Несколько месяцев назад я уже рассказывал о тяжелых танках КВ из отдельного танкового батальона Военной академии механизации и моторизации Красной армии. Эти танки были подбиты в бою 2 июля 1941 года в районе деревни Яунокра, которая располагалась к западу от городка Дагда бывшей Латвийской ССР.
К сожалению, потери этого прибывшего из Москвы батальона в тот день не ограничились только этими двумя танками КВ. Было потеряно и несколько легких танков. И некоторые из них также удалось опознать на немецких снимках.
В немецком описании боя, который состоялся около полудня того дня, когда немецкая колонна 29-го мотопехотного полка 3-й моторизованной дивизии остановилась на привал, приводиться информация о танковой атаке, в которой участвовало восемь наших танков. Два из них немцы приняли за тяжелые.
Однако на самом деле это были два танка БТ-7М, которые визуально довольно сильно отличались от танков Т-26, которые также приняли участие в той атаке. К сожалению, в ходе боя четыре наших танка подбили вражеские противотанковые орудия, а еще три танка, в том числе один "тяжелый", были выведены из строя приданными 29-му мотополку штурмовыми орудиями из 665-й батареи. С поля боя удалось уйти только одному танку, который также был подбит и позже был обнаружен застрявшим в "овраге".
И похоже, что застрявший БТ-7М был радийным танком, так как на снимках, как я понял, видна головка штыревой антенны. Если ошибаюсь, то поправьте в комментариях.
Всего в танковый батальон ВАММ, который выбывал на фронт, академией было выделено три танка БТ-7М, из которых только один танк с заводским номером 517-17 был с радиостанцией.
Так что застрявший танк, если предположение о наличии в нем радиостанции
верно, являлся командирской машиной командира роты танков БТ отдельного батальона ВАММ капитана Кузнецова либо командира взвода этой же роты лейтенанта Леонова.
В списке начальствующего состава учебного механизированного полка академии ВАММ, который направлялся на формирование танкового батальона по "оргмероприятиям", капитан Кузнецов Тихон Семенович записан как командир роты легких танков БТ. Позже уже в составе 46-й танковой дивизии 21-го мехкорпуса капитан Кузнецов был тяжело ранен в бою 14 июля 1941 года и скончался от ран в госпитале на следующий день (ОБД Мемориал).
В том же списке начальствующего состава учебного полка академии ВАММ упомянут командир танкового взвода роты танков БТ лейтенант Леонов Василий Мефодьевич. К сожалению, упомянут он и в документах ОБД Мемориал как погибший в бою 2 июля 1941 года командир взвода механизированного полка имени товарища Сталина (ОБД Мемориал).
Интересно также, что башенный стрелок, он же радист, с большой вероятностью одного из этих танков БТ-7М вполне себе выжил в том бою. И потом он прожил долгую жизнь и ныне известен, наверное, всем любителям истории отечественной бронетехники, которые хоть раз что-то читали по истории боев танковой роты Зиновия Колобанова.
Этим радистом, как уже все, наверно, догадались, был полковник в отставке Владимир Федорович Мельников (1920 - 2018).
В июне - июле 1941 году старший сержант Мельников воевал в составе отдельного батальона Военной академии механизации и моторизации РККА имени Сталина в качестве башенного стрелка танков Т-26 и БТ-7. А уже в августе 1941 года он (по его же словам) принял участие в танковом бою под Большими Борницами в качестве радиотелеграфиста танка КВ-1 младшего лейтенанта Ласточкина из колобановской роты.
Владимир Федорович Мельников оставил довольно много воспоминаний о тех событиях, которые сейчас размещены на различных ресурсах общедоступной сети Интернет. Но при их восприятии нужно делать поправку на прошедшее с момента событий время.
Краткий текстовой вариант воспоминаний Мельникова о событиях июня - июля 1941 года привожу далее:
«Застала меня война в Солнечногорске, под Москвой. Там находился танковый полигон бронетанковой московской академии. Я служил радистом в учебном полку.
22 июня нас ночью подняли по тревоге и сообщили, что началась война. 24
июня наш отдельный танковый батальон погрузили на платформы и отправили в Латвию оборонять Ригу, но в дороге мы встретили немцев.
26 июня около реки Даугава (город Дагда) начался мой первый бой. Наш
батальон вошел в состав 46-й танковой дивизии полковника Копцова. С этой
дивизией мы и отступали на Сущево, Себеж, Опочку. Наш Т-26 подбили,
командир мой лейтенант Ларионов погиб, а меня, благодаря тому, что между
мной и командиром стоял стальной гильзоулавливатель, только контузило.
Танковая дивизия за два дня была уничтожена.
Нашу танковую роту уничтожил по существу собственный командир, капитан Кузнецов. Он не знал обстановки, не ориентировался по карте, водил вокруг леса кругами. А в это время немцы нас расстреливали. Из моих товарищей мало кто остался жив».
Излишне эмоциональную и негативную оценку действий капитана Кузнецова со
стороны покойного Мельникова следует отнести, видимо, на его личные
переживания тех дней. Его танк был подбит в бою, а командир танка и многие
товарищи по довоенной службе погибли. В дальнейшем, ему пришлось
некоторое время выходить к своим пешим порядком.
Без карт в то время было очень сложно сориентироваться на незнакомой местности, поэтому наши танкисты по этой причине понесли значительные потери, которых, наверное, в других условиях можно было избежать.
