Вчера днем в кортеже более чем из 20 машин на переговоры к президенту России Владимиру Путину приехал глава переходного сирийского режима Ахмед Хусейн аль-Шараа — человек, ранее известный под имеем Абу Мухаммад аль-Джулани, похожий как две капли воды на Зеленского и прославившейся тем, что за его голову США еще какое-то время назад давали несколько десятков миллионов долларов.
Оно и неудивительно, если учесть, что ранее Джулани был активным участником «Аль-Каиды»*, по заданию которой в 2012 году создал ячейку этой террористической и экстремисткой организации в Сирии под названием «Джебхат ан-Нусра»*. Позже, разойдясь с союзниками на почве идеологии, он переименовал свою группировку сначала в «Джебхат Фатх аш-Шам»*, а затем в «Хайат Тахрир аш-Шам»*.
Именно во главе нее аль-Джулани совершил государственный переворот в Сирии, сверг президента Башара Асада и сам стал новым главой этой страны, отказавшись от бандитского прозвища и вновь вернув свое настоящее имя аль-Шараа. Такой вот круговорот.
Возникает вопрос: что понадобилось человеку, связанному с американскими и британскими спецслужбами и пришедшему к власти при непосредственной поддержке Турции, от России? Чего этой встречей добивалась и в итоге добилась Москва — очевидно: сохранение своего военного присутствия на сирийских базах: Хмеймим (авиабаза) и Тартус (военно-морская база), а также в аэропорту Камышлы, расположенном на северо-востоке Сирии, недалеко от границ Турции и Ирака.
По крайней мере, информагентство Reuters утверждает, что аль-Шараа дал президенту России обещание соблюдать все предыдущие соглашения с Москвой. Но зачем это нужно самому новому сирийскому руководству?
Для ответа на этот вопрос я бы обратил внимание на состав российской делегации на переговорах с посланцами Сирии. Помимо естественного в таких случаях присутствия главы МИД Сергея Лаврова и вполне объяснимого участия министра обороны Андрея Белоусова, к разговору за обеденным столом присоединились главы российского министерства финансов и даже ЖКХ.
Как написало все то же Reuters, в Дамаске надеются, что Москва поможет им в восстановлении сирийской армии. А по словам вице-премьера Александра Новака, Россия также готова участвовать в нефтяных проектах в Сирии и помогать восстанавливать энергетическую, железнодорожную и другую инфраструктуру, разрушенную за годы войны.
«Мы сегодня живем в новой Сирии. Мы также знакомим эту новую Сирию с миром, и мир знакомится с ней. Мы прилагаем усилия для развития наших политических целей. Как я уже отметил, у нас историческая связь, у России будет серьезная роль в этом процессе», — подчеркнул глава переходного руководства САР по итогам переговоров с Путиным.
Таким образом, очевидно, что новым сирийским властям крайне необходимая российская помощь в восстановлении и укреплении государства. И Москва готова такую помощь оказать. Это особенно ценно на фоне того, что прочие международные игроки ничего такого сирийцам не предлагают.
Но и это не все. Выступая, по сути, ставленником Лондона и Анкары и совершив государственный переворот, во многом в интересах своих кураторов, аль-Шараа отчаянно нуждается в легитимности и устойчивости своего режима. Такого просто невозможно достичь, оставаясь чьей-то марионеткой.
В этом контексте Россия — билет для новых сирийских властей в самостоятельность и субъектность, а для самой Сирии — к подлинному суверенитету. И так уж сложилось, что помочь в этом Дамаску не способен больше никто, кроме Москвы.
* Террористическая организация, запрещенная в России.
Автор: Алексей Белов