд Третьей она всё ещё не побила.
Почему родилась и погибла Парижская коммуна
Заключение позорного мира с Германией по итогам Франко-прусской войны вызвало взрыв возмущения в Париже, пережившем до этого тяжёлую многомесячную осаду. Снова стали взимать плату за наём жилья и возобновили уплату долгов, что было приостановлено на время войны. Национальным гвардейцам прекратили выплаты за службу, хотя в Национальной гвардии служило не менее 200 тыс. человек и для многих этот заработок был единственным источником существования. Эти решения спровоцировали ярость бедных слоёв населения.
Попытка разоружить гвардию и отобрать пушки, приобретённые на деньги парижан, была отбита, гвардейцы расстреляли двух своих генералов, пытавшихся навести порядок. Правительство во главе с А. Тьером 18 марта 1871 г. бежало из бунтующего Парижа в Версаль. Левые силы и в наше время отмечают этот день как День Парижской коммуны, хотя сама коммуна была создана несколькими днями позднее, когда под контролем Центрального комитета Национальной гвардии прошли выборы. В них участвовала примерно половина парижан, поскольку зажиточные слои населения выборы в основном бойкотировали, очень многие бежали из города.
Коммунами во Франции традиционно называли органы местного самоуправления. Парижская коммуна существовала во время Французской революции XVIII в. и играла тогда важную роль. Теперь членами коммуны были избраны 86 человек, в основном никому ранее не известные люди: служащие, врачи, адвокаты, журналисты, рабочие. Но были и люди известные, например знаменитый художник Гюстав Курбе (1817–1877), ранее шокировавший французов своими «непристойными» картинами. По многим вопросам коммунары придерживались разных взглядов: среди них были те, кто считал себя продолжателем Великой революции (неоякобинцы), сторонники анархиста П.-Ж. Прудона и пламенного революционера-заговорщика О. Бланки. Много времени и сил уходило на споры между представителями различных течений.
Коммунары создали множество комиссий, но они часто действовали неэффективно, так как не было единого руководства и опыта. Например, коммуна не решилась забрать даже те средства у Французского банка, о которых знала, а часть средств банкиры припрятали. При этом сами коммунары отличались безукоризненной честностью, что отмечали даже многие их противники. Они отказывались повышать себе жалованье и наделять себя какими-то другими привилегиями. Например, руководитель Финансовой комиссии Ф. Журд ворочал миллионами, но себе назначил жалованье мелкого конторщика, его жена продолжала служить прачкой, а ребёнок посещал школу для бедных.
Свою программу коммуна обнародовала в специальной Декларации к французскому народу.
Из Декларации коммуны к французскому народу 19 апреля 1871 г.
«На этот раз Париж опять трудится и страдает для всей Франции. <…> Чего добивается он
Признания и упрочения Республики, единственной формы правления, совместимой с правами народа, с правильным и свободным развитием общества.
Полной автономии коммун на всём протяжении Франции, обеспечивающей каждой из них всю совокупность её прав, а каждому французу — развитие всех его способностей и склонностей как человека, гражданина и труженика.
Автономия Коммуны должна быть ограничена лишь равной автономией всех прочих коммун, примкнувших к ней путём договора; объединение их должно обеспечить единство Франции.
Неотъемлемыми правами Коммуны являются:
— утверждение коммунального бюджета, доходов и расходов, установление и распределение налогов, управление местными службами, организация судопроизводства, внутренней полиции и просвещения, управление принадлежащим Коммуне имуществом;
— назначение путём избрания по конкурсу ответственных, подлежащих постоянному контролю сменяемых должностных лиц и коммунальных чиновников всех категорий;
— полная гарантия личной свободы, свободы совести, свободы труда;
— постоянное участие граждан в делах Коммуны путём свободного выражения своих взглядов и свободной защиты своих интересов: гарантировать эти права должна Коммуна, так как на ней одной лежит обязанность наблюдать за правильным и свободным пользованием правом собраний и свободной печати и обеспечивать их;
— организация городской обороны и национальной гвардии, которая избирает своих начальников и одна охраняет порядок в городе.