Мельников в вышеприведенном тексте также вспоминает фамилию своего погибшего командира - лейтенант Ларионов. Однако офицер с такой фамилией в упомянутом списке начальствующего состава академии ВАММ не значится. Соответственно либо он прибыл с научно-испытательного полигона в Кубинке (но танки с Полигона также прибывали с экипажами) либо Мельников мог её не совсем верно вспомнить. Поэтому с большой вероятностью он мог воевать в составе экипажа лейтенанта Леонова.
Интересно также, что в беседе, которую провели в 2012 году в Музее имени Колобанова, Мельников вспоминает, что в боях под Дагдой он воевал не на Т-26, а на «бэтэшке», которую в тех боях сожгли.
Есть и еще один вариантик в этой истории с радийным танком. В свое время в одной подборке с вышеприведенным снимком застрявшего БТ-7М находилась и фотография еще одного танка БТ-7 с цилиндрической башней выпуска 1935 года.
В танковый батальон ВАММ академией было выделено два танка БТ-7, из них только один танк с заводским номером 455-60 и военным номером 200623 был с радиостанцией. Приведенные номера этого танка как раз соответствуют номерам танков БТ-7 ранних выпусков с цилиндрической башней и гусеничными лентами с широким звеном.
Здесь также напомню, что информация о наличии в танковом батальоне ВАММ, который с началом войны был отправлен на фронт и участвовал в боях в составе 21-го механизированного корпуса Северо-Западного фронта, совершенно фантастического количества танков БТ-7 неоднократно
встречалась в мемуарных и прочих литературных источниках. Далее цитирую
её в, так скажем, сводном виде по давно почившему в бозе сайту "Мехкорпуса" - «24 июня 1941 года из ВАММ прибыло два танковых батальона (105 БТ-7 и 2 Т-34). Весь личный состав этих батальонов, особенно механики-водители, в совершенстве знал технику и тактику танковых войск, так как они несколько лет обучали слушателей академии».
Только в 2012 году в ходе разбирательств на форуме РККА с принадлежностью двух танков КВ-1 с пушками Л-11 с помощью информации от ув. Максима Коломийца выяснилось, что эти цифры не совсем верны. Вернее совсем не верны.
Позже в 2017 году эта информация о наличии матчасти в танкового батальона ВАММ, который сформировали на базе кадров и материальной части учебного полка академии и НИАБТ полигона, была опубликована для широкой общественности.
В донесении, которые было направлено в Главное автобронетанковое управление Красной армии как раз 2 июля 1941 года, в частности, приводились следующие цифры: «...часть убыла на фронт, имея следующий состав: 324 человека, 56 танков (3 КВ-1, 5 Т-34, 9 БТ-7, 4 БТ-7М, 35 Т-26), 1 БА-20, 3 трактора, 41 различный автомобиль и 6 мотоциклов».
В книге ув. Максима Коломийца 2017 года выпуска также была приведена информация из донесения помощника командира танкового батальона ВАММ по технической части военинженера 3 ранга Киржаева, которое было отправлено с Северо-Западного фронта в ГАБТУ КА 11 июля 1941 года.
В нем военинженер 3 ранга Киржаев доносил о потерях материальной части «...в боях в районе м. Дагда с 30.06.41 по 02.07.41 года. Противотанковой артиллерией противника подбиты: два танка КВ-1, один Т-34, четыре БТ-7 и девятнадцать Т-26».
Получается, что батальон ВАММ в боях в окрестностях Дагды потерял 26 танков, в том числе четыре танка БТ-7. Так что все три танка, которые мы видим на вышеприведенных фотографиях, вполне себе укладываются в это число.
Таким образом, к настоящему времени удалось опознавать на фотографиях все потерянные в тех боях танки КВ и Т-34, а также с большой вероятностью три из четырех танков БТ-7. Из 19 танков подбитых тогда танков Т-26 удалось опознать всего два или три.
К сожалению, очень мало на данный момент информации по личному составу танкового батальона. Известны фамилии только погибших тогда офицеров батальона, которые прибыли собственно из частей и подразделений академии ВАММ. По рядовому составу сведений практически нет. И где их искать на данный момент совершенно непонятно.
На этом пока всё. исправления и дополнения приветствуются. Если данная информация была интересна, то прошу ставить палец вверх для
продвижения канала. Кто еще не подписался на канал, то обязательно
подпишитесь. Подписывайтесь также и на мой Телеграм-канал: t.me/kniga_pro_kv
Оригинал текста опубликован в моем Живом Журнале (https://iam-krasnoyarsk.livejournal.com/335738.html).
Список источников:
1. Сайт Тяжелые танки КВ (kv1ehkranami.narod.ru);
2. Документы Военной академии механизации и моторизации Красной армии и 21-го механизированного корпуса (ЦАМО РФ, сайт Память народа, ОБД Мемориал);
3. Коломиец М.В. Советский танк КВ-1. - М.: Яуза, ЭКСМО, 2017;
4. Лурье Л. Я., Маляров Л. Ленинградский фронт. - Спб.: БХВ-Петербург, 2012 (militera.lib.ru);
5. Форум РККА (vif2ne.org/rkka);
6. Аукционы eBay.
Другие записи о танках батальона ВАММ в боях июля 1941 года в окрестностях городка Дагда:
Танки КВ-1 с пушкой Л-11 и пулеметом у радиотелеграфиста в Прибалтике
О танках батальона ВАММ и их экипажах. Танки КВ в деревне Яунокра.
О танках БТ из 46-й танковой дивизии