Сказка о Несмеяне не получила, к сожалению, такой же славы как «Снегурочка», «Василиса Премудрая» или «Сказка о мертвой царевне». Никто толком не знает, кто она такая и почему не может рассмеяться. Но оказалось, что у этой царевны много общего не только с греческими, японскими или индейскими мифами, но и с общемировыми культурными представлениями о жизни, смерти и плодородии.
Все истории о Несмеяне начинаются с того, что царь обещает отдать любимую дочурку замуж за того, кто сможет ее рассмешить. По какой-то причине царевна смеяться не может. Встречаются ли в мировом фольклоре мифы о запрете или неумении смеяться? Конечно!
Прежде всего, это правила прохода в загробное царство. В мифах североамериканских индейцев есть история о герое, который попадает в Шибальбу — мир мёртвых, населенный звероподобными существами. Чтобы не разозлить местных духов, герой вынужден сдерживать свой смех, иначе все бы поняли, что он живой человек. Кстати, интересно, что для прохода в Шибальбу нужно пройти девять уровней — девять домов пыток, — прямо как у Данте.
Похожая легенда есть у эскимосов: душа шамана прежде, чем пройти в мир мертвых, попадает на высокую гору, где живет необычная старушка. Выглядит она странно — из щели в спине торчит ёрш, рот у нее кривится и растягивается, а наклоняясь на бок, она может щекой дотянуться до своих боков. И если шаман ненароком улыбнется, она вспорит ему живот и съест. Эта старуха — никто иной, как страж между миром живых и миром мертвых — своеобразная Баба Яга.
Смеяться нельзя не только при входе в иной мир, но и всё время, пока герой там находится. Например, у индейского племени Руни есть жуткая легенда о мужчине, которого жена однажды отвела на праздник в «Город проклятых» и строго-настрого запретила даже улыбаться. И там, на празднике, красивые, полные жизни и радости девушки плясали и кричали, показывая на друг на друга: «Мертва! Она мертва!». Герой так удивился контрасту между их весельем и словами о смерти, что не удержался от улыбки. Девушки набросились на него, а на утро он проснулся в объятиях скелетов.
Во многих европейских сказках мертвые не смеются, даже когда сами приходят в царство живых. Вспомним, что Снегурочка тоже никогда не смеялась, потому что была существом из другого мира. Многие исследователи считают ее прообразом богини смерти и холода Морены (Мораны), но об этом позже.
Сделаем однозначный вывод: мертвые не смеются и запрещают смеяться в своём царстве. В некоторых мифах нельзя еще и ложиться спать, зевать, разговаривать, есть, оглядываться. Многие из этих запретов, к слову, вступают в силу именно в Тридесятом царстве, границу которого и охраняет Баба Яга. Вот вам и загробный славянский мир.
Если смех — часть мира живых, то «заставить смеяться» — значит «вернуть к жизни, воскресить». Какие существуют мифы о воскрешении?
Чаще всего повторяется мотив героя, «проглоченного чудовищем и воскрешенного». При этом момент возвращения к жизни часто сопровождается ритуальным смехом. Помните, в диснеевском мультфильме «Моана» был персонаж Мауи? Он герой полинезийской мифологии. Однажды пожелав, чтобы люди никогда не умирали, Мауи решил залезть в зев чудовища-Прародительницы (уж не знаю, зачем). Птицам-напарникам Мауи запретил смеяться, пока он будет влезать в пасть чудовища, но приказал обязательно смеяться, когда будет оттуда выходить. Но когда Мауи вошёл в пасть, маленькая птичка разразилась смехом, чудовище проснулось и убило Мауи. Поэтому люди не могут жить вечно. Печаль.
В Древнем Риме, согласно Овидию, каждый февраль проходил один из важнейших праздников плодородия — Луперкалии, в честь бога Луперка (от lupus — волк). Жрецы (луперки) приносили в жертву молодых коз и собак и совершали символическое убиение и воскрешение двух знатных юношей. Один из жрецов прикасался к их лбам смоченным в жертвенной крови ножом, после чего кровь стирали смоченной в молоке шерстью. Затем юноши должны были рассмеяться, подчеркивая свое возвращение к жизни.
Часто смех был нужен и в других обрядах, не только для воскрешения. У якутов был специальный обряд: на третий день после родов во время еды одна из женщин начинала безудержно хохотать — считалось, что это привлекает в дом богиню родов Ийесхит и предвещает рождение ребенка у смеющейся.
В чем же особенность смеха царевен и богинь? Во многих легендах их смех вызывает рост цветов и растений. Сила смеха должна была помочь земле в «родах». Если раньше люди смеялись, чтобы удачно родить ребенка или символически воскресить умершего, то теперь смеются, чтобы земля принесла богатый урожай. Земля, дающая пропитание, становится живым существом. Земля превращается в Богиню. А еще на полях проводили брачные церемонии. Так и появилась основная концепция земледелия: земля — это богиня, которая требует достойного супруга (герой из сказки о Несмеяне) и чтобы ее рассмешили (то есть дали жизнь ее детям — травам и злакам).
Кто же такая Несмеяна? Очевидно, что она очень похожа на Деметру. Они обе не смеются, но если у Деметры есть на то весомая и человеческая причина — она потеряла дочь, то Несмеяна не смеется потому, что и не должна смеяться. Она не смеется намеренно, чтобы ее намеренно рассмешили.
Мы также знаем, что царевна «девять дней гуляет, да потом девять дней богатырским сном спит», тогда как Деметра девять дней печально бродит по земле в поисках дочери. К тому же, сама Персефона две трети года (практически девять месяцев) проводит под землей — от этого зависит смена времен года. Несмеяна — это, конечно, не Деметра и не Персефона, но ей свойственны черты обеих богинь.
Герой же сказки, будущий супруг Несмеяны — непростой человек, он земледелец, и у него есть три свинки. Как ни странно, мотив трёх свинок повторяется в историях с похожими сюжетами, хотя обычно в сказках роль отдают собакам, коням или коровам. Свинья всегда играла огромную роль в культе Деметры, как символ плодородия. Во времена античности в расщелину, где, считалось, что живёт Деметра, бросали поросят. Вскоре разлагающееся мясо доставали и передавали жрецу для ритуальной вспашки земли. Герой приносит с собой плодородие — и царевна смеется — то есть дает жизнь земле, чтобы был урожай. Земледелец иносказательно становится «супругом» Несмеяне, а доказывает своё достоинство тем, что приводит с собой трёх свинок, а позже побеждает соперника — обычного человека, у которого нет ни свинок, ни способности заставить царевну смеяться (то есть не земледельцем)