Сегодня алгоритм популярной и запрещенной соцсети подкинул мне в ленту напоминание о недавнем путешествии. Это был ролик о Санкт-Петербурге. Всего тринадцать секунд: Исаакиевский собор с золотыми куполами, длинные проспекты, абсолютно никуда не торопящиеся люди — и всё это под аккомпанемент одной из моих любимых песен Земфиры (признана иноагентом). Тут моё сердце не просто дрогнуло — оно замерло, затаилось в немой ностальгической паузе.
И в этой паузе я осознала простую и, не побоюсь этого слова, банальную вещь: я тоскую. Скучаю по тому особенному состоянию бытия, которое дарил мне этот город. По чувству, которое я годами пыталась обрести в доступных местах моего родного региона.
Мы привыкли, что большие города — это вертикаль. Они бьют в небо стеклом и сталью, они подстегивают тебя, заставляя всё время куда-то карабкаться, расти и устремляться ввысь.
Но Петербург — иной. Он горизонтален. Его сила не в стремлении вверх, а в том, что он не заставляет тебя тянуться к чему-то недосягаемому. Он предлагает идти с ним в ногу. И его шаг — это не торопливый бег, а величавое, неспешное шествие. Здесь культура — это не привилегия или развлечение по выходным, а воздух, которым дышишь. Она везде: в скрипе двери старого здания, в тёмной воде каналов, в том, как сами сотрудники музея могут рассказать тебе подробную историю жизни известного писателя (у меня так случилось в доме-музее Александра Блока).
У меня возникает ощущение, что в Петербурге ты дышишь глубоко и свободно, без той астматичной одышки, что свойственна современным мегаполисам.
И теперь, глядя на экран своего смартфона, я понимаю, что тоскую по тому ритму. По возможности не гнаться, не доказывать, не ставить рекорды. По разрешению просто быть, наслаждаться и смаковать каждую минутку.
Возможно, мы все в какой-то степени ищем свой Петербург — место, где наше внутреннее наконец-то синхронизируется с внешним. И я, кажется, своё нашла.
А вы?