Я всегда считала, что самое страшное в любом лесу — это не ветки, хватающие за куртку, и не комары. Это — тишина. Та самая, густая, звенящая тишина, которая наступает, когда внезапно замирают все птицы. Именно такая тишина сейчас висит над историей семьи Усольцевых.
Она поглотила их 28 сентября, где-то у горы с невеселым названием Буратинка в Восточных Саянах. Она же — полноправная участница телепередач, сюжетов и обсуждений. Сергей, Ирина и их пятилетняя дочь Арина просто вышли в поход. С собакой. И не вернулись. И с тех пор сотни людей, техника, квадрокоптеры с тепловизорами бьются об эту тишину, как об стену. А она не сдается. Ничего не отдает. Ни клочка одежды, ни намёка.
Я посмотрела программу «Пусть говорят» об этой истории. И знаете, о чем я думала потом? О том, что мы все стали участниками странного спектакля. Где есть декорации в виде карт со снежными бурями, главный герой — слишком спокойный сын, и множество статистов в лице экспертов, которые почему-то дружно не замечают слона в комнате. А слон этот огромный, он топает ногами и трубит, но все делают вид, что это просто сквозняк... Сейчас всё объясню.
«Кот не похудел, но еда кончилась»: почему бытовые детали кричат громче любых экспертов
Даниил Баталов, сын пропавших Ирины и Сергея, вышел в студию. Парень, который, по его словам, узнал о пропаже не от близких, а от маминой коллеги.
И это первая странность. Ну, знаете, как бывает: у нормальных семей есть хоть какая-то связь, какие-то договоренности. А тут — тишина. Молчок.
Он рассказывает о том, как пришел в квартиру родителей. И вот здесь рождается самый яркий, самый человечный образ во всей этой истории. Кот. Обычный домашний кот, ставший главным свидетелем.
«Квартира, как всегда, была в порядке — родители у меня очень чистоплотные, — приводит свои доводы Даниил. — Кота они оставили запертым дома. Я приехал... забрал кота. Он не похудел, но еда у него кончилась, вода осталась. То есть они оставили запаса еды и воды примерно на два дня и уехали. Не было ощущения, что они собрали максимум вещей и куда-то исчезли… Сто процентов, даже с точки зрения логики».
Вот он, ключевой момент! Люди, планирующие побег, исчезновение, смену идентичности, в последнюю очередь будут заботиться о норме корма для кота на два дня. Они либо возьмут его с собой, либо оставят гору еды, чтобы точно не вызывать подозрений. А здесь — все четко, планово. Они собирались вернуться. Это был рядовой, обычный поход.
И тут же, в комментариях зрителей, рождается гениальная в своей простоте и иронии реплика: «Вот непонятно, почему они кота с собой не взяли? Они что, его не любили?».
И народный ответ, который смешной до слез и одновременно гениальный: «отказался он».
Представляете картину? Семья собирается в поход к горе с дурной славой, а кот упирается всеми четырьмя лапами в дверной косяк и мурлычет: «Хозяева, я вас умоляю, у нас тут вальдшнеп по телевизору, а вы в тайгу? Не, я пас».
Пока нам показывают драму и снежные заносы, народ мыслит простыми, бытовыми категориями. Кот — член семьи. Его не бросают. Как не бросают и паспорта, которые, по словам Даниила, лежали дома. Хотя позже следственный комитет скромно так намекнул, что документы все же были в сейфе.
Уже первая нестыковка. Мелочь? Возможно. Но в деле, где зацепок НОЛЬ, любая мелочь превращается в гигантский знак вопроса.
Версия сына: собака-корги как главный злодей
А теперь давайте послушаем версию самого Даниила. Она, надо сказать, довольно эпична. Главным антагонистом, невольным виновником трагедии, в его изложении выступает их собака-корги по кличке Лада.
«У них собака — корги, ее Лада зовут. Ей уже 12 лет, но она очень активна и иногда теряется в пространстве, — рассуждает Даниил. — Есть большая вероятность, что она или отстала, или убежала куда-то, учуяв зверя или птицу… Побежала лаять, охотиться… Родители пошли искать ее. В тот момент могла начаться буря».
Версия, имеющая право на жизнь.
