Эта история началась в середине октября 2022 года в городе Юрьев-Польский Владимирской области. В центре событий оказалась семья Малыгиных и их пятилетний сын, чья жизнь оборвалась из-за стремительно развившейся болезни, которую врачи своевременно не распознали.
Из одной больницы в другую
18 октября 2022 года у пятилетнего сына Лидии Малыгиной заболел живот. Обеспокоенные родители обратились за медицинской помощью. Первым, к кому они привели ребенка, был участковый педиатр. Осмотрев мальчика, врач не заметил ничего страшного и предположил, что причина недомогания — обычная простуда.
Однако состояние ребенка стремительно ухудшалось. К вечеру того же дня родителям пришлось вызвать скорую помощь. Медики доставили мальчика в ЦРБ города Юрьев-Польский. Там врачи заподозрили хирургическую патологию, требующую более сложной диагностики и вмешательства, и решили перевести пациента в Областную детскую клиническую больницу (ОДКБ) во Владимире.
В ОДКБ ребенка, был поставлен диагноз «острый живот», после чего мальчика с матерью отправили домой. На следующий день, 19 октября, боли в животе у ребенка усилились настолько, что местные врачи в Юрьев-Польском заподозрили перитонит — опасное для жизни воспаление брюшины. Было принято решение в срочном порядке повторно доставить ребенка в областную больницу уже на машине скорой помощи.
«Сам дышал и ходил, а через несколько часов умер»
Как вспоминает Лидия Малыгина, в приемном отделении ОДКБ им пришлось провести около двух часов в ожидании хирурга. После осмотра их, наконец, положили в хирургическое отделение. К этому моменту уже были результаты рентгена, которые указывали на серьезнейшие проблемы.
– Перед этим уже рентген подтвердил «катастрофу» в животе у ребенка, кишечную непроходимость. Однако никто сына не взял оперировать. А через час у меня его забрали в реанимацию, хотя он разговаривал, сам дышал, сам ходил, – так описывает те часы Лидия в своем обращении в социальных сетях.
По ее словам, события после попадания в реанимацию развивались быстро:
– И затем, согласно документации через 7 минут его поставили на искусственную вентиляцию легких, то есть якобы у него все отказало. А через несколько часов он умер, – написала женщина.
Пятилетний мальчик скончался утром 20 октября 2022 года. Причина смерти: пневмония. По факту его смерти следственными органами было возбуждено уголовное дело. Ситуация получила публичную огласку, и в декабре 2022 года министр здравоохранения Владимирской области Артем Осипов провел пресс-конференцию, на которой признал наличие системных ошибок в работе медиков.
Осипов заявил, что ошиблись сразу несколько врачей, и что у него самого «имеются вопросы» к медицинской документации, заполненной в ходе лечения ребенка.
«Почек в теле сына не было»
Несмотря на начало официального расследования, у Лидии Малыгиной оставалось множество вопросов. В марте 2023 года она опубликовала в соцсети новые подробности. Оказалось, что родители настояли на проведении эксгумации тела для проведения повторной судебно-медицинской экспертизы.
Исследование было проведено экспертами Владимирского бюро СМЭ 8 марта. Лидия Малыгина лично присутствовала при этой процедуре, и ее результаты оказались ошеломляющими.
– Повторное вскрытие проводилось 8 марта, я лично на нем присутствовала. Эксперты были крайне удивлены, так как почек в теле сына не обнаружили. Главный эксперт был слегка ошарашен, ничего не говорил и просто разводил руками, – поделилась подробностями Лидия в разговоре с корреспондентом «КП-Владимир».
Это открытие поставило перед следствием новые вопросы. Женщина также рассказала, что ранее обращалась на личный прием к министру здравоохранения Осипову. По ее словам, министр уговаривал ее не проводить эксгумацию, считая ее необоснованной.
Кроме того, как утверждала Лидия, сотрудники морга пытались убедить ее в том, что мальчик с рождения страдал редким и тяжелым заболеванием — синдромом Уоттерхауза-Фридериксена (острая надпочечниковая недостаточность). Родители в эту версию не верили, и отсутствие почек после повторной экспертизы лишь укрепило их в необходимости продолжать борьбу за установление истины.
«Прошу прощения, что мы не сохранили ему жизнь»
Утром 11 марта 2023 года министр здравоохранения Артем Осипов опубликовал открытое обращение к Лидии Малыгиной на официальной странице министерства в соцсети. В своем посте он выразил соболезнования, но также попытался дать медицинскую оценку произошедшему:
– Лидия Викторовна, мне непросто комментировать Ваши слова, но я обязательно должен это сделать. Так как не могу допустить мысли, что докторов, весь коллектив детской больницы, людей, которые всю свою профессиональную жизнь посвятили лечению детей, будут подозревать в той ситуации, которая написана, – начал свое обращение Осипов.
Министр подтвердил, что во время личной встречи отговаривал женщину от эксгумации:
– Потому что с медицинской точки зрения в нем нет необходимости. У ребенка развивалась та болезнь, которая установлена как причина смерти. Но болезнь развивалась нестандартно, под «маской» боль в животе».
При этом Артем Осипов принес извинения за действия подчиненных ему медиков:
– Лидия Викторовна, я прошу прощения, что мы не сохранили жизнь Вашему ребенку, что быть может не было того напряжения в работе медиков, чтобы распознать эту непростую клиническую ситуацию. Тем не менее, ребенок не оставался ни одного дня без помощи и внимания.
