18 октября 2017 года. Этот день навсегда останется черной меткой в жизни 26-летней Оксаны Пелевиной. Всего за два дня до этого она переехала вместе с двумя маленькими дочерями из Магнитогорска в собственный дом в поселке Кужебаевский.
Жилье было приобретено за средства материнского капитала и должно было стать началом новой жизни.
«Дочь проснулась за ночь три раза»
Однако мечты разбились о суровую реальность. Дом, который должен был дать семье уют и тепло, оказался совершенно не готов к осенним холодам. Главной проблемой стала печь, которая, как выяснилось, практически не работала. Она не могла обогреть даже сравнительно небольшую площадь четырехкомнатного дома. В день трагедии температура в комнатах едва достигала 15 градусов, а к ночи, очевидно, опустилась еще ниже.
Вечером 17 октября Оксана попыталась протопить печь, чтобы хоть как-то согреть комнаты. После этого она искупала детей и уложила спать. Трехмесячную Юлю она положила в детскую коляску, которую поставила примерно в четырех метрах от печи, посчитав, что это место будет самым теплым.
– Дочка была в двух ползунках, в двух кофточках и теплом комбинезоне, – с трудом подбирая слова, вспоминала позже Оксана.
Сама она вместе со старшей двухлетней дочерью Вероникой расположилась на ночь в соседней комнате. Там было настолько прохладно, что раздеваться они не стали и укрылись одеялом с головой. Ночь прошла тревожно. Мать трижды вставала, чтобы покормить младшую дочь, которая плакала.
«Я была в панике»
Проснувшись в девять часов утра 18 октября, Оксана первым делом подошла к коляске, где спала Юля.
– Заглядываю, а она белая, как кукла, и не дышит, – рассказывала женщина. – Я в панике заметалась по дому, выскочила на улицу. Соседей не знаю, денег на телефоне нет – отправила бесплатный «маячок» риэлтору, через которого покупала дом.
Оказалось, что Оксана не знала элементарных вещей: вызвать скорую медицинскую помощь или полицию можно и без денег на счете мобильного телефона. Только спустя два часа риэлтор перезвонила Оксане и, узнав о случившемся, сама вызвала медиков.
Прибывшие врачи скорой помощи могли констатировать лишь смерть трехмесячного ребенка. Следом на место происшествия выехали сотрудники полиции. Тело погибшей девочки было направлено в морг для установления точной причины смерти, а старшую дочь Веронику, как находившуюся в социально опасном положении, отправили в городскую больницу.
«Куплю домик в деревне»
В Магнитогорске Оксана Пелевина проживала в одной квартире со своей матерью и старшей сестрой. По ее словам, атмосфера в семье была тяжелой и напряженной.
Женщины, с которыми она делила жилплощадь, часто пили и постоянно скандалили. После одной из таких семейных ссор Оксана приняла твердое решение начать самостоятельную жизнь, где не будет упреков и постоянных замечаний в ее адрес.
– В конце концов, у меня есть материнский капитал, куплю на него домик в деревне и заживу, как человек, – так она объясняла свой выбор.
Подбором подходящего варианта занялись сотрудники агентства недвижимости. Дом в поселке Кужебаевский они поехали смотреть поздно вечером. Осмотр объекта в темное время суток не позволил в полной мере оценить его реальное состояние:
– На улице уже стемнело. Лампочка горела только в кухне. В остальных комнатах света не было. Риэлторы подсвечивали фонариком, – утверждала Оксана Пелевина. – Говорили, что дом добротный, мол, водопровод, печное отопление – все работает. А на деле оказалось, что дом не пригоден для проживания.
Что скрывалось за стенами «добротного» дома
Корреспондент «КП», побывавшая в доме уже после трагедии, описала детали. Привезенный из города комнатный термометр показал внутри помещения всего +11 градусов тепла. Попытка растопить печь не принесла результата – теплее в доме не стало. Создавалось впечатление, что печь была способна обогреть лишь площадь в один квадратный метр вокруг себя.
Особенно холодно было в дальних комнатах, а тепло, судя по всему, в доме вообще не задерживалось. Состояние жилья оставляло желать лучшего: полы были повсюду расшатаны и кое-как залатаны кусками ДВП, из оконных проемов дул ледяной ветер. В некоторых рамах вместо стекол стояли листы поликарбоната, как в теплицах, а щели были забиты строительной пеной.
Система отопления и водоснабжения также находилась в плачевном состоянии. На батареях в нескольких местах были видны ржавые свищи, которые кто-то попытался замотать изолентой, чтобы предотвратить протечки воды.
Вместо стационарного водопровода со двора в летнюю кухню была протянута обычная пластиковая трубка, под которой стояла железная бочка. Любой, даже небольшой мороз, неминуемо превратил бы эту конструкцию в ледяную сосульку.