Париж не требует себе больше никаких местных гарантий, разумеется, при условии, что в центральной администрации страны — собрании делегатов всех объединённых коммун — он найдёт осуществление на практике тех же принципов».
На практике коммуна провела ряд мероприятий в пользу бедных слоёв населения: списание задолженности по квартплате, передачу беднякам пустующих квартир буржуазии, запрещение штрафов и вычетов из заработной платы и прочие меры. Брошенные хозяевами предприятия передавали в управление рабочих. Церковь была отделена от государства, церковное имущество национализировали. Постоянную армию заменили всеобщим вооружением народа, планировалось введение обязательного светского образования.
Коммунары не атаковали Версаль, когда правительство Тьера находилось в растерянности и имело мало сил. Они рассчитывали на восстания в других городах. Кое-где действительно были провозглашены местные коммуны, но их быстро разогнали. Вскоре правительственные войска пополнились десятками тысяч солдат, вернувшихся из плена по распоряжению Бисмарка. Многие в правительственном лагере считали коммунаров негодяями, поднявшими мятеж в самое тяжёлое для страны время, когда враг оккупировал часть страны.
21 мая версальцы благодаря измене ворвались в Париж, и начались ожесточенные бои, известные как майская кровавая неделя. Коммунары мужественно сражались на баррикадах под красными знамёнами. Версальцы расстреливали пленных, включая женщин и детей, коммунары расстреляли заложников, в том числе парижского архиепископа, подожгли много общественных зданий, например Тюильрийский дворец, Парижскую ратушу. В ратуше сгорело более восьми миллионов бесценных исторических документов. «Париж будет наш, или его не будет вовсе», — заявила коммунарка-анархистка Луиза Мишель, прозванная Красной девой Монмартра.
147 стойких защитников Коммуны были расстреляны у стены кладбища Пер-Лашез, сегодня она известна как Стена коммунаров. Многие коммунары попали в тюрьмы или были сосланы на каторгу на остров Новая Каледония в Тихом океане.
Многие коммунисты вслед за К. Марксом восприняли Парижскую коммуну как первый опыт диктатуры пролетариата (хотя рабочих среди коммунаров было меньшинство). В. И. Ленин якобы радовался, когда большевики смогли продержаться у власти больше, чем парижские коммунары (72 дня). В Советском Союзе в честь Парижской коммуны назывались улицы и колхозы, выпускались почтовые марки, о ней снимались кинофильмы.
Как республика перестала быть случайностью
После поражения во Франко-прусской войне и подавления Парижской коммуны в правящей элите преобладали настроения в пользу реставрации монархии. Но сами монархисты не были едины: их раздирали споры между легитимистами (сторонниками старшей ветви Бурбонов) и орлеанистами (приверженцами Орлеанского дома, к которому принадлежал король Луи-Филипп). В конце концов сошлись на кандидатуре Генриха де Шамбора — внука Карла Х, который, будучи бездетным, согласился признать своим наследником графа Парижского — внука Луи-Филиппа. Казалось бы, отличный компромисс, но Генрих де Шамбор наотрез отказался принять трёхцветное знамя, пусть даже дополненное щитом с лилиями и короной. Он требовал старый монархический белый флаг, усеянный золотыми лилиями. Это упрямство разозлило многих депутатов Национального собрания, и с перевесом всего в один голос в 1875 г. была принята республиканская форма правления: во Франции утвердилась Третья республика.
По Конституции 1875 г. ведущая роль принадлежала двухпалатному парламенту (сенат и палата депутатов), избираемому населением. Избирательные права получили мужчины, достигшие 21 года, кроме военнослужащих и жителей колоний. Палату депутатов выбирали напрямую на четыре года, сенат — особыми коллегиями выборщиков на девять лет с переизбранием трети состава каждые три года. Президент избирался на семь лет на совместном заседании обеих палат и наделялся значительными полномочиями, но правительство несло ответственность перед парламентом.
