В октябре был довольно необычный юбилей – 275 лет первому взятию Берлина русскими войсками в ходе Семилетней войны. Сам я лично считаю, что война была абсолютно ненужной с точки зрения развития и обеспечения безопасности нашего государства. Хотя, помимо взятия Берлина, был в этой войне и довольно интересный эпизод попытки присоединить Кенигсберг и Восточную Пруссию к Российской империи. Предлагаю посмотреть на это повнимательнее.
Для чего ввязались в войну с Германией?
Зачем России было воевать с Пруссией. Позже историки придумают «обоснования» для этой войны, суть которых сводится к тому, что Россия вступила в эту войну с целью устранить опасность установления прусской гегемонии в Центральной Европе. Мол, прусская агрессия угрожала не только Австрии, но также Саксонии и Речи Посполитой, где Россия также имела интерес. Если вам такое объяснение нравится – то мне совершенно нет.
На мой взгляд, в то время во-первых, требовалось ликвидировать Дикую Степь и устранить татарскую угрозу центральной России (сделала это только Екатерина II), а затем получить выход в Средиземное море, а во-вторых, освободить Правобережную часть Малой России и Белую Русь от гнета польских панов. Вот эти задачи были насущными в европейской части России, а лезть в немецкие дела – у меня, если честно, логичных аргументов в пользу такой политики Елизаветы Петровны, дочери Петра Великого как-то не находится.
Но это если подходить с точки зрения государственных интересов. А тут наверное интересы были другие..Лучше всех ее время охарактеризовал поэт России Максимилиан Волошин:
Петр написал коснеющей рукой: «Отдайте всё...»
Судьба же дописала: «...распутным бабам с хахалями их».
Российский двор стирает все различья
Блуднища, дворца и кабака.
Царицы коронуются на царство
По похоти гвардейских жеребцов.
Пять женщин распухают телесами.
На целый век в длину и ширину.
Россия задыхается под грудой
Распаренных грудей и животов.
У прусского Фридриха не было желания ссориться с Россией, с которой у него не было ни спорных проблем, ни общей границы. Зато недоброжелателей хватало. Есть версия, что императрице российской со всех сторон нашептывали мол, прусский король о забавах Вашего величества при дворе с фаворитами отозвался очень нелицеприятно. Ну обидчивая Елизавета насмерть и возненавидела Фридриха. Объективности ради стоит отметить, что аналогичная картина происходила и в Версале. Австрийскому канцлеру Кауницу и его дипломатам удалось убедить маркизу де Помпадур, что безбожник Фридрих сочиняет о ней фривольные стишки и всячески издевается над ее поведением.
В январе 1757 г. в Петербурге была подписана русско-австрийская конвенция об участии России в войне с Пруссией. По условиям конвенции война должна продолжаться до полного отвоевания Силезии и графства Гладкого, «с Пруссией ни мира, ни перемирия не заключать без совета друг с другом».
Особенно были интересны секретные статьи конвенции. Они гласили:
— Расширить антипрусскую коалицию, пригласив принять участие в войне с Пруссией Францию и Швецию.
— Король польский, он же курфюрст Саксонский, получит в случае успешной войны против Пруссии герцогство Магдебургское.
Господа и дамы, ну это практически раздел Пруссии, пакт Елизаветы – венского двора.
Фридриху было некуда деваться, война была неизбежна. Ниже не буду углубляться в подробности боевых действий, скажу лишь, что в итоге талантливый полководец Фридрих, как в свое время Карл XII, решил разбить союзников по частям. И этого у него в начале получалось, поэтому оставалась лишь надежда на мощь русского оружия.
В итоге русские войска после череды операций оказались в Восточной Пруссии в 1758 году. При этом, венские власти, с одной стороны, были крайне обрадованы вступлением русских войск туда, но, с другой стороны, обеспокоены тем, что русские могут остаться там и надолго. Это, как говорится, уже совсем было не в интересах австрийской империи. Австрийский посол в Петербурге Эстергази получил приказание требовать, чтобы дальнейшее занятие прусских земель делалось именем императрицы- королевы, «дабы не подать повода другим дворам к размышлению, а притом чтоб можно было различить воюющую сторону от помощной». На это был дан ответ: «Отношения наши к королю прусскому вовсе, кажется, не требуют таких предосторожностей... Что касается присяги, к которой приводятся жители прусских земель, покоренных нашему оружию, то справедливость и надобность ее оказываются при первом взгляде, ибо мы требуем только, чтоб жители ни тайно, ни явно не предпринимали против нас ничего предосудительного».
Присоединение Восточной Пруссии к Российской империи.
А на самом же деле Елизавета Петровна решила присоединить Восточную Пруссию к своей империи. Везде, где появлялись русские солдаты, местные жители приводились к присяге России и самой Елизавете.