«Даже после смерти дочки, он позвонила не нам, а риэлтору»
Возникает закономерный вопрос: как можно было приобрести такое жилье почти за 300 тысяч рублей? Почему родственники не остановили Оксану? Ответы на эти вопросы дала тетя Оксаны, Татьяна Щеголева.
– Мы об этом переезде в деревню ничего не знали. Оксана нам соврала – сказала, что купила комнату в городе. За помощью к нам она не обращалась, – поясняла Татьяна Васильевна. – Она после ссоры с сестрой вообще ни с кем не разговаривала. Даже когда ребенок умер, она позвонила не родным, а риэлтору. Мы узнали о трагедии от медсестры из детской поликлиники.
Татьяна Щеголева также высказала свое мнение о готовности племянницы к ведению сельского хозяйства и жизни в частном доме.
– Если бы знали, не допустили бы такого. Куда ей там сельская жизнь, она и в городской-то квартире по хозяйству ничего толком делать не умеет и не хочет, – констатировала она.
По словам родственницы, единственным человеком, с кем Оксана советовалась по поводу покупки, был ее гражданский муж Александр – отец погибшей девочки, который на тот момент отбывал наказание в тюрьме за совершение кражи. Однако главный гнев семьи был направлен не на него, а на риэлторов, которые, по их мнению, воспользовались неопытностью молодой женщины.
– Меня больше всего возмущают риэлторы. Увезли мамашу с двумя детьми к черту на кулички, получили свои деньги и сразу про нее забыли, – заявила Татьяна Щеголева.
Она также сообщила, что родственники Оксаны уже направили обращение в органы прокуратуры с просьбой провести тщательную проверку действий сотрудников агентства недвижимости.
«Мы предлагали десятки вариантов»
Корреспонденту «КП» удалось получить комментарий и от второй стороны конфликта – риэлторов, которые непосредственно занимались сделкой по продаже дома Оксане Пелевиной. Их версия событий существенно отличалась от той, что представляла общественности молодая мать.
Риэлтор Ольга Шагиева утверждала, что со стороны агентства были предприняты все меры, чтобы предостеречь Оксану от поспешного и необдуманного шага.
– Оксана сильно лукавит, обвиняя нас в нечестности, – заявила Ольга Шагиева. – Мы предлагали ей десятки вариантов комнат в городских коммуналках, предупреждали, что в деревенском доме ей будет сложно. Но она уперлась, мол, гражданский муж хочет частный дом.
По словам Шагиевой, даже в поселке Кужебаевский они изначально показали Пелевиной другой, более благоустроенный дом, но его стоимость была почти на сто тысяч рублей выше, и Оксана, желая сэкономить, сделала выбор в пользу более дешевого и менее качественного варианта.
Риэлтор также подчеркнула, что лично уговаривала клиентку не брать с собой детей сразу, а дать себе время на обустройство и освоение в новых, непривычных для городского жителя условиях.
– Я лично умоляла ее не брать с собой детей, а попробовать хотя бы неделю пожить одной, чтобы обустроиться и научится обращаться с печным отоплением. Но она и слышать не хотела, – резюмировала Ольга Шагиева.
«Не знала, что подбрасывать дрова нужно даже ночью»
Тем временем официальное расследование, начатое по факту гибели младенца, продолжалось. Судебно-медицинская экспертиза установила точную причину смерти трехмесячной Юли. Ею стало общее переохлаждение организма. Следственными органами было возбуждено уголовное дело по статье «причинение смерти по неосторожности».
– Мать погибшей девочки призналась, что она недостаточно хорошо отапливала дом, – рассказали в Орджоникидзевском межрайонном следственном отделе СУ СК РФ по Челябинской области. – Женщина всю жизнь прожила в городской квартире и не знала, что в деревенском доме тепло нужно поддерживать постоянно и подбрасывать в печь дрова даже ночью.
Судьба старшей дочери Оксаны, Вероники, на время также оказалась под вопросом. После выписки из больницы девочку не вернули матери, а поместили в детский дом в Магнитогорске. Это было сделано на основании личного заявления самой Оксаны Пелевиной, которая понимала, что в сложившихся обстоятельствах не может обеспечить ребенку должных условий.
В отделе опеки и попечительства Управления социальной защиты населения Нагайбакского района пояснили, что у матери есть возможность вернуть дочь.
– Через два месяца мама может забрать ее домой, если устроится на работу и приведет в порядок жилищные условия, – прокомментировали в ведомстве.
Приговор
Судебный приговор по уголовному делу был вынесен в конце марта 2018 года. Рассмотрение дела проходило в особом порядке, так как подсудимая полностью признала свою вину. Обвинитель ходатайствовал о назначении Оксане Пелевиной условного наказания.
Окончательное решение суда было следующим: по совокупности преступлений Оксану Пелевину приговорили к 1 году лишения свободы условно с испытательным сроком в три года.
В течение этого времени ей было строго запрещено без уведомления контролирующих органов менять место жительства.
По материалам «КП»-Челябинск