Они не возвращались в библиотеку. Это место было скомпрометировано. Вместо этого Кай повела их через лабиринт подземных коммуникаций к новому укрытию — заброшенному бомбоубежищу времен Холодной войны, вход в который был скрыт в подвале снесенной прачечной.
Воздух здесь был сухим и пыльным, пахнущим старым железом и страхом давно минувших дней. Профессора уложили на самодельные носилки, его раны перевязали скудными запасами медикаментов. Он был в сознании, но слаб, его дыхание — хриплым и прерывистым.
Лео сидел, прислонившись к холодной бетонной стене, и смотрел на свои дрожащие руки. Он все еще чувствовал отголоски взрыва в каждой клетке тела. Перед глазами стояли вспышки пламени, искры и пустота, наступившая после импульса.
Кай, закончив с перевязкой, подошла к нему и молча протянула кружку с чем-то горячим и горьким — похлебкой из концентратов. Он взял ее, чувствуя, как тепло разливается по ладоням.
— Мы сделали это, — тихо сказал он, больше для себя, чем для нее.
— Мы сожгли одну из их кладовок, — поправила Кай, присаживаясь рядом. Ее лицо в свете керосиновой лампы казалось высеченным из камня. — Они восстановят ее за неделю. Меньше. Но да... мы сделали это.
Она посмотрела на него, и в ее глазах, обычно таких жестких, он увидел нечто новое. Не одобрение. Признание.
— Ты не сбежал. В серверной. Ты мог бы бросить нас.
Лео покачал головой, отводя взгляд.
— После того, что я видел... одиночество страшнее смерти.
В углу Профессор слабо закашлялся.
— Искра... — прошептал он. Его голос был едва слышен. — Они... боятся не взрывов. Они боятся... искры.
Он попытался приподняться на локте, его глаза блестели в полумраке.
— Ты видел? После тьмы? Они... проснулись?
Лео замер. Он вспомнил. В те секунды, когда свет погас в его квартире, его первым чувством был животный ужас. Но за ним... пришло осознание. Одиночества. Инаковости. Вопрос.
— Думаешь, они что-то почувствовали? — спросил он.
— Надеюсь, — выдохнул Профессор, опускаясь на подушки. — Надеюсь, что наша маленькая тьма зажгла в них маленький огонек. Вопрос. Сомнение. Это семя. Оно может прорасти.
Кай достала свой радиоприемник. Она покрутила ручку настройки. Сквозь шипение и треск пробивались обрывки. Не идеальные, отлаженные голоса дикторов «Эдема». Другие. Взволнованные. Испуганные.
«...полный блэкаут в секторе 7...»
«...система сообщает о технических неполадках...»
«...а что, если это...»
Последний голос оборвался, словно кто-то его заткнул. Но он прозвучал.
Кай выключила приемник. В убежище воцарилась тишина, но теперь она была иной. Наполненной не страхом, а ожиданием.
Лео посмотрел на свои руки. Они больше не дрожали.
Они не выиграли войну. Они даже не выиграли битву. Они просто уронили искру в бензобак системы. Теперь оставалось ждать, когда она рванет.
— Что дальше? — спросил он.
Кай обвела взглядом их скудное убежище, тень Профессора на стене, свое оружие.
— Дальше? — Она снова посмотрела на него, и в этот раз в уголке ее губ дрогнуло подобие улыбки. — Дальше мы находим следующую искру.
Продолжение здесь 👇
Подписывайтесь, чтобы не пропустить продолжение ПОДПИСАТЬСЯ