Следует заметить, что население Восточной Пруссии в целом благожелательно относилось к русским. Без всякого нажима со стороны наших военных население устраивало пышные торжества, на домах укреплялись русские гербы, в комнатах развешивались портреты русской императрицы.
Очевидец входа русских войск в Кёнигсберг писал: «Все улицы, окна и кровли домов усеяны были бесчисленным множеством народа. Стечение онаго было превеликое, ибо все жадничали видеть наши войска и самового командира; а как присовокуплялся к тому и звон колоколов во всем городе и играние на всех башнях и колокольнях в трубы и литавры, продолжавшиеся во все времена шествия, то все сие придавало этому более пышности и великолепия». Русскому командованию были переданы ключи от города, а назавтра началось приведение к присяге его жителей. В их числе принял присягу доцент университета Иммануил Кант. Вот корни теперь уже русского города Калининграда!
Далее указом Елизаветы Петровны Восточная Пруссия вошла в состав Российской империи на правах губернии. Первым ее губернатором назначили Вильяма Фермора. За короткий срок русского управления там погубернаторствовали еще Н.А. Корф, Василий Суворов (отец знаменитого полководца), П. Панин и Ф. Воейков. Пруссия получила права, свободы и льготы, каковых не имела никакая другая губерния Россия. Императрица подтвердила все льготы, которые имели ранее все общества и отдельные лица. Гарантировались свобода религии, свобода внутренней и внешней торговли. Жители провинции освобождались от службы в русской армии, а чиновникам предоставлялась свобода выбора — служить в русской администрации или не служить.
Более того, в начале 1759 г. к генерал-губернатору Кёнигсберга барону Н.А.Корфу обратился мастер местного монетного двора Б.Ф. Цайтман с докладом о пользе чеканки в Восточной Пруссии новой монеты. Она должна была вытеснить находившиеся в обращении монеты немецких княжеств, и в первую очередь Прусского королевства. Предложение было принято, и вскоре российское правительство повелело чеканить серебряные монеты среднего и малого достоинства. Согласно этому указу, новые монеты должны были обращаться на одинаковых правах с прежними и иметь более высокое содержание серебра. Чтобы население легче признало новинку, было решено выполнить монеты схожими с прусскими.И вот в 1759 г. Кёнигсбергский монетный двор начал чеканить серебряные монеты в номиналах 18,6,3,2,1 грош и 1 солид. Последний получил свое имя от золотой византийской монеты. На лицевой стороне монет достоинством в 18, 6 и 3 гроша красовались портрет Елизаветы с круговой латинской надписью, а на обороте — прусский одноглавый орел, дата выпуска, указание номинала и надпись по-латыни: «Монета королевства Пруссии».
В том же 1759 году из Московского университета в Кёнигсбергский университет перевелись 10 студентов. Замечу, что для того времени 10 студентов — не так уж мало. В Кёнигсберге и Пиллау (ныне Балтийск) началось строительство нескольких православных храмов. В 1759 г. русские власти отпустили 276 талеров для устройства в Кёнигсберге русского кладбища. Увы, приход к власти Петра III положил конец существованию «прусской губернии». 20 мая 1762 г. губернатор Панин получил указание о передаче провинции пруссакам обратно.
Первое взятие Берлина
Но вернемся к боевым действиям. В апреле 1758 г. русская армия перешла Вислу, состоялось ожесточенное сражение при Цорндорфе. В целом, результат был ничейный, но прусская армия отступила, но и русская осталась зализывать раны.
Кампанию 1759 года русская армия начала лишь в конце мая, выступив от Бромберга на Познань, и, двигаясь медленно, прибыла туда лишь в 20-х числах июня. Здесь был получен рескрипт Конференции, назначавший главнокомандующим графа Петра Семеновича Салтыкова. Затем последовало кровпроитное сражение при Кунерсдорфе, поле боя осталось за русскими войсками Теперь союзная армия получила реальные шансы овладеть Берлином, однако,испытывая серьезные трудности в снабжении войск, Салтыков отвел армию на зимние квартиры в район Торн-Кульм и в Восточную Пруссию.
А между тем, кампания 1759 года обострила противоречия внутри антипрусской коалиции. Франция склонялась к заключению мира и не соглашалась на присоединение Восточной Пруссии к России. Австрия стремилась использовать русскую армию в своих целях, главной из которых была Силезия; но Силезский театр не устраивал русских, так как его отдаленность грозила утратой Восточной Пруссии.
Франция, Австрия и Пруссия устали от войны. Однако Елизавета Петровна по-прежнему была готова воевать до последнего солдата. В итоге в марте 1760 г. был принят план, согласно которому, 70-тысячная русская армия должна была выйти к Одеру и у Франкфурта или Глогау соединиться с австрийскими войсками и совместными энергичными действиями закончить войну.