Представляю: опытный турист Сергей, его жена-психолог Ирина и маленькая дочь, которые, как по команде, все разом бросают свой маршрут и сломя голову несутся в дебри тайги за собакой, которая, простите, «иногда теряется в пространстве». Сценарий для семейной комедии, но уж никак не для трагедии в суровых Саянах.
Но и это еще не все.
В его версии есть буря. Та самая, что застала их врасплох. Однако находятся очевидцы, которые в тот день были в тех же местах. И они утверждают: в два часа дня, когда Усольцевы только выходили на тропу, погода была прекрасная. Холодать начало лишь к шести-семи вечера.
То есть у семьи был огромный запас времени, чтобы либо найти собаку, либо вернуться к машине. Но они не вернулись.
И вот тут мы подбираемся к самой сочной части нашего детектива. К тому, о чем в программе «Пусть говорят» предпочли сделать вид, что этого не существует.
Немое кино: сигнал телефона, который все переворачивает с ног на голову
Внимание, вот он — наш слон. Тот самый, которого никто не заметил в студии.
Официальные данные следствия: телефон Сергея Усольцева поймал сигнал вышки. Произошло это в 22:00 вечера. Место? Не район горы Буратинка, куда они направлялись. А целых 7 КИЛОМЕТРОВ в противоположной стороне!
Давайте включим логику, которую не отключила даже жара в студии под яркими прожекторами. Если семья заблудилась, ушла с маршрута, пряталась в пещере от внезапной бури, то каким волшебным образом телефон Сергея оказался так далеко? Его туда ветром унесло? Или он вдруг приобрел сознание и решил самостоятельно прогуляться в сторону, противоположную маршруту?
Этот факт — как гром среди ясного неба. Он напрочь рушит все версии о «несчастном случае» и «внезапной буре». Он кричит о том, что с семьей что-то случилось ДО того, как они достигли цели.
Возможно, они даже не дошли до той самой злополучной горы. Возможно, их маршрут был насильственно изменен. Кем? Вот это уже самый главный вопрос.
Но в программе об этом — ни полслова. Ни гу-гу. Вместо этого нам показывают душещипательные кадры со снегом, рассуждают о медведях.
Хотя сами же спасатели признаются: «Даже если бы дикие животные на них напали, но все равно что-то бы осталось, вещи бы остались, фрагменты одежды…» А ничего нет. Вообще. Чисто.
Спектакль в одном действии: почему нас мягко подводят к «единственно верной» версии
Создается стойкое ощущение, что нас, зрителей, мягко, но очень настойчиво подводят к удобному и тихому выводу: семья Усольцевых заблудилась и замёрзла. Точка. Обсуждать нечего. Никакого криминала, никаких браконьеров, никаких зловещих сигналов телефона.
В студии, словно по сценарию, появляется исследователь аномальных зон с говорящим именем Дмитрий и вещает: «Люди, не ходите в эти места силы! Там много опасностей... Если мы посмотрим на топонимику этих мест, то увидим гору под названием Алад — с тюркского оно переводится как „несчастье“».
Вот так, значит. Не браконьеры виноваты, не криминал, а топонимика! Гора сама виновата, что так называется. Могли бы и выбрать себе название повеселее, например, «Гора-Поцелуечка», и все были бы живы и здоровы. Юмор, конечно, черный. Но как еще реагировать на такую подмену понятий?
А что же сын?
Даниил ведет себя… странно. Слишком собран, слишком спокоен. На замечания зрителей: «Парень слишком уж спокоен, так не бывает», — можно было бы не обращать внимания, если бы не одно «но». Он говорит: «Мой отец был и стал говорить про поход, что он был опытным…»
Слышите? «Был». Эта оговорка, это прошедшее время режет слух. Почему «был»? Он что, уже мысленно поставил точку?
Передача завершается благостным призывом не терять надежду. И это правильно. Пока не найдены тела, есть шанс.
Но надежда надеждой, а факты — вещь упрямая. А факты таковы: есть сигнал телефона, есть нестыковки в показаниях, есть полное отсутствие следов. И есть тишина. Глубокая, всепоглощающая, сибирская тишина.
Что вы думаете?
Почему главную зацепку проигнорировали в прямом эфире?
Чем вам запомнилось поведение Даниила?
И на что, по-вашему, стоит обратить внимание, чтобы эта оглушительная тишина наконец-то заговорила?
Больше подробностей в моем Telegram-канале Обсудим звезд с Малиновской. Заглядывайте!
Если не читали: