Еще недавно Мексика считалась страной с высокой рождаемостью, а демографы предрекали, что мексиканцы «переродят» население США. Но новые данные за 2024 год рисуют иную картину: фертильность в Мексике упала до рекордных 1,38 ребенка на женщину. Это даже ниже, чем в России (1,40), и заметно меньше, чем в США (1,60). Почему же этот прогноз не сбылся?
Неожиданные цифры: данные пересчитали, и стало еще хуже
Ситуация выглядит еще тревожнее, если посмотреть на динамику. Ранее в статьях о падении рождаемости в Латинской Америке была цифра 1,45 для Мексики. Последние расчеты показали, что реальность еще суровее — 1,38. Тренд на снижение оказался стремительнее, чем предполагалось.
От былых прогнозов не осталось и следа
Для многих это стало шоком. Еще несколько десятилетий назад Мексика демонстрировала высокую фертильность, и многие эксперты строили прогнозы, основанные на этом «демографическом дивиденде». Кажется, этим планам не суждено сбыться. Более того, мексиканцы теперь теряют рождаемость даже быстрее, чем белые американцы.
В чем же причина обвального падения?
Здесь мы подходим к главному мифу, который давно пора развенчать: идея о том, что бедность помогает высокой рождаемости, безнадежно устарела.
- Раньше: В 1960-х годах идеи чайлд-фри, феминизма и светского образа жизни были достоянием узкого круга интеллигенции в университетах.
- Сейчас: С развитием интернета и, особенно, мобильных телефонов, даже самый бедный фермер в глубинке может купить смартфон — себе и своим детям. Доступ к глобальной информации, соцсетям и иному образу жизни стал повсеместным.
Этот процесс не остановить даже радикальными мерами, что мы и видим на примере многих мусульманских стран, где власти пытаются ограничить информационное влияние.
А при прочих равных, бедность — это враг рождаемости. Она не позволяет обеспечить детей тем уровнем образования, здоровья и стартовыми возможностями, которые теперь считаются нормой.
Кто лучше адаптировался к новой реальности?
Здесь возникает ключевой вопрос: если все идут к низкой рождаемости, то кто находится в более выигрышной позиции?
Европа и Россия столкнулись с падением уже очень давно. Это дало им преимущество — они раньше начали адаптацию к новой реальности. Их общества успели хоть как-то приспособить под новые условия свои социальные институты, модели семьи и карьеры. В них выше доля людей, которые научились совмещать реалии постиндустриального мира с рождением детей — пусть и немногих.
Вывод: Страны, которые первыми прошли демографический переход, сегодня могут иметь фору. Они раньше начали адапироваться. И этот накопленный опыт может привести к тому, что разрыв в рождаемости будет увеличиваться — в пользу США, Европы и России.