Позднее, уже летом командование решило организовать набег на Берлин. Для проведения этой экспедиции был выделен отряд под командованием генерал-майора графа Тотлебена, саксонца на русской службе. В отряд вошли три гусарских, два конно-гренадерских, пять казачьих полков, четыре батальона гренадер и пятнадцать орудий. Отряд прикрывали семь пехотных полков, находившихся в распоряжении графа Чернышева.
Внезапное появление русских войск под Берлином вызвало панику. Комендант города генерал фон Рохов был готов сдать столицу без боя. Город Берлин не являлся крепостью, а лишь был обнесен невысокой каменной стеной, у его ворот пруссаки наскоро возвели ренданты, то есть открытые с тыла земляные укрепления в виде угла, обращенного к противнику. Однако первый приступ был отбит.
На рассвете 9 октября (новый стиль) войска Чернышева выступили из лагеря и заняли назначенные по диспозиции места для окончательного штурма Берлина. И вот во время приготовлений к штурму пришла весть о капитуляции Берлина, заключенной ночью графом Тотлебеном. Столица Пруссии была занята русскими войсками и с нее была взята контрибуция в размере полутора миллионов талеров. Тотлебен гарантировал горожанам личную безопасность и неприкосновенность имущества, поэтому вопреки появивишимся уже в XX веке домыслам о грабежах и убийствах этого не было в немецкой столице. Чернышев выслал всю конницу для преследования отступавшего противника, но русская конница настигла лишь арьергард пруссаков, который и был уничтожен, причем в плен были взяты 1200 человек.
Однако, получив сведения о приближении из Саксонии к Берлину 70-тысячного войска Фридриха II, союзники 13 октября покинули Берлин и отступили обратно. За это время войска взорвали пороховые и литейные заводы, пополнили свои арсенала прусскими ружьями, пушками и лошадьми. Уже в следующем, 1761м году, согласно русскому плану, предполагалось перейти реку Одер, затем двинуться снова на Берлин, разбить прусскую армию, чтобы завершить войну.
Власть меняется
Однако, в России готовились к смене власти. Главнокомандующий армией Бутурлин прекрасно понимал, что новый император, ярый фанат всего прусского, положит конец его карьере в случае особенно активных действий против Пруссии. В итоге он просто тянул время.Уже в феврале императрица выслушивала доклады, лежа в постели. В ноябре у нее начались сильные припадки, но вскоре с помощью лекарств Елизавета немного поправилась. В декабре царице вновь стало плохо — «жестокая рвота и кровь с кашлем». 5 января 1762 г. после двух суток агонии Елизавета Петровна скончалась.
Перед смертью Елизавета Петровна потребовала от Сената обещания не заключать мира с Пруссией без участия союзников. Однако через несколько часов после смерти тетушки Петр III отправил своего любимца Андрея Гудовича в Берлин с известием о своем восшествии на престол и с предложением Фридриху II «доброго согласия и дружбы». Фридрих отвечал Петру: «Особенно я радуюсь тому, что ваше императорское величество получили ныне ту корону, которая вам давно принадлежала не столько по наследству, сколько по добродетелям и которой вы придадите новый блеск».
Петр III начал в одностороннем порядке освобождать прусских пленных и велел передать немцам часть больших запасов зерна, собранных в русских магазинах и предназначенных для кампании 1762 года.24 апреля (5 мая) 1762 г. канцлер Воронцов и полковник Гольц подписали мирный договор между Россией и Пруссией, подготовленный Фридрихом II.
Договор объявлял прекращенным состояние войны между Россией и Пруссией. Русский император объявлял себя гарантом мира в Европе и в Германии особенно. Россия без каких-либо компенсаций возвращала Пруссии в течение трех месяцев все свои завоевания: Восточную Пруссию, Померанию, Силезию, эвакуировала свою администрацию и войска из этих областей. Более того, Россия предоставляла часть своих войск в пользу Пруссии, чтобы она могла победить Австрию.
В Петербурге, как и во всей стране, среди дворянства и особенно офицерства царило негодование как по поводу позорного мира с Пруссией. В итоге уже 28 июня 1762 г. гвардейцы под руководством братьев Орловых устроили в Петербурге переворот. Император Петр III был низложен, а затем убит в Ропше. Однако война уже была закончена. Странная, ненужная война. Зачем была в XVIII веке Восточная Пруссия Российской империи, в которой итак было засилье всего немецкого на тот момент? Не было бы это яблоком раздора с другими европейскими державами? В любом случае, история не терпит сослагательного наклонения. Вот только оплачена эта имперская авантюра была кровью русских мужиков, которых с того света уже было не вернуть.