История эксцентричного миллионера, который покорил сцену своей бездарностью.
В блистательном мире театра XIX столетия, где талант ценился превыше всего, а насмешки могли разрушить карьеру, один человек бросил вызов всем правилам и стал легендой. Однако сделал он это не благодаря своему мастерству, а вопреки его отсутствию. Мы говорим о Роберте Коутсе, и если бы антипремию «Золотая малина» вручали два века назад, то Коутс наверняка бы ее получил. Но, надо отметить, он был бы горд своей наградой.
История Роберта Коутса началась далеко от театральных подмостков ― на карибских плантациях Антигуы, где он родился в 1772 году. Он был единственным сыном преуспевающего плантатора и получил образование в Англии. Во время учебы он увлекся любительскими театральными постановками и, унаследовав от отца целое состояние, решил посвятить себя этому хобби.
Переехав окончательно в Англию, Коутс приобрел известность благодаря поведению и эксцентричному стилю одежды: молодой человек предпочитал гардероб, усыпанный бриллиантами. А в 1809 году он стал известен как актер: в театре города Бат Коутс сыграл Ромео в шекспировской трагедии. Это выступление стало сенсационном, но в основном от того, насколько плохо он играл.
На сцену Коутс вышел в костюме собственного дизайна: развевающемся небесно-голубом плаще с пайетками, красных панталонах, белой муслиновой жилетке, большом галстуке, шляпе с плюмажем и, как обычно, усыпанный драгоценными камнями. Текст он не выучил и импровизировал по ходу действия, а сцены смерти повторял многократно, считая, что с первого раза умер недостаточно убедительно. Зрительный зал гремел от смеха, одни его освистывали, другие ― аплодировали. Так и родилась легенда, а шекспировская трагедия из-за плохой игры превратилась в комедию.
Коутса сразу же прозвали «любителем моды», и он был абсолютно уверен в собственной гениальности. Мужчина регулярно сочинял новые сцены и диалоги прямо во время выступлений и обожал драматические сцены: так, сцены смерти он повторял по три-четыре раза подряд. Иногда он даже прерывал спектакль, чтобы пообщаться со зрителями.
Так каким же был его Ромео? Во время одного из выступлений актер достал табакерку посреди сцены и предложил понюхать табак зрителям в ложе. В сцене смерти Коутс аккуратно положил свою шляпу на пол в качестве подушки и протер сцену грязным платком, прежде чем лечь на нее. А однажды импровизация достигла апогея: Ромео вернулся на сцену после «смерти», вскрыл гробницу Джульетты ломом и рухнул рядом с еще большим драматизмом.
Что касается костюмов, то это ― отдельная история. Коутс любил наряды, которые плотно сидели на его теле, были тесными, из-за чего он двигался скованно. Во время одного представления его трико даже лопнуло по швам.
Нужно отметить, что Коутс был уверен, что делает классику только лучше, зрители же видели в нем гениального комедианта. Их реакции были неоднозначные: шквал аплодисментов, истерический смех, жестокие выкрики, свист и даже залпы апельсинами и помидорами.
На протяжении нескольких лет Коутс собирал полные залы, и почти весь свой заработок отправлял на благотворительность. В жизни он был не менее ярким и даже по заказу построил карету, которую украшал кукарекающий петух и надпись: «Пока живу ― буду кукарекать».
Странная слава Коутса, однако, оказалась недолговечной. К 1816 году новизна исчезла, и театры перестали с ним сотрудничать. Столкнувшись с растущими долгами, актер переехал во Францию и женился. В Лондон он вернулся в преклонные годы. В 1848 году после посещения спектакля Коутса сбил кэб, и за неимением средств актера похоронили в безымянной могиле.
Кстати, почитайте, чем на самом деле зарабатывал на жизнь Шекспир, а тут мы собрали самые известные античные театры, которые до сих пор используют.