Постепенно политики и граждане приучились мирно взаимодействовать в рамках предоставленных им прав и свобод. Кровавый опыт коммуны, когда за неделю боёв погибли 17–20 тыс. человек, многих убедил, что «худой мир лучше доброй ссоры» и важно уметь находить компромиссы. Многие монархисты примирились с республикой и, выступая за восстановление монархии, по частным вопросам сотрудничали с республиканцами. Многие социалисты также перестали выступать с воинственными лозунгами, особенно после амнистии коммунаров в 1880 г. В 1899 г. министерский пост впервые в Европе занял социалист А. Мильеран: он стал министром в правительстве, членом которого был и генерал Галифе, прославившийся чрезмерной жестокостью при разгроме коммуны.
Устойчивых партий во Франции не возникло, существовало множество правых и левых группировок, которые постоянно объединялись и распадались. Из-за этого происходила частая смена правительств, министерские кабинеты легко теряли поддержку в парламенте и уходили в отставку. В среднем кабинеты находились у власти менее года. Но при этом состав правительств отличался постоянством, то есть значительная часть министров кабинета, уходившего в отставку, обычно оказывалась в новом.
Политические течения справа налево были представлены монархистами, умеренными республиканцами, радикальными республиканцами и социалистами. В 1880–1890-е гг. главную роль играли умеренные республиканцы, которые старались сначала не проводить глубоких реформ, откладывая их «до благоприятного времени». Были узаконены символы республики: трёхцветное знамя, гимн «Марсельеза», национальный праздник 14 июля (День взятия Бастилии); законодательно закреплены свободы собраний и печати, разрешены профсоюзы. «Законы Жюля Ферри» (по имени министра образования) ввели обязательное бесплатное и светское начальное образование. В 1890-е гг. умеренные республиканцы осмелились и на некоторые социальные реформы: ограничение продолжительности рабочего дня, выплату компенсаций за травмы
Благодаря колоссальным усилиям Франция смогла очень быстро выплатить контрибуцию Германии и избавиться от немецких войск, но в целом темпы развития экономики были невысокими. Сказывались нехватка собственного сырья (из-за потери богатых железной рудой Эльзаса и Восточной Лотарингии) и узость внутреннего рынка. Около половины населения страны составляли крестьяне, владевшие небольшими наделами. Они не могли покупать современную технику, удобрения и потребительские товары. Кроме того, на фоне других стран Франция отличалась очень медленными темпами роста численности населения: с 1850 по 1900 г. оно увеличилось всего на 8% (в Германии и Англии за тот же период — более чем в 1,5 раза, в США — в 3,27 раза).
Традиционно Франция лидировала на мировом рынке предметов роскоши, в других отраслях дела шли менее успешно. Зато крупные банки, собирая сбережения мелких вкладчиков, активно вывозили капитал, причём не столько в колонии (хотя их Франция смогла заполучить достаточно), сколько в форме займов другим странам и иностранным компаниям (страну даже называли всемирным ростовщиком). Одной из главных стран приложения французских капиталов с конца XIX в. стала Россия: к 1914 г. на её долю приходилось 12 млрд франков из 45 млрд, вывезенных за рубеж. «Русские бумаги» приносили хороший доход, французы охотно их покупали. Но сказка закончилась в 1917 г., когда к власти в России пришли большевики и все обязательства по госзаймам аннулировали.
Были, конечно, факторы, подстёгивавшие экономический рост. Благодаря росту уровня жизни рос и внутренний рынок. Успешно развивались наука и техника. Государство стимулировало экономику военными заказами. Многие французы мечтали о реванше за поражение во Франко-прусской войне и не жалели денег на военные нужды.
Какие три потрясения пережила Третья республика?