В своем обращении он также выразил надежду на то, что произошедшее станет уроком для врачей:
– А каждый врач, кто принимал участие в лечении ребенка — в будущем сможет спасти другого ребенка, если подобная болезнь повторится. Мы обязательно дождемся завершения процедур. И я искренне надеюсь на примирение и прощение, без которых невозможно будет идти вперед.
При этом в своем открытом ответе министр никак не прокомментировал отсутствие почек у погибшего мальчика.
Время было упущено
Тем временем следствие продолжало свою работу, и в деле появился конкретный обвиняемый. Им стал хирург ОДКБ Роман Черепанов, который дежурил в больнице в ночь с 18 на 19 октября, когда мальчика с матерью впервые привезли в учреждение.
Следователи установили, что именно доктор Черепанов осмотрел ребенка при первом обращении. По версии обвинения, хирург исключил патологию, требующую операции, и отправил пациента домой. При этом он не стал госпитализировать ребенка и не вызвал для консультации дежурного педиатра.
Вместо этого, как следует из материалов дела, Роман Черепанов посоветовал Лидии Малыгиной сделать ребенку клизму и обратиться повторно через 12 часов, если ему не станет лучше. К сожалению, время было упущено. Самочувствие мальчика продолжало стремительно ухудшаться, и через сутки его в критическом состоянии вновь доставили в ОДКБ на скорой помощи.
Врачи другой смены немедленно поместили ребенка в реанимацию, но спасти его жизнь уже не представлялось возможным.
Последующая комплексная судебно-медицинская экспертиза установила окончательный диагноз, приведший к гибели. У ребенка была диагностирована внебольничная очагово-сливная пневмония, которая осложнилась левосторонним гнойным плевритом.
Эксперты пришли к выводу, что операцию по удалению гноя необходимо было провести своевременно. Несделанная вовремя операция привела к развитию тяжелейшего инфекционно-токсического шока и полиорганной недостаточности. Именно это и стало непосредственной причиной смерти.
Первый приговор
Уголовное дело в отношении хирурга Романа Черепанова было возбуждено по статье «причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения своих профессиональных обязанностей». В ходе следствия врач полностью признал свою вину.
Лидия Малыгина, долго добивавшаяся правосудия, рассчитывала, что процесс пройдет быстро:
– Мне обещали, что все займет пару заседаний и ему вынесут приговор, – негодовала женщина.
Разбирательство во Фрунзенском районном суде Владимира затянулось. Адвокат Черепанова, Александр Жерепа, активно заявлял различные ходатайства. Кроме того, сам обвиняемый врач несколько раз не являлся на заседания, предоставляя суду больничные листы. В итоге приговор был вынесен лишь 5 августа 2024 года. Суд признал Романа Черепанова виновным и назначил ему наказание в виде 2 лет ограничения свободы с таким же сроком отстранения от профессиональной деятельности.
Однако адвокат защитника сразу же подал апелляционную жалобу, посчитав приговор слишком суровым. Это решение стало поворотным в истории дела.
Со сроком давности
Апелляция по делу Черепанова оказалось в прямой зависимости от срока давности привлечения к уголовной ответственности. По его статье этот срок составляет ровно два года с момента совершения преступления. Поскольку инкриминируемые Черепанову действия были совершены в октябре 2022 года, срок давности истекал осенью 2024-го.
Владимирский областной суд приступил к пересмотру приговора в канун истечения этого срока. Ситуация повторилась: на первое заседание не явились ни сам Черепанов, ни его адвокат. Выяснилось, что оба заболели, причем хирург был госпитализирован в Больницу скорой помощи Владимира. Суд был вынужден перенести рассмотрение на 24 октября. К этой дате двухлетний срок давности уголовного преследования истек.
На заседании 24 октября Лидия Малыгина и ее представитель, защитник Елена Кулакова, заявили о своем категорическом несогласии с прекращением дела, но сделать ничего не могли. Роман Черепанов и его адвокат воздержались от комментариев.
После краткого совещания судья Сергей Иванкив зачитал постановление апелляционной инстанции:
– Суд апелляционной инстанции постановил: приговор Фрунзенского районного суда города Владимира от 5 августа 2024 года в отношении осужденного Романа Черепанова изменить. Освободить Черепанова от наказания... в связи с истечением срока давности уголовного преследования.
Суд отметил, что основание для освобождения не является реабилитирующим, то есть не снимает с Черепанова вины. Сам осужденный с этим не спорил.
«Желаю ему того же»
Сразу после оглашения постановления Роман Черепанов, по сложившейся за время процесса традиции, попытался избежать общения с прессой и быстро покинул зал заседаний. Лидия Малыгина окликнула его и бросилась вслед. Догнать врача ей удалось лишь в вестибюле здания областного суда.
Женщина высказала ему все, что думала по поводу случившегося. Судя по реакции Черепанова, слова матери погибшего ребенка его задели. Обратившись к журналистам, он лишь попросил:
– Прошу это запечатлеть! — после чего поспешно удалился.
Сама Лидия впоследствии пояснила, что сказала врачу:
– Следствие длилось полтора года, суд шел полгода. При особом порядке, оказывается, дела длятся не один-два дня, как мне говорили, а было семь заседаний, и из семи пять он предоставлял больничные. Я думаю, что после первого судебного процесса, и он сделал все, чтобы вышли сроки давности, – заявила она.
По материалам «КП»-Владимир