Время от времени республику сотрясали масштабные кризисы. В конце 1880-х гг. популярность обрёл генерал Жорж Буланже (1837–1891), военный министр, который провёл ряд удачных реформ. Многие видели в нём нового Бонапарта, на него возлагали надежды и радикалы, и монархисты. Но в решающий момент генерал, опасаясь ареста, сбежал из страны с любимой женщиной. Через два года она умерла, а Буланже покончил жизнь самоубийством на её могиле.
Почти одновременно разразился панамский скандал — самый грандиозный финансовый скандал в истории Третьей республики. Для строительства Панамского канала, соединяющего Тихий и Атлантический океаны, была создана акционерная компания, которую возглавил Фердинанд де Лессепс, до этого успешно построивший Суэцкий канал. Инженером компании и поставщиком машин для неё стал Гюстав Эйфель, построивший в Париже к Всемирной выставке 1889 г. знаменитую башню, названную его именем. Такие громкие имена привлекли в качестве вкладчиков сотни тысяч французов. Но расходы оказались больше ожидаемых, а менеджмент компании больше заботился о собственном обогащении, чем об эффективности. В итоге компания обанкротилась, вкладчики потеряли деньги. Выяснилось, что, желая избежать банкротства и получить господдержку, компания щедро раздавала взятки чиновникам и журналистам. Слово «панама» надолго стало синонимом грязной финансовой аферы и иногда используется в этом качестве и теперь.
Третье потрясение отозвалось эхом, которое слышно и сегодня. Французский офицер, по происхождению еврей из Эльзаса, Альфред Дрейфус (1859–1935) был обвинён в работе на германскую разведку. В 1894 г. суд приговорил его к пожизненному заключению, Дрейфус был разжалован и отправлен в каторжную тюрьму во Французской Гвиане. С течением времени стало появляться всё больше фактов, что улики по «делу Дрейфуса» сомнительны, а следователи и судьи руководствовались антисемитизмом и желанием отвести подозрение от людей с хорошими родословными.
В 1898 г. знаменитый писатель Эмиль Золя (1840–1902) выступил со статьёй (в форме письма президенту Франции) «Я обвиняю», в которой высказал твёрдую уверенность в невиновности Дрейфуса и обвинил многих представителей политической и военной элиты Франции в предвзятости. Статья вызвала эффект разорвавшейся бомбы и расколола Францию. На стороне обвинения было почти всё военное сословие Франции, а также клерикалы, националисты и антисемиты. На сторону Дрейфуса встало большинство радикалов и социалистов. Рвались старые дружеские и личные связи. Золя обвинили в клевете, ему пришлось на время бежать в Англию. Но под воздействием неопровержимых улик и давлением общественного мнения Дрейфус был сначала помилован, а в 1906 г. окончательно оправдан.
Победа дрейфусаров усилила позиции левых сил. К власти пришли радикальные республиканцы, пользовавшиеся по ряду вопросов поддержкой социалистов. В 1905 г. был принят закон об отделении церкви от государства, отменявший конкордат 1801 г. Гарантировались свобода совести и свободное отправление всех культов, запрещались государственные дотации религиозным организациям. В 1906–1909 гг. правительство возглавлял один из лидеров радикалов Жорж Клемансо (1841–1929), за жёсткий характер прозванный Тигром. Клемансо предложил обширную программу социальных реформ, призванных облегчить положение рабочих, но из-за сопротивления правых сил сделать удалось немногое (в частности, в 1910 г. был принят закон о пенсиях).
Несмотря на сложности, французы постепенно привыкли к мысли, что все проблемы можно решить мирным путём и они рано или поздно будут решены. В обществе воцарилась атмосфера жизнерадостности, оптимизма, уверенности в завтрашнем дне. После ужасов Первой мировой войны французы вспоминали это время как «Прекрасную эпоху».
Итак, в конце XIX — начале ХХ в. в монархической Европе Франция представляла собой пример единственной большой республики, причём республики успешно развивающейся, несмотря на острые кризисы.